Живая Этика. Антология гуманной педагогики

IX. Воспитание сердца

«Уявление значения сердца – старая истина...»

С.,1. Сердце – это солнце организма, есть средоточие психической энергии... Прекрасно ощущение сердца, как солнца солнц Вселенной.

С.,5. Сколько прекрасного разрушено по причине незнания храма сердца. Но будем непреклонно устремляться к осознанию тепла сердечного и начнем чувствовать себя носителями храма. Так можно переступить за порог Нового Мира.

С.,8. Сердце считается дворцом воображения. Как двигать, если нет воображения? Но откуда придет оно, если не будет опыта?

С, 13. Можете ли вообразить, что представляло бы из себя человечество при здоровых телах, но при акультурном сердце? Такое пиршество тьмы даже трудно представить! Все болезни и немощи не могут обуздать всемирное безумие сердца. Истинно, пока не просветится сердце, не будут отняты болезни и немощи, иначе беснование сердца, при сильных телах, ужаснет миры. Так сказано давно про праведников: «Ходил перед Господом», – значит, не нарушал Иерархию и тем очищал сердце свое. При малейшем очищении сердца человечества можно уявить водопад Благодати. Так можно не унывать, но знать, что тьма ожесточилась и множества сердец смердят.

Уявление значения сердца – старая истина, но никогда она не была так нужна, как сейчас.

С.,62. Солнце есть сердце системы, также сердце человека есть солнце организма. Много солнц-сердец, и Вселенная представляет систему сердец, потому культ Света есть культ Сердца. Понять это отвлеченно – значит оставить сердце в холоде...

Говорю о теплоте сердца, когда она особенно нужна. Мысль Устремления зажигает пространство, но теплота сердца – как постоянный очаг. Мужество живет в тепле сердца – нужно это запомнить!

С.,73. Даже в самые древние времена люди понимали значение сердца. Они считали сердце Обителью Бога.

Нужно, прежде всего, напомнить о значении сердца как соединителя миров. Огонь сердца разве не есть самый Пространственный Огонь?

С.,353. Думает сердце; утверждает сердце; объединяет сердце. Можно помнить всегда значение сердца, так долго затемненное мозгом. Сердце вздрогнет первым, сердце затрепещет первым, сердце узнает много прежде, нежели рассудок мозга дерзнет помыслить. Не отнимая извилистый путь мозга, разве можем умолчать о прямейшем достижении сердца, о стрелоподобном луче, равном чудо-сердцу!

NB. О духовном даянии в школе ничего не говорится. А оно оказывается гораздо важнее материальных даров. Важно воспитывать в детях это качество, но сначала надо осмыслить его самому учителю.

С.,386. Сердце по существу своему есть свыше действующий и дающий орган; потому в природе сердца всякое даяние. Каждое положительное Учение заповедует даяние. Такое утверждение именно практично, ибо без даяния сердце и не живет. Конечно, нужно понять даяние во всей справедливости. Нельзя понимать лишь денежное даяние или ненужными предметами; истинное даяние – в духе. Пусть каждое сердце источает потоки даров духа. Недаром сказано, что каждое биение сердца есть улыбка, слеза и золото. Вся жизнь протекает через сердце. Нужно уметь дать сердцу постоянную работу. Не что иное не может так утончить сердце, как беспредельное духовное даяние. Обычно духовное даяние не оценивается, как не ценится все незримое. Но источник богатств, как духовных, так и материальных, есть сердце. Только бы приобщать его к каждому случаю, когда ценно биение сердца.

С.,389. Предпочтительно уговорить себя в том, что сердце вовсе не наш орган, но дано для высших сношений. Может быть, если люди начнут считать сердце чем-то ссуженным свыше, они отнесутся более бережно.

Некий отшельник вышел из своего уединения с вестью, говоря каждому встречному: «Имеешь сердце». Когда же его спрашивали, почему он не говорит о милосердии, терпении, преданности, любви и всех благих основах жизни, он отвечал: «Лишь бы не забыли о сердце, остальное приложится». Действительно, можем ли обратиться к любви, если ей негде пребывать? Или где поместится терпение, если обитель его закрыта? Так, чтобы не терзаться неприложимыми благами, нужно создать для них сад, который откроется среди осознания сердца. Станем же твердо на основе сердца и поймем, что без сердца мы – шелуха погибшая.

С.,390. Кто любит цветы, тот на пути сердца. Кто знает устремление ввысь, тот на пути сердца. Кто чисто мыслит, тот на пути сердца. Кто знает о Мирах Высших, тот на пути сердца. Кто готов к Беспредельности, тот на пути сердца. Так будем звать сердца к познанию Источника. Правильно понять, что сущность сердца принадлежит как к Тонкому, так и к Огненному Мирам. Можно осознавать миры в сердце, но не в уме. Так мудрость противоположна уму, но не запрещено украсить ум мудростью.

С.,405. ...Когда говорю о сердце, значит, по этому каналу можно находить спасение. Слышите ли? Повторяю о спасении! Не обсуждение, не сомнение, не колебание, но спасение будет знаком этого часа. Нужно еще тверже понять, насколько старые меры уже неуместны. Остается мост с Вышних Миров – сердце. Приблизимся к источнику чувствования Света.

С.,446. Нужно твердо понять, что силы духа, которые прежде требовали десятков лет, теперь путем сердца ускорены до последней степени. Можно признать Агни Йогу как стремительную эволюцию сил. Там, где целыми годами упражнялись в утончении и нагнетении тела, там сердце может подвинуть дух почти немедленно. Конечно, нужно воспитание сердца, но это лежит в сфере чувств, но не механики. Так спешно призовем сердце на служение Новому Миру.

 

«...Когда говорим о сердце, Мы утверждаем твердыню чувства»

С.,278. Каждое чувство порождает энергию. Взаимное чувство удесятеряет энергию. Коллективное чувство создает мощь энергии, но единичное чувство должно быть напряжено, и взаимное собирательное чувство должно быть согласовано. В этом вся причина несильного воздействия современных чувств; ни одно условие напряженного чувства почти не соблюдается теперь. Между тем, какая великая реальность отразилась бы в подъеме множества согласованных чувств! Древние называли чувство кузницей мощи. Не правда ли, как величественно чувство взаимной любви? Не ниже стоит мощь взаимной признательности. Несокрушимо чувство героизма самоотверженного; так можно создать прекрасные башни и твердыни. Но откуда придет согласованность? Не от рассудка, не от извилин мозга, но из сердца, от Света. Лишь чувство злобы предоставим темным.

С.,359. Нужно создать особый предмет – сердцеведение. Самая простая служанка уже понимает, как сладко говорить о сердце; казалось бы, ученому тем легче расширить это понятие. Одна история человечества дает сравнительную таблицу деятелей мозга и сердца. Разве эти лики подвига и героев самоотвержения не дадут лучшее усовершенствование сердца?

NB. Мудрые утверждают, что человек нуждается в равновесии «ума и сердца». Отсюда необходимость воспитания культуры чувств, их утончения. Есть ли сегодня задача более важная, более ответственная, чем эта? «Кибернетический человек», о котором писал Э.Фромм, поглотил человека духовного, сердечного и благородного. Возрождение духовности непосредственно связано с развитием сердечной утонченности, воспитанием высоких чувств, переживаний, благородных устремлений.

Помочь детям тонко реагировать на голос сердца, которое все ведает, все знает, – это значит указать им путь к самим себе, пробудить их потребность в самопознании, развить интерес к внутреннему миру, к человеку вообще. Но нужен учитель, способный это сделать...

С.,391. Чувство всегда одержит верх над разумом. Нужно принять это как непобедимую истину. Потому когда говорим о сердце. Мы утверждаем твердыню чувства. Но как далеко чувство сердца от похоти! Учение о творящем чувстве будет познанием творчества мыслей. Не будем расчленять область чувства, ибо это одно цветущее поле. Знаем посев чувства, но где же плоды одного разума? Не может творить рассудок, если не дать зерно сердца. Так, когда Говорим о сердце, Говорим о Прекрасном.

С.,394. «И положил с вечера мысль на сердце, а заутра Дал решение», – сказано о Старце Горы в хрониках персидских. Для многих это просто сказка-прибаутка. Между тем целое Учение дано в этом! речении. Именно «положил мысль на сердце». Нигде иначе не может преобразиться мысль, как на престоле сердца.

С.,408. Сердечное воспитание необходимо от двухлетнего возраста.

С.,428. Так сердце может быть названо самым индивидуальным органом. Потому и методы воспитания сердца должны быть очень подвижными. Нужно с самых малых лет обращать внимание на отвращения или на склонности. Нелепо считать часто непонятные отвращения как невежественные глупости. Нередко в этом сказывается целый строй сердца, и могут быть построены самые полезные выводы. Но больше всего нужно опасаться сердца, не знающего ни склонности, ни отвращения. Значит, сердце спит. Таких спящих сердцем много, и это ведет к распаду духа.

С.,433. При воспитании сердца мы незаметно для себя привыкаем к сферам Тонкого Мира. Это происходит не на каких-то исключительных, чудесных феноменах, но на маленьких ощущениях, которые утонченное сердце начинает распознавать. Нужно принять эту мысль о значении маленьких ощущений.

С.,476. Даже самое нежное, самое сострадательное сердце должно быть не лишено мужественности. Сердце есть камень, на котором созидаются твердыни. Может ли стоять твердыня без мужественности и торжественности? При самых тесных обстоятельствах мужественность дает размах кругозору и торжественность устремляет ввысь. Не надо уставать в поисках мужества и торжественности. Мужество может быть или засыпано осколками разрушения, или вообще недоразвито. Это качество принадлежит к разряду развиваемых. Каждое мужество имело испытание в прошлом, но зато воспламенение мужества не трудно, когда клинок его побывал в бою. Люди часто употребляют прекрасные выражения, не считаясь с происхождением их. Они правильно говорят: загорелось сердце или воспламенился дух; значит, они когда-то помнили об огне сердца, но теперь стыдятся этого огня. Они, прежде всего, готовы объяснить свое прекрасное слово или суеверием, или причудою кормилицы-сказительницы. Но в лучшие сроки будем вспоминать об огне, о мужестве и торжественности. Любовь, заключенная в чистой торжественности, всегда нуждается в защите от темных оскорбителей. Мужество является щитом, и огонь соединяет струи свои в пламенный меч.

Не случайно Утверждаю мужество; оно укрепит кругозор.

С.,478. Утвердив мужество, Мы не забудем о терпении. Утешительно, что терпение покрывает любое раздражение. При напряжении терпения вырабатывается особая субстанция, которая, как сильное противоядие, обезвреживает даже империл. Но, конечно, терпение не есть бесчувственность. При преступном безразличии не проявляются благодетельные реакции. Терпение есть сознательное напряжение и противостояние тьме.

С.,479. Но терпение есть источник Благодати. Ничто иное не испытывает так сердце, как сознательное терпение.

С.,489. Так сердечное познание дает обаяние, которое не приобретается золотом... Оно принадлежит к качествам накопляемым и неотъемлемым. Анура – сердечное обаяние или Царь-Сердце. Можно видеть, как с детства обаяние открывается иногда даже в тягость самому себе...

С.,514. ...Каждое воспитание сердца есть врата в Высшие Миры...

С.,536. Среди огней сердца самый яркий – пламень самопожертвования. Именно этот доспех отвращает стрелы вражеские и создает прославленную неуязвимость.

С.,548. ...Невозможно представить себе, насколько искра сознательности приближает решение спасительное. Нужно воспитывать сердце для усвоения сознательности во всех действиях. Смотрите на это как на закон.

С.,550. ...Не слова, чувство сердца творит чудо...

С.,558. Страх и раздражение называются вратами тьмы... Сердце воспитанное, прежде всего, искоренит страх и поймет вред раздражения. Так сердце есть то самое оружие Света, которое посрамит уловки тьмы.

С.,562. ...При начальном воспитании сердца нужно прибегать к беседе с Нашим центром – так справедливо можно называть сердце.

М.О.,I,207. Основа чувства есть его беспредельность; так можно огонь осознавать, когда Говорю о приближении и постоянном углублении чувства. Считайте, что огненное приближение не знает границ, оно вне наших измерений. Такое положение нужно принять и совершенно научно.

М.О.,I,330. Музыка нужна для всех огненных посевов. Нужно избирать хорошую музыку. Она собирает наши чувства.

М.О.,I,333. Все земные чувства в претворении восходят до Мира Огненного... Потому нужно уже на Земле утончать чувства.

 

«...Все сердечное преуспеяние покоится на моральных основаниях»

С.,111. Истинно, все сердечное преуспеяние покоится на моральных основаниях. Эти основы претворяют физическую природу и оживляют дух. Конечно, вас могут спросить, как стоит это условие у темных, если иерофанты владеют некоторыми огнями.: Правильно понять, что темная аморальность покоится на дисциплине страха. Нужно видеть, насколько жестока эта дисциплина!!

М.О.,I,138. Обратимся к дружелюбию, как основе жизни. Не румяна, не белила злобы-дружелюбие. Не завеса-дружелюбие. Не личина предательства-дружелюбие. Не приветливая гримаса-дружелюбие. Нужно понять дружелюбие как нелицемерное сердечное чувство.

Н.,809. Истинно, милосердие, миролюбие, жалость, снисхождение, явления обычной бережности к людям будут проявлением сострадания в разной мере. Сама любовь живет близко от сострадания. Разве сотрудничество не есть сосед сострадания? Ведь эти добрые качества полны целебности... Пусть и наука скажет, насколько доброе намерение бывает целебным для нервной системы, но не забудем, что оказывающий сострадание также получает полезное воздействие от бумеранга посланной энергии.

 

«Сердце будет расти в ...упражнении добра»

С.,7. ...Не самость живет в сердце, но общечеловечность. Лишь рассудок окутывает сердце паутиною эгоцентричности.

Добросердечие измеряется не столько так называемыми добрыми действиями, причина которых бывает слишком различна, но самим внутренним добросердечием; оно зажигает тот свет, который во тьме светит... Как необходимо научиться ощущать сердце не как свое, но как всемирное! Только через это ощущение можно начать освобождаться от эгоизма, сохраняя индивидуальность накоплений.

NB. В основу этих утверждений положен принцип Общего Блага – единство общих интересов, гармония бесконечного разнообразия индивидуальностей. Воспитание сердца требует очищения сознания ребенка от эгоистических импульсов, преодоления самости, эгоизма, стремления к деятельности, направленной на благо других людей. Такое воспитание должно опираться на изначально присущую человеку способность отдавать, быть благородным. Нужно помочь детям осознать созидающую силу добрых чувств, слов, мыслей, действий.

Что есть добролюбие? Нужно понять, что оно не только заключает в себе совершение добрых дел, но также и умение восхищаться добром. Последнее условие обычно не принимается и остается непонятым, его нужно прививать и воспитывать в людях. Только восхищение добром приносит тепло сердца.

С.,63. Сердце добра сеет вокруг себя здоровье, улыбку, духовное благо. Сердце зла уничтожает тепло и, упырю подобно, высасывает жизненные силы. Так непрестанна деятельность сердец добра и зла.

С.,410. Нужно сеять добро каждым взглядом, каждым прикосновением. И сердце будет расти в этом упражнения добра.

С.,467. Гигиена сердца предполагает добрые дела, но в широком смысле... Добрые дела имеют в виду благо человечества.

С.,553. Нужно быть добрее, понимая добро вселенское. Нужно приучить сердце свое к действенности добра. Нужно, как опытным борцам, признать силу добра. Никакая злая сила не победит добра. Не будем считать ее как нечто умное. Лукавство не есть ум и, конечно, не живет в сердце. Утверждаем пути знания, но не обойдем молчанием добро как начало творящее.

 

«Смотрите на беседы о духовном как на практическое упражнение сердца»

С.,21. Советуйте говорить о духовном. Много можно отмечать полезного среди духовных воспоминаний. Кроме того, духовная беседа охраняет от грязи и раздражения. Утверждение духовных проявлений умалит ненависть к миру невидимому. Там, где часто ведутся духовные беседы, там накопляется особая аура.

С.,38. Как нужно приучаться к пониманию всего духовного! Нечего ожидать от сердца, если наше мышление не будет находить лучший праздник в упоминании всего духовного.

С.,39. Главное, говорите о духовном. Путь духа, как ничто другое, развивает сознание и очищает жизнь. Смотрите на беседы о духовном как на практическое упражнение сердца. Нужно очищать сознание, как путь к преуспеянию.

С.,254. Пусть сердце приучится беседовать с Учителем. Подобно древним старцам, пусть сердце знает лишь общение с Владыкою, чтобы ничто ничтожное не вторгалось в сердечную беседу с Вышним.

Нужно, как сокровище, беречь сказанную беседу с Учителем.

 

«...Любовь есть ведущее, творящее начало»

NB. Главное – дать детям ощущение любви, исходящее извне и направленное на них, научить выражать свою любовь.

Только пространство любви, созданное нами, взрослыми, и есть та благоприятная среда, в которой раскрывается духовное сознание ребенка.

Правильно указывается, что любовь есть ведущее, творящее начало, значит, любовь должна быть сознательна, устремленна и самоотверженна. Творчество нуждается в этих условиях. Если в любви будут замечены самоослабление, разложение и служение самости, то это не будет высшим понятием человечества, поднимающим понятие подвига. Сердце, преисполненное любви, будет действенным, мужественным и растущим до вмещения. Такое сердце может молиться без слов и может омываться благодатью. Насколько нуждается человечество в сознании огня любви!

С.,75. Любовь, подвиг, труд, творчество – эти вершины восхождения при любой перестановке сохраняют восходящее стремление. Какое множество привходящих понятий они заключают в себе! Какая же любовь без самоотвержения, подвиг без мужества, труд без терпения, творчество без самосовершенствования! И над всем этим воинством благих ценностей водительствует сердце. Без него самые терпеливые, самые мужественные, самые устремленные будут холодными гробами! Отягощенными знанием, но не окрыленными, будут бессердечные!

С.,242. Говоря о качествах любви, отметим любовь задерживающую и любовь устремляющую. По существу, первая – любовь земная и вторая – небесная. Но какое множество созиданий разрушено первой, и такое же множество окрылено второй. Первая знает все ограничения пространства и сознания, но вторая не нуждается в мерах земных. Она не затруднена расстояниями и суждениями о смерти. Первая знает мир как планету, вторая же даже не затруднится перед уничтожением планеты, ибо перед нею все миры.

С.,243. Примем любовь как двигатель расширения сознания. Сердце не будет пламенеть без любви, не будет нерушимо и не будет самоотверженно. Так принесем признательность каждому вместилищу любви, она лежит на границе Нового Мира, там, где упразднены ненависть и нетерпимость. Путь любви есть напряжение энергии космической. Так люди найдут свое место в Космосе.

С.,374. Милосердие, сострадание, сожаление, любовь и все благие устремления, так указанные Нами, разве не являются чудесными путями сообщения с высшими энергиями? Нужно привыкать смотреть на эти светлые качества, как на действительное средство, соединяющее с Высшими Мирами. Без этих качеств всякая астрохимия будет астроядом. Издревле понимали алхимики значение светоносного соединительного вещества, идущего из сердца. Потому эманации сердца постоянно творят светлое вещество, которое назовем как бы смыслом психической энергии.

М.О.,II,49. Никто не подойдет к Огню со страхом. Никто не подойдет с ненавистью, ибо Огонь есть Любовь!

Н.,86. Мы говорим – к Нам обратитесь. Но надо подумать, как обратиться. Можно сказать – всем помышлением и всем сердцем. Сказать это легко, но сделать трудно. Обратиться всем сердцем – значит полюбить. Там, где есть истинная любовь, там нет места сомнению. Даже если нечто не ясно, любящий не будет осуждать. Там, где могло зародиться осуждение, там была не полная любовь.

В дни великих потрясений не может быть и полумер в чувстве. Нужно так сплотиться, чтобы не было и малейшей трещины. Враждебные силы гнездятся в трещинах. Яд поражает растрескавшиеся покровы. Наше оружие в совершенной любви. Пусть все друзья Наши наденут этот верный доспех. Не нужно утешаться, что малая заноза не опасна. И от самого малого бывают губительные нарывы. В Нашей напряженной жизни очень чувствительны трещины недоверия.

Н.,769. Пусть скептики не удивляются, что вместо сложных научных формул Мы говорим об общечеловеческом чувстве любви как о лучшем проводнике. Но в любом предмете лучший успех достигается, если исследователь любит свой предмет. Лишь любовь создает высшее притяжение. Вы достаточно знаете о значении притяжения; такой магнит заложен в сердце человека, и он устремляется к Великому Магниту Надземного Мира.

Нужно понять, что Мы имеем в виду не отдельные, скорогаснущие вспышки любви; такие миражи не имеют значения, необходима прочная любовь, преданность, которая пылает неугасимо при всех жизненных испытаниях; такая любовь приводит к Родине сердца, как на возлюбленную Родину, где все знакомо, все мило, все прекрасно. Такая любовь не будет пресечена земными заботами, наоборот, она укрепит дух, чтобы преодолеть самые тяжкие трудности.

...Даже самая несовершенная любовь уже заключает в себе частицу блага. Таким образом, после всяких рассудочных нагромождений, человек приходит к самому природному чувству, которым живут все царства природы.

Мыслитель заповедал: «Любовь есть самое пламенное чувство. Берегите ярую любовь к Надземному Миру».

Н.,861. Любовь есть мощный двигатель. Любовь – магнит и начало преуспеяний. Любовь к будущему будет самым мощным двигателем, и она охраняет деятеля от сонливой лени. Любовь дает понимание Надземного Мира.

Н.,915. Урусвати знает Путь Горний. Любовь – ключ входа. Любовь – мощь преодоления. Любовь – целебный родник неиссякаемый. Сказано – Йога Любви высока. Некоторые считают путь Любви самым легким, но для других именно такой путь самый трудный. Не может полюбить сердце, в котором живут злоба и жестокость.

Люди даже не замечают, что их подвал полон злобы; не могут они превозмочь низкое чувство. Они могут притворно внимать о победе Любви, но сущность их будет мрачна, и в Надземный Мир они войдут без светоча.

Нельзя поучать о высшей вибрации Любви, если в сердце нет зачатков ее. Ярко пылает огонь Любви. Пусть он ведет в Путь Горний.

Учитель научил учеников различать любовь и злобу по глазам: «Давно сказано, что глаза – открытые раны. Можно верить свидетельству таких проводов сердца».

 

«На гигиену сердца нужно смотреть как на необходимую деятельность»

С.,9. Бессердечие есть не что иное, нежели акультурное состояние сердца. Малодушие – ограниченность мышления. Нетерпимость принадлежит к той же семье мерзостей, умаляющей священный сосуд сердца. Утонченное, нагнетенное сердце дает толчок, подобно динамо, тем показывая, что оно есть сосуд мировой энергии. Но культура сердца не накопляется, не получая соответственного питания.

С.,89. Остерегайтесь бессмысленного осуждения. Оно не только содержит свойство разложения. Но и отдает слабого осудителя во власть осуждаемого... Несправедливость осуждения, как и всякая ложь, ослабляет и без того ничтожное сознание судьи самовольного, потому вред от него получается необычайный... На гигиену сердца нужно смотреть как на необходимую деятельность...

NB. Я бы предложила эти изречения написать большими буквами в каждой школе, чтобы их читали и учителя, и дети.

С, 117. Нетерпимость есть признак низости духа. В нетерпимости заключаются задатки самых дурных действий. Нет места явлению роста духа, где гнездится нетерпимость. Сердце неограниченно... Нужно искоренять каждый признак, который может вести к идолу нетерпимости...

С.,125. Если не научимся здесь, на Земле, расчленению свойств полезности и вреда, то где же приобретем этот опыт? Следуя закону сердца, нужно пристально различать в каждом явлении части полезные и вредные. Редко все свойства явления хороши или дурны, но сердце понимает, где Искры Света или пыль тьмы. Новое нельзя слагать по условиям предрешенным и земным помыслам, но нужно помнить, что широко проливается Благодать; искры ее заносятся вихрем космическим к различным очагам. Сами видите, как неожиданно прививаются семена растений, так же много видов человеческих различий. К тому же и Говорю о вмещении.

С.,183. Многие состояния сердца замечались народной наблюдательностью – от мягкосердия до жестокосердия. Но редко отмечалось огнесердие. Между тем именно это качество может занимать и привлекать наше внимание

С.,210. Так Говорю – научитесь слушать сердце огненное. Не сомневайтесь в том, что огнем очищено. Мудро проявление основ сердца в жизни, и как же нужно радоваться этому камню добра.

С.,222. Постоянно настаиваем на преодолении всякого страха. Это требование не отвлеченное. Но направлено к ближайшему восхождению вашему. Страх, как многие отрицательные свойства, образует своего рода отрицательный магнит. Этот магнит, при следующих существованиях, будет обращать личность по заложенному предмету страха. Если человек чего-то боится, ему придется пройти именно тропою этого ужаса, пока не исчерпает свой страх. Потому полезно, чтобы человек, осознав невредимость своей духовной сущности, теперь же освободился от всех страхов. Ведь все устрашения ничтожны.

NB. Учителю следует постоянно помнить об этом, ибо страх еще очень живуч в нашей школе: страх ребенка перед двойкой, наказанием,непризнанием, перед насилием и др. Сколько стрессов в этой связи он переживает! И как мало учитель задумывается над тем, что страхи детства – это проблемы дальнейшей взрослой жизни. Знают ли об этом родители, способны ли они помочь своим детям? Мы зачастую даже не подозреваем, какие трагедии происходят в душе ребенка и как эти неизжитые страхи программируют проблемы всей его будущей жизни. Как часто нам приходится сталкиваться с неуверенностью детей, взрослых! Но осознаем ли, что в основе ее лежит страх, рожденный в школе? Маленькие дети переживают страх и перед явлениями Тонкого Мира, так как они тоньше видят, чувствуют, ощущают. Но родители, отвергая эти явления, оставляют ребенка наедине с его страхами.

С.,367. Если собрать в одну книгу все поступки, вредные для совершенствования, то можно легко убедиться, насколько легко побороть их. Можно видеть, из каких малых действий накопляется это зло. Трудно разве в жизни отказаться от ничтожных привычек? Трудно ли отогнать малые пагубы, отравляющие тело? Разве не стыдится ребенок первого поползновения лжи? Лишь привычками дитя стеклит сердце. Потому называем привычки мозолями души. Кто же не понимает утверждающих явлений сердца перед каждым негодным поступком? Эти поступки сердца дают лучшие зовы – и часто люди заставляют замолчать сердце. Это преступление. Все равно что прервать провод, несущий спасение ближнему.

С.,558. Страх и раздражение называются вратами тьмы... Сердце воспитанное прежде всего искоренит страх и поймет вред раздражения. Так сердце есть то же самое оружие Света, которое посрамит уловки тьмы.

М.О.,III,93. Можно растить любое чувство, бесстрашие также воспитывается. Можно задавать себе задачи бесстрашия вместо наполнения чувством ужаса.

М.О.,III,197. Нужно в сердце нести почитание Высшего Мира как самое важное и прекрасное в земной жизни.

Н.,877. Испытуйте себя и замечайте, что глубже всего заложено в сознании вашем? Если уныние и обида долго живут в вас и огорчают сердце, они составляют причину многих заболеваний и пресекут духовное продвижение. Когда вы познаете такое простое объяснение, то разум ваш подскажет, что не полезно поддаваться ядовитым воздействиям. Таким же путем вы спросите себя и о других позорных вредителях и призовете свободную волю, чтобы изгнать врагов, земных и надземных. Но если вы почуете, что подвиг самопожертвования вам близок, вы поймете, что эти врата приведут вас к светлым победам. Итак, посмотрите ваши качества, и сердце не обманет вас.

Так Мыслитель говорил: «Пусть самопознание будет праздником твоим».

 

«Утончение приведет к чувствознанию»

Зн.,549. ...Теперь время настаивает на синтезе действия. Чувствознание даст этот синтез земного существования. Сокровище чувствования заключается в Чаше.

Зн.,580. Постоянно подчеркиваем понятие утонченности. Оно связано с ростом духа. Вы видели медленность накоплений духа, также утонченность не может снизойти немедленно.

Б.,759. Осознание тонких и грубых восприятий будет первой ступенью в продвижении человечества.

Б.,761. Все психически тонкие организмы воспринимают космические токи... Ощущения психически тонкого организма разнятся так от грубых организмов! Потому тонкость восприятий может откликаться только на высшие токи.

Б.,763. Потому человечество должно утвердиться в устремлении к тонким ощущениям. Все чудесные формы Космоса построены на тонкости ощущений.

Б.,764. Космическая чуткость наполняет пространство.

Б.,765. Чуткость ощущений объединяет все человечество в Высших Сферах... Так чуткость для ученика является главным качеством. Чуткость, применяемая духом, дает зоркость. Так, приложив чуткость сердца, можно достичь высших устремлений.

Б.,770. Самое тонкое сознание имеет самую тонкую восприимчивость.

Б.,774. Если в эволюции инстинкт развивался в чувство, то утончение приводит к чувствознанию... Вся эволюция зиждется на утончении.

Б.,780. Правильно сказать, что человечество создает свои космические ступени в своих устремлениях и восприятиях. Человечество принимает или отдает явленные силы.

Б.,783. Когда сознание может тонко воспринимать, то каждая огненная энергия может сознательно быть ощутима.

И.,106. Что есть сокровище сердца? Не только доброжелательность, не только сострадание. Не только преданность Иерархии, но созвучие с Космическим Сознанием, когда сердце перенимает даже ритм космический помимо своего. Можно верить такому сердцу, оно чувство знает и, как явленная связь с Высшим Миром, говорит неоспоримое.

NB. Человек огрубел, а это значит, что он ограничил свои возможности в получении правильной информации о мире и самом себе и не может реализовать себя как гармоничную личность.

Чувства – это психические каналы души. Они прощупывают и собирают информацию из окружающего мира, а интуиция определяет ее качество. До сих пор школа развивает лишь ум и логику. Но известно, что на основе интуитивных знаний построены целые философские системы. Обратите внимание – творческий учитель уже сегодня в центр своего внимания ставит воспитание чувств детей, их утончение, помогает каждому воспитаннику сделать шаг внутрь, вглубь себя. И как результат – способность видеть и слышать мир становится внутренним качеством души.

С.,20. Если не разбужено чувствознание. то даже действительность, даже очевидность недоступны.

С.,76. Граница между достойным и недостойным очень извилиста; лишь сердце может найти путь через все извилины мозга. Но теперь время перейти к познанию духотворчества...

Если люди стараются усовершенствовать даже приборы научные, то столь желательно утончение самого человеческого аппарата! Но без привлечения помощи сердца невозможно продвинуться в этом подвиге. Кто может чуять сердце, тот уже может двигаться за пределы тела.

С.,192. Так же во всем человечество воспитало себя на грубых формах, изгнав все утончение и чувствознание. Даже самые назойливые признаки Тонкого Мира загнаны в забвение.

С.,193. Потому сближение миров требует утончения и гибкости сознания.

С.,330. Утонченное состояние сердца вызывает особую деятельность всех чувств. Обоняние, слух, зрение, вкус действуют беспрерывно. Нет тишины, ибо при замолкании земных звуков начинают доноситься отклики Тонкого Мира. Нет момента без запаха, ибо даже самый чистый воздух полон ароматами. Нет зрительной пустоты, ибо Свет Тонкого Мира не оставит глаз открытый и даже закрытый. Разве само чистое небо не полно образованиями? Также не может быть бездействия вкуса, когда сам человек есть сильнейшая химическая лаборатория. Относительно осязания, сами знаете, насколько Тонкий Мир может прикасаться.

С.,334. Спросите умного человека, что чаще всего предупреждало его об опасностях. Остерегало от ошибок и уклонений? Честный человек назовет сердце. Не назовет он мозг или рассудок. Лишь глупый человек будет полагаться на условные рассудочные заключения. Сердце – оно наполнено чувствознанием... Чувствознание появилось не как какая-то смутная интуиция, но как следствие духовной дисциплины, при понимании значения сердца.

С.,432. Первая обязанность – следить за своими ощущениями. Нельзя считать такое внимание преувеличением, наоборот, оно должно показывать уважение к высшему прообразу.

С.,433. При воспитании сердца мы незаметно для себя привыкаем к сферам Тонкого Мира. Это происходит не на каких-то исключительных, чудесных феноменах, но на маленьких ощущениях, которые утонченное сердце начинает распознавать.

С.,577. Среди чувств обоняние есть одно из ближайших определений всего приближающегося. Многие не поймут, что сердце будет двигателем утончения обоняния.

М.О.,I,299. Нужно следить за умением постигать чужое настроение. Это не есть чтение мыслей, но чувствознание сущности соседа. Легче заглянуть дальше, когда знаем о ближнем. Многие стоят на пороге такого чувствознания, но лишь судорога самости мешает понять окружающее.

Бр.,226. Нелегко привыкнуть к мысли, что наши чувствования часто зависят от пространственных токов.

Бр.,227. Нелегко привыкнуть, что каждую минуту мысли могут принести перемену настроения.

Бр.,228. Нелегко признать, что одиночества не существует.

Бр.,229. Нелегко чуять себя принадлежащим к двум Мирам.

Бр.,230. Нелегко признать, что земная жизнь есть мгновенное видение. Нелегко понять все это, хотя люди должны предчувствовать уже от рождения.

 

Знание умственное и сердечное

Зн.,508. Интеллект не есть мудрость. Чувствознание есть мудрость, интеллект есть рассудок. Мудрость решает, потому что давно уже это решение оплодотворилось. Интеллект есть преддверие мудрости, и когда он заострен, он сливается в сферу синтеза. Синтез духа открывает все сферы.

Зн.,550. В чем будет заключаться утонченность и возвышенность мышления?.. Неужели в нагромождениях искусственной логики и в ужасающих силлогизмах? Конечно, мышление будет устремляться к оценке лучшего и прекрасного и к изысканию наибольшей полезности. Можно представить, как накопление Чаши-сердца даст течение ясных мыслей, сопоставляя прошлое с будущим.

С.,265. Но высший закон сердца следует за утверждением вех будущего. Мозг – прошлое. Сердце – будущее. Так, более огней около сердца. Нужно не забыть, что, кроме обычных огней, каждая эпоха зажигает свои светочи и, конечно, Век Огня дает особое огненное сочетание.

С.,266. Осознать – значит победить.

С.,277. Можно думать мозгом или сердцем. Может, было время, когда люди забыли о работе сердца, но сейчас и Мы должны сосредоточить Наши стремления по этому направлению. Так, не освобождая мозг от труда, Мы готовы признать сердце двигателем. Люди измыслили о сердце много ограничений. Дела сердечные понимаются узко и даже не всегда чисто. Мы должны ввести в сферу сердца весь мир, ибо сердце есть микрокосм Сущего. Кто не вдохновится великим понятием сердца, тот умалит свое собственное значение. Мы заповедуем не раздражаться, но лишь величие сердца спасет от яда раздражения... Мы вспоминаем о дальних мирах, но не мозг, а сердце может помнить о Беспредельности. Так не умалим то, что дано нам как вместилище Благодати.

С.,336. Не смешаем ум с условным умствованием. Ум поведет к мудрости, иначе говоря, к сердцу. Но умствует червь, с трудом переползающий тропу человека. Потому будем так настойчивы около достижения сердца. Ведь там ларец восторга, который не купить золотом.

С.,358. ...Медленно нарастает сознание, настолько же не быстро преображается и дом сознания – сердце. Потому нужно принять, что не мысливший о сердце не преуспеет и в сознании... Нужно воспитывать сердце. Нельзя образовать мозг без утончения сердца.

Бр.,385. Рассудок есть водитель недоразумения. Рассудочное мышление осуждается, но и безрассудочные действия осуждены. Значит, есть какая-то сила, которая должна дополнить деятельность рассудка. Сердце должно быть верховным судьей. Рассудок не есть равновесие.

Н.,852. Знание делится на умственное и сердечное. Нелегко людям различать, где явлена граница такого знания, но они должны понять, что знание сердечное очень трудно приобрести, если не было накоплений надземных... Не могут телесные движения создавать духовность. Только мысленное упражнение дает возвышенное сердечное знание.

Н.,865. Человек не может осознать рассудком, когда и где произойдет благое сочетание. Рассудок – плохой советник. Он вместо помощи может ввести в заблуждение. Только сердце может чуять священную тишину, и в таком устремлении созидается истинное чувствознание.

Явление сверхчувствознания у людей опытных может наполнить всю жизнь, не отвлекая от труда и творчества.

NB. Чем глубже погружаешься в педагогические идеи Учения, тем больше понимаешь, как многого лишило нас наше образование и как хотелось бы, чтобы наши дети восполнили утраченное нами.

И культура чувств, и искусство мышления – разве не они должны пронизать сегодня все в педагогическом процессе. Да, нам нужно самим учиться и учить наших детей этому трудному искусству управлять собственным мышлением, которое донельзя хаотично, порой бессмысленно просто. Попробуйте, например, в течение даже короткого времени записать ваши мысли, и вы убедитесь в этом.

Как многому нам самим надо учиться для того, чтобы вести учащихся к постижению столь трудного искусства.

 

Печать E-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 681