Глава четвертая

Борьба с хищениями и незаконным вывозом культурных ценностей

 

 

Хищение произведений искусства и капиталистическое общество

Хищение культурных ценностей, нелегальный их вывоз прежде всего из развивающихся стран, контрабандная торговля произведениями искусства превратились в условиях современного буржуазного общества в гигантский бизнес международного характера.

Кражи художественных и исторических ценностей из музеев и картинных галерей, из соборов и частных коллекций стали типичными для этого общества. В странах Западной Европы хищение картин и других произведений искусства приобретает с каждым годом все большие масштабы [1]. По данным Интерпола, число таких краж в ряде стран составляет от 15 до 20% всех краж в год [2]. В 1974 году из итальянских музеев, галерей и частных собраний было похищено 11 тыс. произведений искусства, то есть на 2,5 тыс. больше, чем в 1973 году, и вдвое больше, чем в 1972 году. За послевоенный период в Италии было похищено около 50 тыс. произведений искусства [3].

Во Франции в 1968 году было украдено 899 картин, в 1970 году – 1261, в 1972 – 2719, а в 1974 – более 4 тыс. полотен. В США ежегодно совершается более 12 тыс. краж произведений искусства.

За последние годы три раза совершались ограбления выставок произведений Пикассо во Франции (в ноябре 1971 г. из парижской галереи Недлер украли знаменитое полотно «Голова арлекина», в 1973 г. похитили 11 полотен из музея в Антибе, а в январе 1976 г. объектом грабежа стала выставка в папском дворце в Авиньоне) [4].

По официальным данным, только за один 1977 год во Франции было ограблено 400 церквей, 256 картинных галерей, 160 замков.

В ФРГ подвергся ограблению всемирно известный Кёльнский собор. В 1975 году из галереи Урбино в Италии были похищены полотна Рафаэля и Пьеро делла Франческа. В феврале 1976 года из Лувра – «Мадонна с младенцем», принадлежащая кисти итальянского художника Джотто.

В марте 1977 года западногерманская полиция задержала шайку грабителей – двух турецких граждан и одного гражданина ФРГ, похитивших из дворца Сан-Суси в Потсдаме (ГДР) 10 полотен, в том числе одно кисти Тинторетто, оцененных в общую сумму 8 млн. франц. фр. [5] В апреле 1978 года из галереи Питти во Флоренции было похищено 10 полотен фламандских мастеров, в том числе картина Рубенса «Три грации».

Главная причина массового грабежа произведений искусств состоит в том, что в мире капитала произведения искусства, культурные и исторические ценности стали «самой твердой валютой». Стоимость их в условиях неустойчивости капиталистической экономики, непрекращающихся финансовых неурядиц, изменений валютных курсов резко возрастает. Об этом могут свидетельствовать такие факты: только за пять лет (с 1965 по 1970 г.) стоимость картин нидерландских художников XVII века повысилась на 100%, а картин импрессионистов – на 75% [6].

На аукционе, проведенном в мае 1978 года фирмой Сотсби в Лондоне, где распродавалась коллекция художественных ценностей фабриканта Роберта фон Хирша, цены достигли рекордных размеров, превысив во много раз оценки экспертов. Так, например, браслет с эмалью, подаренный в 1165 году князем Боголюбским Фридриху Барбароссе ко дню его коронации, был приобретен лондонским антикваром за 1 100 000 ливров (приблизительно 3,9 млн. швейц. фр.). Брошь с эмалью XII века была продана за 4,2 млн. швейц. фр., акварель Дюрера – за 2,2 млн. щвейц. фр. (в 5 раз дороже оценочной цены), акварель Сезанна – за 1,1 млн. швейц. фр. [7] На другом аукционе в Париже картина Делакруа «Грек на лошади» была продана за 3,4 млн. франц. фр. (около 1,7 млн. швейц. ф.р.).

Нельзя не согласиться с выводами, к которым пришла западногерманская газета «Нойе Рур-цайтунг» в статье «Немецкая торговля произведениями искусства на подъеме». Она писала: «Когда неустойчивый биржевой курс, банкротства, инфляции и девальвации подрывают основы экономики и хозяйствование уподобляется игре в рулетку, капитал уже не пускают в оборот – его вкладывают в непреходящие ценности: в произведения старых мастеров, в творения классиков живописи и скульптуры, в иконы. Традиционный страх перед кризисом легко превращает солидных предпринимателей, банкиров, промышленников в беззастенчивых пособников воровских шаек...» [8].

Миллионеры стремятся любой ценой заполучить шедевры в свои коллекции. В одних США только в 1971 году на покупку произведений искусства, украденных в других странах, было истрачено около 50 млн. долл. Наряду с американскими бизнесменами покупателями становятся нефтяные магнаты Ближнего Востока, миллионеры Японии, ФРГ и Австралии. Речь идет не о коллекциях любителей искусства, а о надежных капиталовложениях, нередко исчисляемых многомиллионными суммами долларов и фунтов стерлингов. Свои богатства владельцы укрывают словно в подземном захоронении в стальных сейфах и контейнерах с электронным устройством [9].

Поскольку спрос определяет предложение, бизнес на искусстве приобрел в 70-х годах организованные формы и невиданный ранее размах. Особенно много культурных богатств было вывезено из стран Азии, Африки и Латинской Америки, и прежде всего археологических памятников. В ответах на вопросник Интерпола такие государства, как Кипр, Индия, Ирак, Иран, Мексика, Перу, Тунис, обратили внимание на разграбление ценностей, найденных при археологических раскопках. Характерно, что большинство украденных археологических ценностей было нелегально вывезено за границу. По свидетельству правительства Индии, похищенные ценности вывозятся главным образом в США [10].

Расхищение произведений древнего искусства Индии дельцами «черного бизнеса» достигло огромных размеров. Только в 1972 году более 700 скульптур было выкрадено из индийских храмов и продано в США и Европу. Около 2 тыс. ценнейших миниатюр исчезло из музея в Джайпуре, большинство из них так и не найдено. По сообщению американского агентства ЮПИ, эти миниатюры оцениваются примерно в 860 тыс. долл. Из известного музея Салар-Джунта в Хайдарабаде были украдены экспонаты на сумму 24 тыс. долл. Специалисты считают, что убытки, понесенные Индией от краж произведений древнего искусства, за последние годы составили 133 млн. долл. [11]

История бронзового изваяния индийского божества Шивы Натараджи, или «танцующего Шивы», облетела весь мир. Бронзовая статуя, высотой около 110 см, была найдена во время археологических раскопок в Южной Индии в 1952 году. Статуя датируется 300 годом до н.э. Во время реставрационных работ некий художник по имени Раджасвами Стханатхи подменил подлинник искусно выполненной подделкой и в 1954 году бронзовое изваяние божества было тайно вывезено из Индии за океан. Подделку обнаружили лишь через два года. Когда статуя оказалась в частной коллекции американского мультимиллионера Нортона Саймона, правительство Индии предъявило к нему иск и потребовало немедленного возвращения уникального памятника индийской культуры законному владельцу – народу Индии. Выяснилось, что Саймон купил статую в США у частного коллекционера Б.Хеллери за 1 млн. долл. При каких обстоятельствах и у кого последний приобрел статую, осталось неизвестным. В конце концов «танцующий Шива» был возвращен на родину. Однако многие другие произведения искусства Индии потеряны для индийского народа навсегда [12].

Невиданный размах приобрела на Западе спекуляция произведениями самобытного африканского искусства. Тысячи вещей вывозятся из Африки, а затем появляются на аукционах Парижа, Лондона, Брюсселя и Нью-Йорка, обогащая спекулянтов и скупщиков краденого.

Председатель комиссии по охране древних памятников Нигерии проф. Биобаку заявил в сентябре 1975 года, что в стране действует хорошо организованная сеть спекулянтов, скупающих и вывозящих произведения искусства. По его подсчетам, стоимость украденных художественных и ритуальных предметов составляет более 30 млн. долл. [13]

Особенно гигантские масштабы приобрела деятельность расхитителей и контрабандистов, орудующих в Центральной Америке в районах бывших поселений майя. По свидетельству одного английского журналиста, вывезенные предметы культуры майя сосредоточены в таких известных американских музеях, как Музей примитивного искусства в Нью-Йорке, бруклинский музей и музей «Думбартон-Окс» в Вашингтоне. Предметы цивилизации майя, незаконно вывезенные из Мексики, можно видеть также в музеях ФРГ, Голландии и Швейцарии [14].

Хищение античных ценностей стало массовым явлением в Турции, Греции, Италии, арабских странах Среднего Востока, а также в Иране. Достаточно посетить музеи Европы и США, как официально сообщало правительство Турции, чтобы убедиться в том, что большая часть экспонируемых ценностей древности привезена из этих стран Азии. Еще совсем недавно предметы, найденные при раскопках, осуществляемых иностранными археологами, в частности в странах Среднего Востока, поступали в страны, гражданами которых являлись эти археологи. Законодательство, направленное на сохранение национального культурного достояния, прекратило эту практику. Иностранным археологам было предоставлено только право снимать копии, делать фотографии, обмеры и т.д. Тогда стала развиваться контрабанда ценностей. Предметы искусства стали самыми разнообразными способами вывозиться за пределы Турции. «Эта контрабанда,– заявило правительство Турции, – практикуемая в широком масштабе в течение последних лет, имеет тенденцию к превращению в настоящую профессию» [15].

Размах незаконного вывоза, массовых хищений культурных ценностей из развивающихся стран побудил последние настойчиво ставить вопрос перед международными организациями о мерах по пресечению этой практики и по возврату ценностей.

Проведенный Интерполом опрос показал, что большинство краж производится в общественных зданиях (церкви, музеи), недостаточно охраняемых и не снабженных техническими устройствами защиты от краж. Нелегальная перевозка произведений осуществляется через крупные города, порты и аэропорты [16]. Похищенные предметы чаще всего обнаруживаются у торговцев произведениями искусства (антикваров и т.п.).

Гигантский размах, который приобрел «черный бизнес», вызвал озабоченность международной общественности, ЮНЕСКО и других международных организаций. Одними из основных покупателей являются музеи, и они могли бы сыграть важную роль в борьбе с этим бизнесом. По инициативе ИКОМ в апреле 1970 года группа экспертов, в состав которой входили десять директоров музеев, разработала «этические правила приобретения» экспонатов, известные как «Этический кодекс ИКОМ». Этот кодекс исходит из того, что и музеи, и какие-либо другие учреждения или коллекционеры должны при приобретении культурных ценностей действовать добросовестно и «стараться, сколь это возможно, не приобретать ни прямо, ни косвенно какой-либо объект, в отношении которого могут быть подозрения вследствие отсутствия необходимой документации или по другим основаниям, что он незаконно вывезен из страны своего происхождения» [17]. Кодекс содержит ряд рекомендаций, направленных на предупреждение незаконной торговли произведениями искусства, но он не носит обязательного характера. Журнал «Новости ИКОМ» публикует подробные сведения об украденных ценностях и адреса, куда их следует возвратить в случае обнаружения.

В соответствии с резолюцией 3.411, принятой Генеральной конференцией ЮНЕСКО, в 1972 году в Брюсселе была проведена встреча представителей международных организаций, заинтересованных в обеспечении безопасности культурных ценностей, а в 1973 году также в Брюсселе был созван комитет экспертов, изучивший вопросы уменьшения опасности, которой подвергаются произведения искусства. Комитет рекомендовал осуществить ряд мер организационного, технического и юридического порядка: улучшение информации о культурных ценностях, проведение инвентаризации, централизация информации о похищенных предметах в специальных организациях, таких как ИКОМ, Интерпол, организация в странах специальных подразделений полиции по борьбе с хищениями произведений искусства и др. [18] Были также выработаны рекомендации, касающиеся совершенствования национального законодательства и применения конвенции 1970 года.

Международный конгресс за сохранение культурных ценностей и в защиту произведений искусства, созванный в конце 1975 года по инициативе Флорентийской академии искусств, принял резолюцию, в которой говорится о целесообразности создания международной службы по практическому осуществлению мер безопасности в отношении культурных ценностей и их перемещению, предусмотренных международными конвенциями и резолюциями ЮНЕСКО [19].

Рекомендация об охране движимых культурных ценностей 1978 года обращает внимание стран на необходимость улучшения условий хранения ценностей, усиления борьбы с кражами и актами вандализма.

Ряд мер уже осуществляется. Полицейские организации 95 стран обмениваются данными о пропавших произведениях искусства. Вышел международный справочник похищенных культурных ценностей. Периодически издается «Официальный международный перечень похищенных картин и произведений искусства». Для охраны музеев и экспонатов на выставках применяются новейшие технические средства [20].

В законодательстве большинства стран существуют ограничения на вывоз культурных ценностей. В США какие-либо ограничения отсутствуют. В одних странах, например в Англии, существует порядок выдачи лицензий на вывоз предметов определенной давности и определенной стоимости после проведения соответствующего контрольного осмотра экспертом-искусствоведом. В других, например в Мексике, Бразилии, Аргентине, Иордании [21], наложен запрет на вывоз определенных категорий культурных ценностей.

В качестве примера следует привести законодательство Мексики. Закон от 6 мая 1972 г., касающийся памятников и архитектурных художественных и исторических зон, относится к числу законов, устанавливающих строгий государственный контроль над экспортом охраняемых объектов. Согласно ст. 16 закона, экспорт археологических памятников (памятников доколумбова периода) запрещен, за исключением случаев передачи их иностранным правительствам или научным учреждениям президентом республики. Для вывоза художественных и исторических памятников требуется разрешение компетентных органов. Наряду с введением строгого контроля над экспортом мексиканский закон предусматривает меры, касающиеся возврата незаконно вывезенных памятников. Национальный институт антропологии и истории обязан осуществлять любые действия, касающиеся возврата в Мексику нелегально вывезенных археологических памятников.

При всем разнообразии положений внутреннего законодательства общим для значительного числа стран является запрещение вывоза культурных ценностей без специального разрешения.

В законах ряда стран предусматривается временный свободный вывоз культурных ценностей в целях экспонирования на выставках за рубежом или обмена (Боливия, Колумбия, Марокко, Пакистан, Польша и др.), вывоз дублетов предметов, которые имеются в национальных музеях (Гватемала), вывоз определенных ценностей, в некоторых других случаях (Ливан, Ливия, Пакистан).

В ряде стран допускается свободный вывоз произведений искусства, авторы которых живы (Румыния) или умерли не более 20 лет назад (Австрия) или не более 50 лет назад (Бельгия). По законам Бельгии можно также вывозить из страны культурные ценности, созданные за последние 100 лет, а по французским законам – созданные после 1920 года.

Особенностью законодательства Италии является свободный реэкспорт предметов в течение пяти лет после их ввоза, что нередко используется для мошеннических операций с ценностями путем первоначального ввоза подделок и последующего вывоза из Италии оригиналов на якобы законном основании. Положения о свободном реэкспорте в течение определенного срока имеются в законодательстве Бельгии, Франции, Испании [22].

Другим средством борьбы с незаконным вывозом культурных ценностей мог бы стать запрет странами-экспортерами их ввоза или установление ограничений и контроля такого ввоза. В отличие от регулирования экспорта в законодательстве капиталистических стран обычно не содержится каких-либо правил, регулирующих ввоз культурных ценностей и тем самым способствующих задержанию ценностей, незаконно вывезенных из других стран. Так, в США установлена полная свобода их ввоза [23].

Таким образом, для капиталистического мира характерно отсутствие юридических ограничений при ввозе произведений искусства. Ввоз в одну страну произведений искусства, нелегально вывезенных из другой страны, не рассматривается как противозаконный. В этом одно из основных препятствий в борьбе с расхищением национального культурного достояния. Приведем такой пример из практики США. Куратор Бостонского музея ввез в США купленную им частным образом в Италии картину кисти Рафаэля, нарушив при этом итальянские законы (ст. 35 закона 1939 г.). С точки зрения законодательства США это была законная операция, поскольку действие итальянских законов, регулирующих вывоз, ограничено территорией Италии, и они не могут применяться в США. Американский суд встал на защиту интересов собственника-приобретателя. Эта ситуация типична для США, которые стали основным потребителем ценностей, вывезенных контрабандным путем из других стран. В другом случае в связи с требованием итальянского правительства в 1973 году вернуть нелегально вывезенную из Италии вазу, известную под названием Галукс Кратер, которую приобрел музей Метрополитен, американские власти сослались на то, что приобретение вазы музеем было законным [24]. Ваза была куплена за 1 млн. долл. у продавца, который купил ее в свою очередь у антиквара в Бейруте, владевшего ею более пяти лет.

Правительство Соединенных Штатов поддерживает музеи, скупающие культурные ценности, нелегально вывезенные из других стран. Так, в 1963 году директор музея «Думбартон-Окс» купил коллекцию византийского серебра, нелегально вывезенную из Турции. Когда правительство Турции потребовало возврата ценностей, госдепартамент отказался оказать в этом содействие, сославшись, в частности, на то, что «правительство США не осуществляет контроля над частным музеем» [25].

В условиях, когда законы охраняют интересы свободной торговли антикварными ценностями, а не подлинных собственников культурных ценностей, добиться возврата ценностей в страну, откуда они были незаконно вывезены, очень трудно. Так, лишь в результате длительной судебной тяжбы и только по решению верховного суда Швеции в 1976 году Италии был возвращен фрагмент скульптуры Микеланджело «Пьетта Ронданини», найденный в середине 60-х годов во время реставрационных работ в римской церкви Санта Мария и незаконно вывезенный в Швецию, хотя противоправность ввоза была очевидна.

Говоря о случаях такого рода, следует иметь в виду, что эффективность технических и экономических мероприятий по охране ценностей, судебных средств возврата похищенного – все это резко ограничивается социальными условиями современного буржуазного общества. Именно эти условия порождают организованную преступность и создают питательную среду для хищений произведений искусства, контрабанды и подпольной торговли культурными ценностями, что в конечном счете наносит непоправимый ущерб культурному достоянию народов.

 

Международно-правовые меры борьбы с хищениями культурных ценностей

Настоятельная необходимость осуществления международного сотрудничества и его регламентации в целях усиления борьбы с хищениями произведений искусства привела к тому, что еще в 1933 году Международный совет музеев на основе резолюций различных органов Лиги наций подготовил несколько проектов международной конвенции о возврате объектов, представляющих художественный, исторический и научный интерес, которые были потеряны, украдены или нелегально вывезены. Однако все эти проекты остались нереализованными.

В деятельности ЮНЕСКО этот вопрос возник впервые в связи с подготовкой рекомендации 1956 года об археологических раскопках. В этой рекомендации было высказано пожелание осуществить в странах – членах ЮНЕСКО регламентацию торговли древностями, «чтобы такая торговля не способствовала утечке археологических материалов и не вредила защите раскопок и составлению публичных коллекций». Музеям рекомендовано при покупке археологических ценностей проверять, не были ли они получены в результате незаконных раскопок или украдены, предлагалось также вести борьбу с недозволенным вывозом предметов, добытых при тайных раскопках или путем разрушения памятников, и осуществлять сотрудничество с целью их опознания и возвращения в страну происхождения.

Начиная с 1960 года эти проблемы все больше и больше стали привлекать внимание органов ЮНЕСКО. 19 ноября 1964 г. была принята Рекомендация о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного вывоза, ввоза и передачи права собственности на культурные ценности, а 14 ноября 1970 г. – Конвенция о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности [26].

Определение понятия «культурная ценность». И в рекомендации 1964 года, и в конвенции 1970 года дается определение понятия «культурная ценность». Отметим, что речь идет не об универсальном определении, а об определении, применяемом соответственно для рекомендации (с точки зрения настоящей рекомендации) и для конвенции (для целей настоящей конвенции). Определение культурной ценности содержится и в других международных актах (например, в Гаагской конвенции 1954 г.), однако в рассматриваемом случае говорится только о тех культурных ценностях, которые могут быть предметом вывоза, ввоза и передачи права собственности, что, естественно, ограничивает круг объектов.

Согласно рекомендации, «культурными ценностями считается движимое и недвижимое имущество, имеющее большое значение для культурного достояния каждой страны» (п. 1). Каждому государству рекомендуется устанавливать критерии для отнесения находящихся на его территории ценностей к этой категории. В перечень рекомендации входят такие предметы, как произведения искусства и архитектуры, рукописи, книги и другие предметы, представляющие интерес с точки зрения искусства, истории или археологии, этнографические документы, типичные образцы флоры и фауны, научные коллекции и важные коллекции книг и архивных документов, в том числе музыкальные архивы.

По определению конвенции, «культурными ценностями считаются ценности религиозного или светского характера, которые рассматриваются каждым государством как представляющие значение для археологии, доисторического периода, истории, литературы, искусства и науки» (ст. 1). Таким образом, единственным критерием для отнесения культурных ценностей к категории охраняемых служит критерий значения ценности. Речь идет прежде всего о движимых объектах, но в силу своей природы они могут быть отнесены и к категории недвижимостей. Они могут быть «государственными и частными» (п. b ст. 5). (Точнее было бы перевести «публичными и частными».)

В конвенции содержится более подробный перечень культурных ценностей, чем в рекомендации. Этот перечень охватывает 11 категорий. К первой относятся редкие коллекции и образцы флоры и фауны, минералогии, анатомии и предметы, представляющие интерес для палеонтологии. Ко второй – ценности, касающиеся истории, включая историю науки и техники, военную и социальную историю, а также ценности, связанные с жизнью выдающихся национальных деятелей, мыслителей, ученых и артистов, и с крупными национальными событиями. При определении этой категории в значительной степени было учтено предложение УССР о добавлении к первоначальному списку такой категории ценностей, как «мемориальные предметы и коллекции, характеризующие жизнь и творчество выдающихся государственных деятелей, деятелей науки, литературы и искусства» [27]. К третьей категории отнесены «археологические находки (включая обычные и тайные) и археологические открытия». К четвертой – составные части расчлененных художественных и исторических памятников и археологических мест. Включение этих категорий в перечень ценностей имеет особое значение для стран Ближнего Востока, Азии, Латинской Америки, культурные ценности которых, как уже неоднократно говорилось, подвергаются расхищению и становятся предметом контрабандного вывоза. В пятую категорию входят старинные предметы более чем 100-летней давности: надписи, чеканные монеты и печати. В шестую входят этнографические материалы. Особый интерес представляет седьмая категория – художественные ценности. Сюда входят картины и рисунки ручной работы на любой основе и из любых материалов (за исключением чертежей и промышленных изделий, украшенных от руки), оригинальные произведения скульптурного искусства из любых материалов, оригинальные гравюры, эстампы и литографии, оригинальные художественные подборки и монтажи из любых материалов. Следует отметить, что в первоначальном проекте, подготовленном ЮНЕСКО, речь шла о художественных произведениях только более 50-летней давности. Такое ограничение существенно сужало применение конвенции в отношении незаконных операций с художественными ценностями, и по предложению Болгарии оно было снято [28].

К восьмой категории отнесены редкие рукописи и инкунабулы, старинные книги, документы и издания, представляющие особый интерес (исторический, художественный, научный, литературный и т.д.), отдельно или в коллекциях. К девятой – почтовые марки, налоговые и аналогичные марки, отдельно или в коллекциях. В десятую категорию вошли архивы, включая фоно-, фото- и киноархивы, а в одиннадцатую – мебель более чем 100-летней давности и старинные музыкальные инструменты.

Наряду с понятием «культурная ценность», определение которого дается в ст. 1 конвенции 1970 года, используется также понятие «культурное наследие каждого государства». В это понятие входят культурные ценности, причем они делятся на определенные группы. Эти группы определяются не характером ценностей (исторические, художественные и т.д.), а зависят от источника их происхождения или создания [29]. В предварительном проекте конвенции (1969 г.) к их числу были отнесены ценности, составляющие «собственность государств или их граждан», а по дополненному проекту (1970 г.) – «собственность государств, учреждений публичного или частного права, имеющих свое местонахождение на их территории, их граждан или иностранцев, проживающих на территории этого государства».

Согласно принятому тексту конвенции, культурное наследие каждого государства включает ряд групп таких ценностей. К первой из них относятся «культурные ценности, созданные отдельными лицами или коллективами лиц, являющихся гражданами данного государства, и культурные ценности, имеющие важное значение для данного государства и созданные на территории этого государства иностранными гражданами или лицами без гражданства, проживающими на территории данного государства». Последний вид ценностей этой группы был включен в текст по предложению Болгарии и СССР [30]. Ко второй группе отнесены культурные ценности, обнаруженные на национальной территории. В третью группу входят «культурные ценности, приобретенные археологическими, этнологическими и естественнонаучными экспедициями с согласия компетентных властей страны, откуда происходят эти ценности».

Четвертую группу составляют культурные ценности, приобретенные в результате добровольных обменов. И, наконец, пятую – культурные ценности, полученные в качестве дара или законно купленные с согласия компетентных властей страны, откуда они происходят.

Определение последних трех групп имело существенное значение для развивающихся стран. При выработке текста были предложены различные редакции (например, Ираком) с целью подчеркнуть законность вхождения ценностей, источником происхождения которых является одно государство, в культурное наследие другого.

Наиболее широкое по сравнению с другими рекомендациями определение движимых культурных ценностей дается в рекомендации 1978 года об охране движимых культурных ценностей. Под ними и этой рекомендации понимаются все движимые ценности, которые являются выражением или свидетельством творчества человека или эволюции природы и которые имеют ценность с археологической, исторической, художественной или технической точек зрения.

Меры по борьбе с незаконным ввозом и вывозом. Конвенция 1970 года исходит из того, что каждое государство обязано охранять культурные ценности от краж, тайных раскопок и незаконного вывоза.

Основная идея конвенции, ее цель сформулированы в ст. 2, которая гласит: «1. Государства – участники настоящей Конвенции признают, что незаконные ввоз, вывоз и передача права собственности на культурные ценности являются одной из главных причин обеднения культурного наследия стран происхождения этих ценностей и что международное сотрудничество является одним из наиболее действенных средств обеспечения охраны принадлежащих им культурных ценностей от всех связанных с этим опасностей.

2. С этой целью государства-участники обязуются противодействовать имеющимися в их распоряжении средствами подобной практике, искореняя ее причины, прекращая ее осуществление и помогая производить необходимое возмещение».

В преамбуле конвенции обращается внимание на то, что незаконные ввоз, вывоз и передача права собственности на культурные ценности наносят ущерб взаимопониманию между народами и что охрана культурного достояния должна быть организована как в национальном, так и в международном масштабах и требует тесного сотрудничества между государствами.

Для понимания содержания конвенции 1970 года существенное значение имеет определение характера незаконных операций с культурными ценностями. Речь идет о незаконном ввозе, вывозе и передаче права собственности. Незаконными считаются ввоз, вывоз и передача права собственности на культурные ценности, совершенные в нарушение правил, принятых государствами-участниками в соответствии с конвенцией (ст. 3) [31]. Кроме того, незаконными «считаются также принудительные (выделено нами.– М.Б.) вывоз и передача права собственности на культурные ценности, являющиеся прямым или косвенным результатом оккупации страны иностранной державой» (ст. 11).

Прямое и безусловное запрещение в самой конвенции таких действий принудительного характера, которые явились результатом оккупации, имеет большое прогрессивное значение. В принятии этого предложения определенную роль сыграл Советский Союз, который в своих замечаниях по первоначальному проекту, в частности, отметил, что п. f ст. 4 «узаконивает собственность некоторых государств на культурные ценности, захваченные ими в результате агрессивных войн и оккупации чужих территорий».

Что касается вопроса о возможности обратного действия конвенции, то на стадии разработки и обсуждения проекта по этому поводу были высказаны различные точки зрения. Введение обратного действия конвенции, что сделало бы возможным возврат ценностей, утраченных в прошлом, было предложено Советским Союзом и Мексикой. В отношении ст. 11, касающейся оккупации, вопрос об обратной силе был поставлен Ираком, предложившим осудить «любое действие, имевшее место в прошлом». С другой стороны, Франция и Италия предложили не признавать обратного действия конвенции, давая при этом историческое обоснование со ссылками на приобретенные права и заключенные договоры [32].

В предварительном проекте имелся пункт (п. f ст. 4), согласно которому в культурное наследие включались «культурные ценности, приобретенные государством или одним из его граждан до вступления в силу конвенции для данного государства». Советский Союз в своих замечаниях с полным основанием обратил внимание на то, что такое положение узаконивает собственность некоторых государств на культурные ценности, захваченные ими в результате агрессивных войн и оккупации чужих территорий. Некоторые страны прямо предлагали уточнить в тексте ст. 15 общее правило о том, что настоящая конвенция не имеет обратного действия.

Комитет экспертов исключил п. f ст. 4, устранив любое упоминание об обратном действии, и признал тем самым, что конвенция не имеет обратной силы. Это нашло свое выражение, как отмечал французский юрист Р.Гой, в ст. 15 применительно к действию двусторонних соглашений. Статья 15 предусматривает, что конвенция «никоим образом не препятствует государствам – участникам ее заключать между собой специальные соглашения или продолжать применять уже заключенные соглашения о возвращении культурных ценностей, вывезенных по каким-либо причинам с территорий, откуда они происходят, до вступления настоящей Конвенции в силу в заинтересованных государствах». Р.Гой делает общий вывод о том, что конвенция предназначена для будущего [33]. С этим выводом можно было бы и согласиться, однако он нуждается в некоторых уточнениях.

В одних случаях в тексте конвенции прямо говорится о ее применении к ценностям, которые были незаконно вывезены «после вступления в силу настоящей Конвенции в обоих государствах» (ст. 7). В других случаях такой оговорки не делается. Так, в п. d ст. 13, предусматривающем право объявлять некоторые культурные ценности неотчуждаемыми, указывается, что каждое государство обязуется содействовать возвращению заинтересованным государствам неотчуждаемых ценностей «в том случае, если они были ранее вывезены» (выделено нами. – М.Б.).

Важно отметить, что в ст. 11, признающей незаконность вывоза ценности в результате оккупации, ничего не говорится о том, имела ли место оккупация страны, откуда были вывезены ценности иностранной державой, до вступления в силу конвенции или после. Поскольку из текста проекта были исключены правила о сроках давности, следует прийти к выводу, что иск о возврате может быть предъявлен в отношении культурной ценности, незаконно вывезенной и до вступления конвенции в силу. Этот вывод может быть подкреплен и ссылкой на п. 16 рекомендации 1964 года, предусматривающий, что возвращение незаконно вывезенных культурных ценностей владельцу или в страну должно осуществляться без каких-либо ограничений во времени.

Обязательства, принимаемые на себя государствами-участниками конвенции, касаются организации внутренней службы охраны культурных ценностей, регламентации ввоза и передачи права собственности, реституций и международного сотрудничества.

Рассмотрим последовательно, как эти обязательства определены в конвенции 1970 года и какие положения в Соответствующих случаях содержатся в рекомендации 1964 года, не забывая при этом, что последняя не носит обязательного характера.

Национальная служба охраны культурных ценностей. Согласно конвенции, в каждом государстве должна быть создана одна или несколько национальных служб охраны культурного наследия (ст. 5, 14). Согласно рекомендации, «каждое государство-член должно обеспечить, чтобы охрана культурных ценностей находилась в ведении соответствующих официальных органов, и, в случае необходимости, создать национальную службу охраны культурных ценностей» (п. 11). В функции такой службы входит: 1) содействовать разработке проектов законодательных и иных актов по охране культурного наследия; 2) устанавливать «для заинтересованных лиц (хранителей, коллекционеров, антикваров и т.д.)» правила, отвечающие «этическим принципам, сформулированным в настоящей Конвенции»; 3) содействовать развитию или созданию музеев, библиотек, архивов, мастерских и других учреждений, необходимых для создания и популяризации культурных ценностей; 4) организовывать контроль за археологическими раскопками; 5) обеспечивать сохранение определенных культурных ценностей на своем месте (in situ) и охранять некоторые районы, оставляемые для будущих археологических раскопок (ст. 5 конвенции).

Особое значение для охраны культурных ценностей и предотвращения их вывоза имеют такие функции национальной службы, как составление и обновление на базе национального охранного реестра перечня важных культурных ценностей, государственных и частных, «вывоз которых означал бы значительное обеднение национального культурного наследия» (п. b ст. 5). Составление государственной описи культурных ценностей было предусмотрено и рекомендацией 1964 года (п. 10). Национальные службы призваны также следить за тем, чтобы любому случаю исчезновения культурной ценности придавалась соответствующая огласка (п. b ст. 5).

Регламентация ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурнее ценности. Как уже отмечалось выше, конвенция предусматривает, что ввоз, вывоз и передача права собственности на культурные ценности, совершенные в нарушение правил, принятых государствами-участниками, считаются незаконными (ст. 3). Для ограничения вывоза государства-участники обязались установить специальное свидетельство (сертификат), которым государство-экспортер удостоверяет, что оно дает разрешение на вывоз, и запретить вывоз со своей территории культурных ценностей, к которым не приложено такое свидетельство (ст. 6). Конвенция 1970 года развила рекомендацию 1964 года, в которой было высказано пожелание о введении такого сертификата [34].

Наряду с этим, согласно конвенции, возможен и абсолютный запрет вывоза. Конвенция, как упоминалось выше, предусматривает неотъемлемое право каждого государства «объявлять некоторые культурные ценности неотчуждаемыми, которые ввиду этого не должны вывозиться» (п. d ст. 13).

В отношении ввоза рекомендация 1964 года предусматривает, что «всякий ввоз культурных ценностей должен разрешаться лишь после снятия каких-либо возражении в отношении этих ценностей со стороны компетентных властей государства, откуда они вывозятся» (п. 4). Кроме того, предлагалось включить в двусторонние или многосторонние соглашения положения, обязывающие компетентные службы каждого государства в случае предложения о передаче культурной ценности убедиться в том, что нет никаких оснований предполагать, что эта ценность является предметом кражи, незаконного вывоза или передачи права собственности, либо какой-либо другой операции, считающейся незаконной с точки зрения законодательства государства, из которого она вывезена. Согласно рекомендации, эти службы могут, например, потребовать предъявления сертификата, о котором говорилось выше (п. 14).

В предварительном проекте конвенции предлагалось запретить ввоз культурных ценностей без предъявления сертификата о вывозе и обязать государства довести это запрещение до сведения таможенных органов и потенциальных импортеров культурных ценностей. Таким образом, имелось в виду ввести в национальном законодательстве запрет ввоза ценностей, вывезенных в нарушение законодательства о вывозе другой страны. Такая система вызвала возражение со стороны США, подготовивших контрпроект по этому вопросу.

В принятом тексте конвенции предусмотрены менее жесткие меры по регламентации ввоза культурных ценностей со стороны государства-импортера. В ст. 7 предусмотрены лишь меры, связанные с приобретением культурных ценностей музеями. Государства обязуются «принимать все необходимые меры в соответствии с национальным законодательством, направленным на предотвращение приобретения музеями и другими аналогичными учреждениями, расположенными на их территории, культурных ценностей, происходящих из другого государства – участника Конвенции, которые были незаконно вывезены после вступления в силу настоящей Конвенции» (п. а ст. 7) [35]. Характерно, что в США это положение конвенции толкуется как относящееся только к музеям, находящимся под контролем государства [36].

Кроме того, государства обязались запрещать ввоз культурных ценностей, похищенных из музея, религиозного или светского исторического памятника, или подобного учреждения другого государства – участника конвенции при условии, что «такая ценность числится в описании предметов, принадлежащих данному учреждению» (п. b ст. 7).

Р.Гой называет эти меры более реалистическими, чем предусмотренные в рекомендации 1964 года [37]. По нашему мнению, эти меры носят ограниченный характер. Во-первых, абсолютный запрет ввоза предусматривается только в отношении ценностей, похищенных в другой стране из музея, религиозного или светского исторического памятника, или подобного учреждения, и при условии, что ценность числится в соответствующей описи. Отсюда неизбежен вывод, что запрет распространился не на все похищенные ценности.

Во-вторых, авторов конвенции можно упрекнуть в явной непоследовательности. С одной стороны, предлагается ввести для государства-экспортера регистрацию всех культурных ценностей, независимо от того, в чьей собственности они находятся, составление охранного реестра и разрешительную систему вывоза путем введения системы вывозных свидетельств (сертификатов), а с другом стороны, этим обязанностям государства-экспортера не соответствуют в полном объеме обязанности государства-импортера. Совершенно очевидно, что в данном вопросе конвенция больше отвечает интересам стран – импортеров культурных ценностей, чем стран, откуда эти ценности вывозятся.

В отношении борьбы с незаконной передачей права собственности в конвенции 1970 года предусматривается ряд мер. Во-первых, государства-участники обязались «ограничивать посредством образования, информации и бдительности перевозку культурных ценностей, незаконно вывезенных из любого государства-участника». Во-вторых, в зависимости от условий каждой страны антикварам (т.е. лицам, которые, как правило, чаще всего приобретают ценности) должно быть вменено в обязанность, под угрозой санкций, вести специальный реестр покупок и информировать покупателей о возможном запрещении вывоза таких ценностей (п. а ст. 10). В-третьих, государства – участники конвенции обязались в соответствии со своим законодательством «предупреждать всеми надлежащими средствами передачу права собственности на культурные ценности, способствующую незаконным ввозу или вывозу этих ценностей» (п. а ст. 13). В-четвертых, государства-участники обязались подвергать уголовному или административному наказанию всех лиц, ответственных за нарушение запрещений вывоза культурных ценностей, к которым не приложен сертификат, или ввоза ценностей, похищенных из музеев или иных учреждений (ст. 8).

Согласно рекомендации 1964 года, каждое государство-член должно принять необходимые меры, чтобы предупредить незаконную передачу права собственности на культурные ценности (п. 5).

Реституция культурных ценностей [38]. Рекомендация 1964 года содержит положение о возвращении незаконно вывезенных культурных ценностей владельцу или в страну происхождения (п. 16), предусматривает широкое оповещение в случае исчезновения культурных ценностей (п. 17). В правиле о заключении двусторонних и многосторонних соглашений особо оговаривается, что такие соглашения следует заключать для разрешения возникающих при этом проблем (п. 13).

В предварительном проекте конвенции была предусмотрена серия мероприятий, направленных на возвращение незаконно ввезенных культурных ценностей. В частности, предлагалось налагать секвестр на незаконно ввезенные ценности, оповещать об этом всех заинтересованных лиц; возвращать ценности в государство происхождения, если им заявлено требование об этом в течение определенного срока [39], после истечения которого государство места нахождения ценностей могло поместить их в учреждение по своему выбору (первоначально п. f ст. 7).

Предусматривалась также выплата возмещения добросовестному приобретателю, в случае если приобретенные им культурные ценности подлежат возврату в страну происхождения (первоначально п. g ст. 7).

Из аналогичного положения исходит и рекомендация 1964 года. В специальном разделе «Права добросовестного покупателя» предлагается обеспечить добросовестному покупателю культурной ценности, которая подлежит возвращению на территорию государства, откуда она была незаконно вывезена, возможность получения возмещения или справедливой компенсации (п. 18).

В предварительном проекте конвенции предлагалось ввести следующую систему: если государство происхождения затребует ценность, она подлежит изъятию у добросовестного приобретателя «по соображениям общественной пользы» и в соответствии с процедурой, предусмотренной внутренним законодательством. Приобретателю выплачивается «справедливое вознаграждение, соответствующее цене, которая была уплачена при приобретении ценности». Возмещение платит государство происхождения ценности, то есть государство, которому возвращается ценность (первоначально п. d ст. 10).

Процедуре изъятия должно предшествовать предъявление виндикационного иска, то есть иска об истребовании собственности. Этот иск предъявляется собственником, его представителем или государством, гражданином которого является собственник. При этом нужно доказать недобросовестность владельца, что означает необходимость установить, что он, приобретая предмет, знал, что приобретает культурную ценность, потерянную, украденную или нелегально вывезенную.

С другой стороны, предусматривалось ввести срок исковой давности для таких исков в 30 лет. Это предложение вызвало обоснованные возражения со стороны ряда государств (СССР, Мексика, Ирак, Бразилия, Швеция). Советский Союз в своих замечаниях предложил исключить из проекта конвенции положения, устанавливающие срок давности для предъявления исков в отношении культурных ценностей, которые были украдены у собственника или незаконно вывезены, поскольку для такого рода претензий срок исковой давности вообще не должен применяться [40]. Очевидно, что наличие в законодательстве ряда стран кратких сроков давности для истребования похищенных произведений искусства и наличие правил о приобретательской давности способствует развитию незаконной торговли произведениями искусства.

В конечном счете конвенция 1970 года предусмотрела более ограниченные меры, чем это предлагалось первоначально. К их числу относятся следующие обязательства государства, в котором была обнаружена похищенная ценность: во-первых, информировать по возможности государство происхождения о возможном возврате культурной ценности, незаконно вывезенной с территории этого государства (п. а ст. 7); во-вторых, в, соответствии с собственным законодательством принимать меры к тому, чтобы компетентные службы сотрудничали со службами государства происхождения в целях быстрейшего возвращения законным собственникам незаконно вывезенных культурных ценностей (п. b ст. 13); в-третьих, содействовать возвращению заинтересованным государствам таких культурных ценностей, которые были объявлены ими неотчуждаемыми (п. d ст. 13).

Аналогичные положения предусмотрены и в рекомендации 1964 года. Там сказано, что службы охраны культурных ценностей, музеи и вообще все компетентные учреждения государств-членов должны сотрудничать, для того чтобы обеспечить или облегчить реституцию культурных ценностей собственнику или в страну происхождения. Реституция должна производиться в соответствии с действующими законами государства, на территории которого находятся эти ценности (п. 16).

В отношении утерянных или украденных ценностей конвенция предусматривает три обязательства:

1. Государства в соответствии со своим законодательством должны допускать предъявление иска, направленного на возвращение утерянных или украденных культурных ценностей, со стороны или от имени законного собственника (п. с ст. 13).

2. Государства должны предпринимать соответствующие шаги для обнаружения и возвращения любой культурной ценности, похищенной из музея, памятника или подобного учреждения другой страны. При этом государство, обращающееся с просьбой о реституции, должно выплатить справедливую компенсацию добросовестному приобретателю или лицу, которое имеет действительное право на эту ценность. Все расходы, связанные с возвращением культурной ценности, должна нести страна, заявившая требование о возврате. В то же время государства не облагают возвращаемые культурные ценности никакими таможенными или другими сборами. Предусмотрено также, что все просьбы относительно розыска и возвращения культурных ценностей направляются по дипломатическим каналам (п. b ст. 7).

3. Государства должны содействовать возвращению заинтересованным государствам культурных ценностей, объявленных неотчуждаемыми, в том случае, если они были ранее вывезены (п. d ст. 13). Это возвращение может быть осуществлено также путем предъявления виндикационного иска.

Роль национального законодательства. Борьба с незаконным ввозом, вывозом и передачей права собственности на культурные ценности может быть эффективной лишь в случае принятия каждым государством соответствующих законодательных и нормативных актов.

Рекомендация 1964 года предложила государствам принять «в форме национального закона или в какой-либо другой форме меры, имеющие целью обеспечить на территории, находящейся под их юрисдикцией, применение норм и принципов, сформулированных в настоящей рекомендации». Предлагалось провести выявление и учет культурных ценностей путем составления государственных описей таких ценностей; создать органы по охране культурных ценностей, осуществлять эффективный контроль за их вывозом, принять необходимые меры, чтобы предупредить незаконную передачу права собственности на культурные ценности и осуществить другие меры, о которых говорилось выше.

Конвенция 1970 года также исходит из необходимости принятия законодательных и иных нормативных актов, «обеспечивающих защиту культурного наследия и, в частности, пресечение незаконных ввоза, вывоза и передачи права собственности на важные культурные ценности» (п. а ст. 5).

Конвенция 1970 года в ряде случаев отсылает к положениям национального законодательства. В соответствии с национальным законодательством должны приниматься меры, направленные на предотвращение приобретения музеями незаконно вывезенных из другой страны ценностей (п. а ст. 7), на предупреждение такой передачи права собственности, которая способствует незаконному ввозу или вывозу ценностей, на возвращение незаконно вывезенных ценностей. Следует допускать предъявление иска о возврате ценностей (ст. 13), а также в зависимости от условий каждой страны устанавливать определенные обязанности антикваров, покупающих ценности (п. а ст. 10).

В период после принятия рекомендации 1964 года и других рекомендаций ЮНЕСКО по охране культурных ценностей в ряде стран вступили в силу соответствующие законодательные акты. Так, в Индии, где за короткий срок убытки от краж культурных ценностей составили более 100 млн. долл., в 1972 году был принят Закон об охране сокровищ древнего искусства. Согласно этому закону, подлежат регистрации находящиеся в частном владений предметы старины и произведения искусства, скульптуры, живопись, оружие и другие ценности, созданные более ста лет назад. Продажа их без специального разрешения запрещается [41].

Аналогичные законы были приняты в Афганистане, Алжире, Мексике и некоторых других странах. По алжирскому законодательству, принятому в 1967 году, об обнаружении предметов, представляющих историческую или художественную ценность, необходимо сообщить государственным властям в течение 24 часов; установлена ответственность за продажу и вывоз памятников или их частей. Новый мексиканский закон 1972 года предусматривает, что ко всем вопросам, не урегулированным этим законом, применяются положения международных соглашений об охране культурных ценностей. Это означает, в частности, что конвенция 1970 года рассматривается как часть национального законодательства Мексики. Однако, несмотря на принятие в ряде стран новых законодательных актов, именно национальное законодательство представляет собой основное препятствие, снижающее эффективность разрабатываемых мер по борьбе с хищениями культурных ценностей. Речь идет главным образом о гражданском и торговом законодательстве стран, допускающем свободную торговлю произведениями искусства и препятствующем введению каких-либо ограничений. Это неоднократно отмечалось и на заседаниях органов ЮНЕСКО, и на различных общественных форумах.

В заключение анализа конвенции 1970 года отметим, что, хотя она и предусматривает более ограниченные меры защиты национального культурного достояния от расхищения, чем следовало, принятие такой конвенции – важный шаг на пути развития международно-правовых норм в этой области. Эффективность ее будет в значительной степени зависеть как от ратификации ее основными странами – импортерами ценностей, так и от того, насколько будут ее придерживаться государства-участники [42]. Стремление, как часто говорят и пишут на Западе, «сбалансировать интересы свободы международной торговли» со стремлением государств обеспечить охрану культурных ценностей за пределами их границ и еще учесть при этом интересы антикваров, коллекционеров, музеев и всех других заинтересованных лиц и объединений, связанных с искусством, приводит к тому, что во главу угла ставятся интересы свободы торговли [43]. Охрана интересов рынка, охрана собственности и интересов «добросовестного приобретателя» ставится выше охраны интересов культуры. С точки зрения обеспечения охраны культурного достояния человечества рыночная торговля бесценными, по существу, произведениями искусства должна быть исключена или, во всяком случае, поставлена под контроль государства и общества. Однако такая постановка вопроса вступает в прямое противоречие с устоями капиталистического общества, со священным и неприкосновенным принципом частной собственности. Таким образом, эффективность разрабатываемых международно-правовых мер по борьбе с хищениями и незаконным ввозом ценностей до сих пор не обеспечена.

Международное сотрудничество. Конвенция 1970 года исходит из того, что эффективная охрана культурного наследия требует осуществления тесного сотрудничества между государствами.

Следует остановиться на различных формах международного сотрудничества, предусмотренных конвенцией. Согласно ст. 9, любое государство-участник, культурное наследие которого подвергается опасности путем расхищения археологических или этнографических материалов, может обратиться к другим государствам-участникам, которых это касается. Государства-участники обязуются в таких случаях «участвовать в согласованном международном усилии по определению и осуществлению необходимых конкретных мер, включая контроль за вывозом, ввозом и международной торговлей соответствующими конкретными культурными ценностями». Таким образом, речь идет о мероприятиях чрезвычайного характера, причем до достижения такого соглашения каждое заинтересованное государство принимает «предварительные меры, в возможных пределах, направленные на предупреждение нанесения непоправимого ущерба культурному наследию государства, обращающегося с просьбой».

В отношении сотрудничества с ЮНЕСКО предусмотрено обращение государств в эту организацию за техническим содействием, «в частности, в том, что касается (а) информации и просвещения, (b) консультаций и услуг экспертов, (с) координации и добрых услуг». Предусмотрено также, что ЮНЕСКО может проводить исследования по вопросам, касающимся незаконного перемещения культурных ценностей (ст. 17). Нельзя не признать, что международному сотрудничеству, а также роли ЮНЕСКО в конвенции уделено недостаточное внимание.

В конвенции 1970 года и рекомендации 1964 года говорится также о проведении государствами воспитательной работы, направленной на пробуждение и развитие у своих граждан интереса и уважения к культурному наследию всех государств (п. f ст. 5, 10 конвенции, п. 19 рекомендации).

Вопросам возвращения произведений искусства было уделено определенное внимание и на XXXI сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 1976 году. Была принята резолюция 31/40 «Охрана и возвращение произведений искусства как часть сохранения и дальнейшего развития культурных ценностей» [44]. В этой резолюции Генеральная Ассамблея, во-первых, предложила всем государствам – членам ООН подписать и ратифицировать конвенцию 1970 года; во-вторых, призвала все государства-члены «принять все необходимые меры для воспрепятствования на своей территории любой незаконной торговли произведениями искусства, вывозимыми из какой-либо другой страны, особенно с территорий, которые находились или находятся в условиях колониального или иностранного господства и оккупации»; в-третьих, подтвердила, «что возвращение одной стране принадлежащих ей предметов искусства, памятников, музейных экспонатов, рукописей, документов и любых других культурных или художественных богатств представляет собой шаг вперед по пути к укреплению международного сотрудничества и сохранению и будущему развитию культурных ценностей».

Пример эффективности международного сотрудничества в борьбе с незаконным вывозом культурных ценностей дает практика социалистических стран. Правовая база этого сотрудничества была создана благодаря заключению 5 июля 1962 г. в Берлине многостороннего соглашения о сотрудничестве и взаимопомощи по таможенным вопросам [45]. Соглашение предусматривает, что таможенные управления сторон соглашения будут возвращать друг другу оказавшиеся в их распоряжении и имеющие особую ценность предметы старины и искусства, если они были вывезены за пределы другой стороны соглашения с нарушением таможенных, валютных и других правил (ст. 8) [46]. Хотя в соглашении говорится о возврате предметов только по запросу соответствующего государства, на практике осуществляется оперативная информация о нелегальном экспорте культурной собственности или возврат такой собственности без формального запроса. Говоря об эффективности такого сотрудничества социалистических стран, польский специалист Елена Нич приводит такие примеры: в феврале 1971 года таможня в Варшавском аэропорту изъяла шесть икон у польских граждан, возвратившихся из краткосрочной поездки в СССР. Документов, разрешающих вывоз из СССР, не имелось, а по свидетельству официальных экспертов, все шесть икон представляли собой культурные ценности. По запросу советских органов все иконы были возвращены в СССР.

В другом случае таможенные власти ГДР вернули в Польшу без какого-либо запроса иконы, изъятые ими у норвежских граждан, поскольку было обнаружено, что описание икон в официальном польском сертификате на вывоз не соответствовало предметам, вывозимым в действительности [47].

Интересы международного культурного сотрудничества требуют, чтобы наряду с борьбой с незаконным вывозом и вообще незаконной торговлей культурными ценностями развивались различные законные формы обмена ими: передача во временное пользование, на хранение, дарение, а также обмен между музеями и другими организациями.

Советский Союз активно развивает культурный обмен во всех формах. Исходя из общего позитивного отношения Советского государства к международному сотрудничеству в этой области и учитывая возросший объем такого международного обмена, принятый Верховным Советом СССР в 1976 году Закон об охране и использовании памятников истории и культуры содержит специальные правила по этим вопросам. Статья 29 закона определила порядок временного вывоза памятников истории и культуры за пределы СССР. Статья 30 имеет своей целью способствовать временному ввозу в СССР таких памятников в целях культурного обмена.

В условиях интенсивного культурного обмена между странами большое значение приобрел вопрос об обеспечении сохранности экспонатов. Произведения искусства, вывозимые временно для показа в другую страну, страхуются в обычном порядке от «наступления всевозможных рисков (пожар, кража и т.д.)». Страхование экспонатов – это дополнительное и довольно тяжелое финансовое бремя, которое ложится на музеи и государственные органы культуры, что фактически сдерживает развитие обмена ценностями. Отметим, что на эту проблему было обращено внимание на Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе. В Заключительном акте совещание призвало государства изучить «новые способы страхования произведений искусства на выставках за рубежом и снижения риска в связи с их перемещением».

Одним из реальных путей решения этой проблемы является путь всемерного распространения обменов на основе государственных гарантий. Советский Союз сделал важный шаг на этом пути. Так, в законе 1976 года предусмотрено, что памятники истории и культуры, являющиеся собственностью иностранных государств, организаций и лиц, которые ввозятся временно в СССР в целях культурного обмена на основе соответствующих соглашений, охраняются государством (ст. 30). Это полностью соответствует рекомендации совещания в Хельсинки [48].

ЮНЕСКО приняла на 19-й сессии Генеральной конференции в 1976 году рекомендацию о международном обмене культурными ценностями. В этой рекомендации содержится ряд предложений, направленных на поощрение таких обменов (создание картотек запросов и предложений об обменах, подготовка практических руководств, образцов контрактов и др.). Особое внимание в этой рекомендации уделено таким юридическим вопросам, как проблема покрытия рисков, которым подвергаются культурные ценности в течение всего периода нахождения во временном пользовании, включая транспортировку. Государствам-членам было предложено изучить возможность создания систем правительственных гарантий и возмещения убытков. Такие системы применяются в некоторых странах в случаях предоставления во временное пользование предметов большой ценности.

Как отмечалось в рекомендации 1976 года, развитие международных обменов должно позволить учреждениям различных стран обогатить свои коллекции культурными ценностями законного происхождения, снабженными документацией, которая позволяет в полной мере оценить их культурное значение. «В соответствии с этим государствам-членам следует с помощью заинтересованных международных организаций принять все меры, для того чтобы развитие таких обменов сопровождалось активизацией борьбы с незаконной торговлей культурными ценностями в любых возможных формах» (п. 15).

На 19-й сессии Генеральной конференции была принята резолюция о желательности разработки международных актов о предотвращении и покрытии рисков, которым подвергаются движимые культурные ценности [49]. В соответствии с этой резолюцией состоялось заседание специального комитета правительственных экспертов (апрель 1978 г.), который пришел к выводу о том, что разработка проекта конвенции по этому вопросу является преждевременной. Комитет разработал проект рекомендации, который был представлен на рассмотрение 20-й сессии Генеральной конференции [50]. В этой рекомендации об охране движимых культурных ценностей обращается внимание на опасности, которым подвергаются культурные ценности в результате свободного доступа к ним или недостаточной охраны, рисков, связанных с перевозками, а также роста в некоторых странах нелегальных раскопок, краж, незаконной торговли и актов вандализма. В рекомендации излагаются меры, которые предлагается осуществлять музеям с целью охраны ценностей при перевозке экспонатов для временных выставок, подготовки персонала и т.д. В разделе рекомендации, посвященном мерам по улучшению финансирования покрытия рисков, которым подвергаются движимые культурные ценности во время перевозок и временных выставок, особое внимание уделяется системе государственных гарантий, о которых говорилось выше.

 

Специальные меры по ликвидации 20 последствий колониализма и неоколониализма в отношении культурных ценностей

Одним из последствий колониализма в странах Азии, Африки и Латинской Америки был и остается до настоящего времени бесконтрольный и нелегальный вывоз культурных ценностей, переходящий в ряде случаев в подлинное расхищение культурного наследия этих стран. Пагубные последствия колониализма и проявления неоколониализма в отношении культурных ценностей вызывают законную озабоченность мировой общественности.

XXVIII сессия Генеральной Ассамблеи ООН приняла 18 декабря 1973 г. специальную резолюцию 3187 «Возвращение произведений искусства странам – жертвам экспроприации» [51], в которой выразила сожаление «в связи с массовым, и почти безвозмездным вывозом предметов искусства из одной страны в другую, часто в результате колониальной или иностранной оккупации», подтвердила, что «скорейшее и безвозмездное возвращение каждой стране принадлежащих ей предметов искусства, памятников, музейных экспонатов, рукописей и документов другой страной, в той мере, в какой это представляет собой справедливое возмещение нанесенного ущерба, рассчитано на укрепление международного сотрудничества».

В этой резолюции также признаны «особые обязательства, которые несут в этом отношений страны, получившие доступ к этим ценностям лишь благодаря колониальной или иностранной оккупации». Генеральная Ассамблея призвала все заинтересованные государства запретить экспроприацию произведений искусства с территорий, все еще находящихся под колониальным или иностранным господством [52].

Резолюция 3187 носит, таким образом, ярко выраженный антиколониальный характер, что служит свидетельством, как отмечалось в литературе, проявления новой тенденции в современном международном праве [53].

На своей XXXI сессии Генеральная Ассамблея 30 ноября 1976 г. приняла резолюцию 31/40 «Охрана и возвращение произведений искусства как часть сохранения и дальнейшего развития культурных ценностей», авторами которой были Египет, Заир, Ирак, Кипр, Судан, Шри Ланка и Эквадор.

Вопрос о возвращении произведений искусства и рукописей странам, из которых они были вывезены, неоднократно ставился развивающимися странами. Достаточно сослаться на рекомендацию Межправительственной конференции по культурной политике в Африке (Аккра, 27 октября – 6 ноября 1975 г.), на Африканскую конвенцию по вопросам культуры, резолюцию VII конференции министров иностранных дел исламских стран, проходившей в Стамбуле, на резолюции V конференции глав государств и правительств неприсоединившихся стран в Коломбо (16–19 августа 1976 г.). Эта конференция еще раз подтвердила положения резолюций Генеральной Ассамблеи ООН и обратилась с просьбой к государствам, владеющим произведениями искусства и рукописями, безотлагательно вернуть их странам, в которых они находились первоначально (резолюция «Возвращение сокровищ искусства и древних рукописей странам, из которых они были украдены») [54]. В своей резолюции конференция предложила «всем государствам, владеющим произведениями искусства, стремиться защитить и сохранить их и немедленно вернуть странам, в которых они находились первоначально, тем самым содействуя укреплению международных отношений». В резолюции предлагалось, чтобы группа экспертов ЮНЕСКО занялась вопросом возвращения произведений искусства странам, из которых они были изъяты, с тем чтобы незамедлительно принять все согласованные меры с целью возвращения этих сокровищ их законным владельцам.

XXX сессия Генеральной Ассамблеи ООН, приняв 19 ноября 1975 г. резолюцию 3391 «Возвращение произведений искусства странам – жертвам экспроприации», подтвердила основные положения резолюции 3187 и предложила «заинтересованным государствам, которые еще не сделали этого, приступить к возвращению странам происхождения их предметов искусства, памятников, музейных экспонатов, рукописей и документов, что способствует укреплению международного взаимопонимания и сотрудничества» [55]. ЮНЕСКО провела в Венеции заседание комитета экспертов по этому вопросу (29 марта – 2 апреля 1976 г.). Эксперты признали, что самым большим препятствием в этой области являются в настоящее время конституции и законодательства многих стран. Из этого следует необходимость разъяснения важности возвращения в страну происхождения культурных ценностей для создания общей атмосферы благоприятного отношения к таким мерам.

На 19-й сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО было решено, что работу необходимо продолжать и что на следующей сессии должен быть создан межправительственный комитет, которому будет поручена «задача изыскания путей и средств облегчения двусторонних переговоров о реституции или возвращении культурных ценностей странам, которые утратили их в результате колониальной или иностранной оккупации». В принятой по этому вопросу резолюции содержался также призыв к государствам-членам, чтобы они приняли все необходимые меры для создания благоприятного климата для возвращения культурных ценностей в страны происхождения [56]. Одновременно Генеральная конференция просила государства-члены объявить незаконной и не имеющей юридической силы любую передачу документов, осуществляемую в нарушение законов об охране культурных ценностей.

На 20-й сессии Генеральной конференции ЮНЕСКО было принято решение о создании Межправительственного комитета по изысканию путей и средств облегчения двусторонних переговоров о возвращении культурных ценностей странам, которые утратили их в результате колониальной или иностранной оккупации.

Генеральный директор ЮНЕСКО М'Боу выступил в 1978 году с призывом за возвращение незаменимого культурного наследия «тем, кто его создал».

Население стран Азии, Африки и Латинской Америки «имеет право на возвращение культурных ценностей, которые составляют часть их бытия, – заявил он. – Народы – жертвы этого иногда векового расхищения были ограблены не только в отношении незаменимых шедевров: их лишили памяти, которая, без сомнения, помогла бы им лучше познать самих себя и, возможно, лучше быть понятыми другими». М'Боу призвал правительства государств – членов ЮНЕСКО заключить двусторонние соглашения о возвращении культурных ценностей странам, утратившим их; содействовать передаче на хранение, продаже и передаче в дар соответствующим учреждениям, с тем чтобы создать благоприятные условия для более справедливого международного обмена культурными ценностями. Он призвал также ратифицировать конвенцию 1970 года [57].

Приведенные документы ООН и ЮНЕСКО, резолюции ряда конференций свидетельствуют о том, что в международных отношениях наметился путь решения вопроса о возврате культурных ценностей путем проведения двусторонних переговоров, в результате которых интересы сторон могли бы быть удовлетворены наилучшим образом. Однако заключаются такие соглашения еще весьма редко. Так, США заключили 17 июля 1970 г. договор с Мексикой о возвращении украденных археологических, исторических и культурных ценностей [58]. Однако действие этого соглашения ограничено лишь теми ценностями, которые были незаконно вывезены (конечно, в первую очередь речь идет о мексиканских ценностях) после заключения данного договора, что в значительной степени снижает его эффективность.

Известны отдельные случаи возврата ценностей. Так, в 1974 году Национальный музей Новой Зеландии отправил за свой счет Национальному музею и Художественной галерее Папуа–Новой Гвинеи собрание ценных этнографических экспонатов, приобретенных им за год до этого.

Один японский бизнесмен решил вернуть Индонезии имеющийся у него ценнейший меч тысячелетней давности, принадлежавший одному из королей Суматры, вместе с ножнами, богато инкрустированными золотом, бриллиантами, рубинами и сапфирами. По мнению Ж.Фрадье, это свидетельство того, что, по крайней мере, некоторые частные коллекционеры понимают важность возвращения культурных ценностей на их родину [59].

Особую остроту имеет проблема возвращения государству, освободившемуся от колониальной зависимости, культурных ценностей, вывезенных из этой страны бывшей колониальной державой.

В печати появились сообщения, что был проведен тур переговоров между правительствами Индонезии и Нидерландов по вопросу о возможном возвращении в Индонезию находящихся в Нидерландах предметов индонезийской культуры. Эти предметы частично находятся в собственности Нидерландов, частично – в частной собственности. Среди них имеются весьма редкие, огромной ценности этнографические и археологические материалы, картины, статуи, древние манускрипты и т.п. Ожидается, что каждая из сторон назначит специальный комитет, который рассмотрит реальные возможности и технические детали реституции этих объектов. Таким образом, имеет место определенный сдвиг в вопросе, который долгое время находился в тупике. Можно ожидать, что такие дипломатические контакты приведут к увеличению числа соглашений, которые, в свою очередь, окажут влияние на развитие международного права по вопросу о защите культурного наследия [60].

В заключение отметим, что вопрос о возвращении культурных ценностей в страны, освободившиеся от колониальной зависимости, и особенно тех, которые были вывезены из этих стран в результате колониальной экспансии начиная с XVI века, а теперь находятся в музеях других стран, представляет большую сложность. Он может быть решен на основе переговоров, причем в ряде случаев возврат ценностей может способствовать развитию научного и культурного сотрудничества между странами, изучению этих ценностей на месте. При решении вопроса, очевидно, нужно учитывать как интересы охраны общечеловеческого культурного достояния, так и задачу воссоединения национального культурного наследия. При этом следует обратить внимание и на то, что, по нашему мнению, существенное значение должен иметь характер культурной ценности.

Заметим также, что в рассматриваемой области наблюдается тенденция к воссоединению культурных ансамблей, к передаче отдельных частей культурной ценности в страну, где находится такой ансамбль. Это проявилось в мирных договорах, заключенных уже после первой мировой войны, а затем в Гаагской конвенции 1954 года, которая поставила задачу не только охраны отдельных культурных ценностей, но также ансамблей и коллекций таких ценностей.

Что же касается норм международного права о возврате культурных ценностей, то такие нормы, несомненно, складываются. Наряду с нормами о неотъемлемом суверенитете государств над естественными богатствами и нормами о национализации иностранной собственности они будут способствовать развитию равноправных отношений между государствами.


[1] См.: Burnham В. The Art Crisis. N. Y., 1975; Loschburg W. Raub der Mona Lisa. Kunstdiebstahle, die Welt erreeten. В., 1974; Bostick W. The Guarding of Cultural Property. UNESCO, 1977, p. 8-11.

[2] Cм.: Vols de biens culturels – Le mu-see face aux vols d'objets d'art,– Museum, 1974, vol. XXV, № 1, p. 5.

[3] См.: Шевцов Н. А шедевры все исчезают... // Известия, 1976. 2 февр.; Кьерчи М. Мафия против музеев. // За рубежом, 1975. № 11; Украли Рубенса // За рубежом, 1978. № 2.

[4] См.: За рубежом, 1976. № 7.

[5] См.: Le Monde, 1977. 22 mars.

[6] См.: Loschburg W. Op. cit, S. 87.

[7] Cм.: La Suisse, 1978. 23 juin; Neue Zurcher Zeitung. 1978. 29 Juni.

[8] Цит. по: Продл Гюнтер. Преступные бесчинства прокурора. // Огонек. 1977. № 39. С. 31.

[9] См.: Пак П., Яни С. Покушения на шедевры. // Человек и закон, 1977. № 3. С. 133; Федоренко Н. Указ. соч. С. 128.

[10] См.: Vols de biens culturels, p. 5, 7.

[11] См.: За рубежом, 1976. № 19.

[12] См.: Буланцев С. Как я был мошенником. // Вокруг света, 1976. №3. С. 52-53.

[13] См.: Памятники Отечества, кн. 3. С. 129.

[14] См.: Hopkirk P. Pirates of the "Lost" Cities. // The Times, 1970. Febr. 14. Большое число этих предметов было вывезено дипломатами США с использованием дипломатических иммунитетов (см.: Sharon Williams A. Op. cit., p. 15).

[15] Doc. SHC/MD/5 Annex I, p. 17.

[16] Cм.: Vols de biens culturels, p. 8.

[17] Cм.: La protection du patrimoine culturel, p. 200.

[18] Отчет о работе комитета экспертов см.: Museum, vol. XXVI, 1974, No 1, p. 61-64.

[19] Об этом конгрессе, в котором участвовали ученые, представители общественных и религиозных кругов, см.: Федоренко Н.Т. Указ. соч. С. 125-139.

[20] См.: Bostick W. Op. cit.

[21] Правительство Иордании приняло в 1977 году два новых постановления, преследующих цель сократить хищения произведений искусства. Суть их состоит в запрещении любой торговли историческими реликвиями и введении обязательной регистрации всех предметов древности их владельцами.

[22] Обзор составлен на основе данных, приведенных в сборнике ИКОМ La protection du patrimoine culturel. Manuel des legislations nationales. 1974.

[23] Исключение из этого правила было сделано в 1972 году, когда был принят законодательный акт, запрещающий ввоз в США нелегально вывезенных из Боливии, Гватемалы, Доминиканской Республики, Мексики, Коста-Рики, Панамы, Перу, Венесуэлы произведений монументальной скульптуры и архитектуры доколумбова периода. При ввозе из этих стран требуется предъявление сертификата страны происхождения. Принятие такого акта было вызвано как необходимостью введения в действие договора США с Мексикой от 17 июля 1970 г., так и возможностью заключения аналогичных договоров с другими странами Латинской Америки.

Далеко не последнюю роль сыграли ответные меры этих стран. Одной из первых прибегла к таким мерам Перу, отказавшаяся в 1971 году дать разрешение археологической экспедиции Гарвардского университета проводить раскопки в древней столице инков (см.: Hastings Law Journal, vol. 27, No 5, p. 1116). Изменения в законодательстве США отразились и на судебной практике, что нашло свое проявление при рассмотрении иска правительства Гватемалы к антиквару К.Холлинхиду. Летом 1971 года американский археолог узнал, что обнаруженная им в 1962 году в джунглях Гватемалы стела с росписью майя продается в США «торговцем древностей» К.Холлинхидом. По законам Гватемалы все археологические памятники объявлены собственностью государства. Стела была нелегально вывезена из Гватемалы, и правительство этой страны предъявило иск в суде Калифорнии о возврате стелы. После разбирательства в судах двух инстанций в 1973 и 1974 годах было принято решение о возврате стелы (Du Boff L. The Protection of Cultural Property in Time of Peace. // Annuaire de L'AAA, 1974, vol. 44, p. 49-50).

[24] Cм.: New York Times, 1974. March 7; Hawkins A. The Euphronios Krater at the Metropolitan Museum: A Question of Provenance. // Hastings Law Journal, 1976, vol. 27, No 5, p. 1163-1181.

[25] Meuer A. The Plundered Past, 1973; Du Boff L. Op. cit., p. 59.

[26] Об истории разработки и характере принятых документов см.: Goy R. Le regime international de 1'importation, de 1'exportation et du transfer de propriete de biens culturels. – AFDt. 1970, vol. XVI, P., 1971, p. 605-624.

[27] Doc. SHC/MD/5, Annex II, p. 2.

[28] Cм.: Doc. SHC/MD/5, Annex II, p 2.

[29] В тексте в отношении культурных ценностей и в ст. 1 и 4 применяется один и тот же термин «категория ценностей». С целью разграничения понятий в настоящем изложении применен термин «группа ценностей».

[30] См.: Doc. SHC/MD/5. Add. II, p. 3.

[31] Аналогичное положение содержится в рекомендации 1964 года.

[32] См.: Goy R. Op. Cit, p. 619.

[33] Ibid.

[34] В рекомендации говорилось, что «контроль за вывозом был бы значительно облегчен, если бы в момент вывоза культурной ценности к ней прилагался соответствующий сертификат, которым государство-экспортер удостоверяло бы наличие надлежащего разрешения на вывоз данной культурной ценности» (п. 11).

[35] Аналогичное правило содержится в п. 8 рекомендации 1964 года. Оно предусматривает, что музеи и все другие учреждения, занимающиеся хранением культурных ценностей, должны воздерживаться от приобретения любой культурной ценности, явившейся предметом незаконного вывоза, ввоза или передачи права собственности.

[36] Congressional Record, 1972, Aug. 11; Du Boff L. Op. cit., p. 51.

[37] Cм.: Goy R. Op. cit., p. 621.

[38] Реституция (restitutio – лат.) – восстановление в первоначальное положение.

[39] Три года – по предварительному проекту 1969 года и два года – по проекту 1970 года.

[40] См.: Doc. SHC/MD/5, Annex II.

[41] См.: Пэк Л., Яни С. Указ, соч. С. 138. Как отмечал индийский специалист Амаленду Босе в своем докладе на 11-й Генеральной конференции ИКОМ в Москве, непосредственным результатом принятия этого закона было то, что многие торговцы стали дарить свои материалы музеям, не вдаваясь в подробности их приобретения. Государство неожиданно оказалось владельцем ценных скульптур, произведений живописи и рукописей (Босе А. Защита культурного наследия и культурной среды на международном уровне. Л.–М., 1977. С. 12).

[42] Напомним, что в 1978 году конвенция была ратифицирована 39 странами, причем в основном теми, из которых ценности больше вывозятся, чем ввозятся. В США при обсуждении конвенции в сенате были предложены многочисленные поправки и оговорки к конвенции и поставлены условия различного рода (см.: Congressional Record, 1972, Aug. 11. Текст см.: Sharon Williams A. Op. cit., p. 230-232). США конвенцию 1970 года до сих пор не ратифицировали.

[43] См.: Du Boff L. Op. cit., p. 53.

[44] Авторами резолюции были Египет, Заир, Иран, Кипр, Судан, Шри Ланка и Эквадор. На заседании III комитета проект был принят 114 голосами при 14 воздержавшихся.

[45] Участники соглашения: Болгария, Венгрия, ГДР, МНР, Польша, Румыния, СССР, Чехословакия. По соглашению 1977 года между СССР и Югославией таможенные органы сообщают друг другу о задержании «предметов, представляющих культурную, историческую, археологическую и художественную ценность».

[46] См.: Многостороннее экономическое сотрудничество стран – членов СЭВ. М., 1975. С. 504.

[47] См.: Niec Н. Legislative Models of Protection of Cultural Property. // Hastings Law Journal, 1976, vol. 27, No 5, p. 1102.

[48] См.: Попов В.И. Музеи в современном мире на службе взаимопонимания народов. Л.–М., 1977. С. 18.

[49] См.: ЮНЕСКО. Акты Генеральной конференции, 19-я сессия, Резолюции. С. 45.

[50] См.: Doc. 20 С/30 Annex I.

[51] См.: Резолюции, принятые Генеральной Ассамблеей на XXVIII сессии. Т. I. С. 12-13.

[52] В резолюции не случайно применяется термин «экспроприация произведений искусства», а не хищение. Этим термином подчеркивается массовый и организованный характер изъятия национальных культурных ценностей колониальными державами и их гражданами.

[53] См.: Syatauw J.J.G. The Protection of Cultural Heritage: A Heritage of Colonial Expansion. // Annuaire de , 1974, 1'AAA vol. 44, p. 37.

[54] Cм.: Doc. A/31/197 Sept. 8, 1976, p. 121.

[55] Резолюции, принятые Генеральной Ассамблеей на XXX сессии, 1976. С. 6.

[56] См.: ЮНЕСКО. Акты Генеральной конференции, 19-я сессия, Резолюции. Т. I. С. 47.

[57] См.: Хроника ЮНЕСКО. 1978. №4; Курьер ЮНЕСКО. 1978, авг. С. 4-5.

[58] См.: U.S. Treaties and Other International Agreements, vol. 22, 1971 (No 7088), p. 494.

[59] См.: Фрадье Ж. Утраченные культурные сокровища. // Курьер ЮНЕСКО, 1978, авг. С. 34.

[60] См.: Syatauw J.J.G. Op. cit, p. 44.

 

ПечатьE-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 444