Защитим имя и наследие Рерихов. Т.4

Юрий Рерих – человек и ученый

Т.О. Книжник

Журнал «Культура и время». 2002. № 4

 

Так случилось, что у нас на Родине о выдающемся русском ученом-востоковеде и лингвисте, энциклопедисте ХХ века Юрии Николаевиче Рерихе известно не так уж много, в отличие от остальных членов замечательной семьи Рерихов – художника, ученого и путешественника Н.К.Рериха, философа и писателя Е.И.Рерих, художника и общественного деятеля С.Н.Рериха. Отчасти потому, что избранный им жизненный путь не был связан с публичностью, ибо занятия историей и филологией, напротив, требовали углубленности и сосредоточенности, уединенности. Отчасти из-за свойственной нам, русским, манеры пренебрежительно относиться к своим талантливым сородичам и умалчивать их заслуги. Однако труды Юрия Николаевича Рериха по тибетологии, индологии и монголоведению, опубликованные в разных странах мира и на разных языках, уже давно считаются классикой ориенталистики, а его славное имя значится в списках почетных членов многочисленных научных обществ Европы, Азии и Америки. Этот человек, необычайно скромный и простой в общении, не только обладал разносторонними познаниями в самых различных областях – истории, археологии, литературе, этнографии, религии, культурологии, но и в совершенстве знал многие восточные и западные языки, общее число которых было более тридцати.

Публикация эпистолярного наследия Юрия Николаевича Рериха, предпринятая Международным Центром Рерихов к столетнему юбилею ученого [1], позволяет по-новому взглянуть на личность нашего выдающегося соотечественника и освещает доселе неизвестные стороны его жизни и деятельности, иными словами, позволяет увидеть Юрия Рериха не только в ипостаси «кабинетного ученого», погруженного в свои изыскания и оторванного от внешнего мира, но в образе делового человека и умелого организатора, а также любящего сына, друга и брата. Бесценные материалы двухтомника – а это 876 писем – охватывают четыре десятилетия жизни автора, начиная со студенческих лет и до самого его ухода из жизни в мае 1960 года. Почти все они публикуются впервые, и их тематика необычайно разнообразна. Впрочем, как и сама жизнь Юрия Николаевича.

* * *

Уже первые письма, открывающие книгу, ярко свидетельствуют о том, что Юрий Рерих принадлежал к той удивительной плеяде людей, которые с ранних лет твердо знают свое призвание в жизни. Перед нами – не беспечный студент, а целеустремленный молодой ученый, у которого уже есть своя тема и свое направление в науке. Вот что пишет он из Гарварда родителям, В.А.Шибаеву и брату Святославу:

«Из лекции Ростовцева еще раз убедился, что Средняя Азия – это Египет будущего, в смысле археологических открытий. Меня очень заинтересовали татары и монголы, особенно их былины и песни кочевий» [2].

«За последнее время я много работал над переводом на русский яз[ык] некоторых Упанишад… Занимаюсь также Тибетом, особенно же психическими способностями ламаистского духовенства. Мне бы хотелось впоследствии сделать эту тему предметом специального исследования» [3].

«У меня уже есть тема в области истории Средней Азии. Я хочу дать очерк и переводы персидских трудов по истории Средней Азии. Это будет и оригинально и важно, ибо нам нужно начинать классифицировать добытые результаты в области археологии Средней Азии» [4].

С приездом в Индию для Юрия Николаевича открылись большие возможности для изучения живых диалектов Востока и его древней культуры. Он принимает участие в знаменитой Центрально-Азиатской экспедиции своего отца (к сожалению, в нашем архиве сохранились только три письма этого периода), а после окончания путешествия возглавляет Институт Гималайских исследований «Урусвати», расположенный в долине Кулу (Западные Гималаи), проработав в качестве его директора более 10 лет. Под умелым руководством Юрия Николаевича этот институт, задуманный как научно-исследовательское учреждение по комплексному изучению обширных территорий Азии, очень скоро становится одним из крупнейших научных учреждений Индии.

С деятельностью «Урусвати» связана значительная часть писем, представленных в двухтомнике. Юрий Николаевич ведет переговоры с научными учреждениями, учеными и финансовыми деятелями о совместной научной работе, публикациях, финансировании отдельных проектов. Под его руководством выходят и распространяются периодические издания института – ежегодный журнал «Урусвати» и серия «Tibetica». Много сил отдает он организации биохимической лаборатории, в планах которой стояла тема по созданию противораковых лекарств. Письма В.А.Перцову, биохимику Гарвардского университета, подробно рассказывают о задачах этой лаборатории, планах ее работы, постройке здания, размещении сотрудников и т.п. Знакомясь с ними, мы видим, что Юрий Николаевич вникал во все тонкости обустройства и будущей деятельности лаборатории, однако нехватка средств и прочие трудности не позволили ему довести эту работу до конца.

С мая 1934 по сентябрь 1935 года Юрий Николаевич и Николай Константинович Рерихи участвуют в Маньчжурской экспедиции, организованной Министерством земледелия США. Помимо сбора семян засухоустойчивых растений участники экспедиции занимались археологической разведкой, собирали лингвистический и фольклорный материал, а также старинные медицинские манускрипты. Условия работы экспедиции были очень сложные из-за политической и военной обстановки в этом регионе, а также из-за противодействия двух американских ботаников, сотрудников Министерства земледелия, которые всячески срывали работу экспедиции и распространяли клеветнические заявления о ее руководителе Н.К.Рерихе.

Около полусотни писем написано Юрием Николаевичем за этот период. Возможно, их содержание покажется читателям не слишком интересным в событийном плане, однако они прекрасно характеризуют деловые качества человека, их писавшего: перед нами – умелый руководитель, собранный, организованный, довольно жесткий, когда надо отстаивать свои позиции, и скрупулезный, когда речь идет о финансовых документах или отчетах по приобретению и ликвидации экспедиционного оборудования. Профессионализм этих писем поражает. Подобные отчеты скорее могли бы выйти из-под пера ботаника или бухгалтера, нежели историка и филолога. Благодаря бюрократам из Министерства земледелия США переписка об экспедиционных делах продолжается даже после того, как отец и сын Рерихи в октябре 1935 года возвращаются в Кулу.

Немало писем посвящено тем трагическим событиям, которые развернулись в нью-йоркском Музее Николая Рериха во второй половине 1930-х годов, когда его президент, американский бизнесмен Луис Хорш, решил стать единственным владельцем здания и находящихся в нем бесценных полотен. Для этого он прибегнул к самым постыдным методам – подделке документов, клевете и воровству. Юрий Николаевич, возмущенный творящимся беспределом, активно включается в борьбу против этих злостных инсинуаций. «Быть может, кому-то вопросы чести не представляют значения, – пишет он, – но я должен сказать, что честь моего отца и репутация имени являются для меня той основой, от которой отказаться я не могу и в этом вопросе ни на какие компромиссы не пойду <...> Прошу иметь это в виду, и что в этом деле затронут не только один Н.К., но и мы, его сыновья» [5].

В письмах этого периода Юрий Николаевич предстает перед нами целеустремленным борцом, опирающимся на четкие и достоверные факты. Он не перестает сообщать сотрудникам культурных учреждений Нью-Йорка сведения, опровергающие распространяемую в США клевету о деятельности экспедиции, ссылаясь на публикации и официальные письма Министерства земледелия. Видно, что он очень заботливо относится к хранению документов (впрочем, как и все Рерихи), что позволяет ему обоснованно выступать против всех нападок.

Его размышления о царящих в мире жестокости и насилии, присутствующие на страницах писем 1930-х годов, когда человечество находилось в преддверии Второй мировой войны, вряд ли оставят читателей равнодушными. «Странно, что люди не задумываются о творимых ими разрушениях. Ведь “поднявший меч от меча и погибнет”, и мы видим в России, что многие творцы революции уже казнены тем же народом, именем которого восставали» [6]. «Живем в мире злобы и клеветы, и только на днях разыгралась невиданная газетная кампания, затрагивающая интересы целых стран. Мир содрогается от человеческих попыток разрушить основы своего же благосостояния. Трудно предвидеть, куда все это направляется. Наше дело в N[ew] Y[ork] только отражение мирового пожара, который раздувается безумцами» [7].

Знакомясь с письмами Юрия Николаевича, невольно испытываешь удивление. Казалось бы, чудовищная загруженность организационной работой, бытовые неурядицы и печальная необходимость постоянно противостоять клеветникам и злопыхателям совершенно не оставляют ученому времени для занятий любимой научной работой. Но нет. Постоянно в трудах, не теряющим ни минуты – таким предстает перед нами Юрий Рерих на страницах его эпистол, запечатлевших его работу над знаменитым тибетско-английским словарем с санскритскими параллелями, «Историей Средней Азии», переводами с тибетского и подготовкой к изданию «Голубых Анналов» и «Жизнеописания Дхармасвамина». Он списывается с книжными магазинами Лондона, Парижа и Лейпцига с целью приобретения изданий по вопросам востоковедения, а поскольку его собственные средства ограничены, нередко продает книги из собственной библиотеки в обмен на такие драгоценные источники, как, например, «Сериндия» Аурела Стейна. Консультируется с коллегами-востоковедами – Дж. Туччи, Рольфом Стейном, А.С.Альтекаром.

После ухода Николая Константиновича Рериха в декабре 1947 года Юрий Николаевич с матерью переезжают в Дели, затем в Кхандалу, где проводят почти целый год в надежде получить долгожданные визы из СССР, а в феврале 1949 года отправляются в северо-восточную часть Индии, в Калимпонг. Сразу же по приезде Юрий Николаевич активно берется за организацию Индо-тибетского исследовательского института. Он организует курсы по изучению китайского и тибетского языков, привлекая к преподавательской работе в первую очередь самих носителей языка, встречается с известными учеными. К этому времени и сам Юрий Николаевич – уже всемирно известный авторитет в области лингвистики и филологии, философии, археологии и искусствоведения, чье имя знают не только в Индии, но и в Европе и Америке.

Однако вопрос о возвращении в Россию остается для Юрия Николаевича одним из самых насущных. «Как Вам известно, нами было сделано соответствующее заявление от имени матери моей, Елены Ивановны, двух воспитанниц, сестер Богдановых, и моего в феврале 1949 года, – делится он с З.Г.Фосдик в 1952 году. – С тех пор мы ежегодно запрашивали лично, письменно и телеграфно (с оплаченным ответом), о судьбе нашего заявления, но по сей день ответа не получили, хотя нас и заверяли в благожелательном отношении. Наши устремления остались прежними, и, я думаю, излишне писать о нашей постоянной готовности приложить свои силы и знания. Вы знаете, что я не узкий специалист, а многолетнее всестороннее изучение Среднего и Дальнего Востока, казалось мне, позволяло надеяться на благоприятный ответ» [8].

Это возвращение состоялось в августе 1957 года, уже после ухода из жизни Елены Ивановны, который стал для Юрия Николаевича тяжелым ударом. Не меньшие испытания ждали его и на Родине. Большинство чиновников от науки имели весьма отдаленное представление о его трудах и месте в мировой науке, к тому же многосторонние знания, прекрасное владение языками и потрясающая работоспособность нового коллеги давали повод для зависти и интриг. «Зачем вы сюда приехали?» – не раз слышал он из уст заместителя директора Института востоковедения. Однако Юрий Николаевич не унывал. У него просто не было на это времени. В неимоверно короткий срок, всего за два с половиной года, он сумел возродить разгромленную во времена политических репрессий российскую школу буддологии, возобновил издание серии научных трудов и источников по буддийской философии и культуре, воспитал немало учеников.

Много усилий приложил Юрий Николаевич к тому, чтобы вернуть Родине славное имя своих родителей, в корне изменив общественное мнение о семье Рерихов, которую с подачи правящих кругов считали белоэмигрантами и религиозными фанатиками. Именно он сумел пробить стену бюрократических преград и организовать первую в СССР выставку картин Н.К.Рериха, которая имела огромный успех и прошла в разных городах страны. Именно он, благодаря своему огромному духовному потенциалу, фактически инициировал рериховское движение в России, о чем, наверное, и не подозревают многие современные его участники.

«Выставка все еще открыта, как говорят – “народ не отпускает”, – пишет он Р.Я.Рудзитису. – Действительно, все слои общества отдали должное ей. Как говорят: “Грандиозный успех”» [9]. «Был в Киеве. Встретил очень теплый прием со стороны худож[ественной] общественности. Многие “болеют Рерихом”. Провел три беседы. Была хорошая тел[евизионная] передача, в которой показали 51 картину» [10]. Внимательно знакомясь с письмами, написанными Юрием Николаевичем в последние годы жизни, большая часть которых адресована С.Н.Рериху, Д.Рани Рерих и Р.Я.Рудзитису, мы видим, что он использует любую возможность, чтобы люди смогли больше узнать о Рерихах, их жизни и творчестве: готовит публикации в прессе, выступает с лекциями и беседами и, наконец, ставит вопрос о создании Музея имени Н.К.Рериха на Родине.

* * *

«Юрий Николаевич – это образ истинного, вдохновенного ученого, мыслителя, человека исключительной духовной гармонии, – писал С.Н.Рерих о своем безвременно ушедшем брате. – Он прекрасно понимал, что высшее достижение человека лежит в самоусовершенствовании личности, что только постоянно работая над самим собою и развивая в себе качества, присущие человеку, стремящемуся к более совершенной жизни, он мог всесторонне обогатить свою специальность и поднять ее над уровнем повседневности» [11].

Хочется верить, что письма, собранные в двухтомнике, помогут читателю ярко представить этот образ, ибо они не только являются своеобразной хроникой жизни и деятельности выдающегося ученого, но и отражают его восприятие мира, его чувства, устремления и размышления. В оформлении книги были использованы редкие архивные фотографии, а также живописные и графические работы самого Юрия Николаевича, созданные им в юные годы и экспонирующиеся ныне в Центре-Музее имени Н.К.Рериха. Справочный аппарат издания представлен примечаниями и указателем имен.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. 1919–1935. Т. 2. 1936–1960. М.: МЦР, 2002.

[2] Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. С. 31–32.

[3] Там же. С. 35.

[4] Там же. С. 36.

[5] Рерих Ю.Н. Письма. Т. 2. С. 118.

[6] Там же. С. 86.

[7] Там же. С. 112.

[8] Там же. С. 226–227.

[9] Там же. С. 316.

[10] Там же. С. 327.

[11] Рерих С.Н. Приветствие, направленное в Институт востоковедения АН СССР 15 октября 1962 г. к торжествам, посвященным 60-летию со дня рождения Ю.Н.Рериха / Отдел рукописей МЦР.

 

Печать E-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 300