Защитим имя и наследие Рерихов – т.4

Сомнительная позиция музея-института семьи Рерихов в Санкт-Петербурге

М.С. Александрова, В.В. Фролов

 

Основы Мира – как их превратно толкуют люди! Какие они придумывают формулы для толкований жизненных принципов! Лишенные великих основ объединения всех космических принципов, они насыщают пространство всеми разъединяющими принципами. Так происходят разновесие начал, разъединение всех высших принципов и устремление к многоглавию. Так великое Начало Иерархии, разъединенное человеческим малодушием, приводит свои следствия, и человечество напрягает все усилия на умаление Великого Принципа. Так происходит замена Великого малым.

Иерархия, 360

«Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты».

Несколько лет назад в Санкт-Петербурге был создан Музей-институт семьи Рерихов (далее МИ). Сам по себе факт создания подобной культурной организации в городе на Неве можно было бы только приветствовать, ибо творческое наследие семьи Рерихов, содержащее новое космическое мировоззрение, безусловно, достойно того, чтобы занять в культурном пространстве России и всего мира одно из первых мест. Но, к сожалению, руководители МИ, директор А.А.Бондаренко и его заместитель В.Л.Мельников, прикрываясь заявлениями об изучении наследия Рерихов и его популяризации, преследуют совершенно иные цели.

Обратимся к фактам и документам.

В нашей стране существует Российский комитет международного союза музеев (International Council of Museums – ИКОМ). Членом ИКОМ является и Государственный Музей Востока (ГМВ), незаконно удерживающий коллекцию из 288 картин Н.К. и С.Н. Рерихов, переданную Международному Центру Рерихов (МЦР) Святославом Николаевичем Рерихом согласно его завещанию. Тем самым ГМВ попирает волю С.Н.Рериха и нарушает права МЦР как владельца этой коллекции. МИ оказывает поддержку Музею Востока, хотя открыто и не афиширует этого.

Так, и.о. директора Музея Востока Т.Х.Метакса в письме от 01.02.2006, отвечая на запрос президента ИКОМ России В.Б.Ремизова относительно коллекции из 288 картин Н.К. и С.Н. Рерихов, пишет следующее: «Хотелось бы обратить Ваше внимание на то, что позицию нашего музея и судебных органов РФ (по отношению к МЦР. – Авт.) целиком разделяют Музей Николая Рериха в Нью-Йорке и Музей-институт семьи Рерихов в Санкт-Петербурге».

Руководители МИ давно выступают против МЦР. Так, заместитель директора МИ В.Л.Мельников голосовал за принятие заявления участников международной научной конференции «Вклад семьи Рерихов в мировую культуру», проходившей в Москве в Институте востоковедения 08.10.2004. В заявлении содержится обращение к государственным органам власти с предложением выполнить Постановление Правительства РФ № 1121 1993 г. «О создании Государственного музея Н.К.Рериха (филиал Государственного музея Востока)». Но это означало бы ликвидацию общественного Центра-Музея имени Н.К.Рериха и перевод наследия Рерихов под государственный контроль, что полностью противоречит концепции Центра-Музея имени Н.К.Рериха как негосударственного.

В.Л.Мельников не может не знать, что создание Центра-Музея имени Н.К.Рериха в Москве было частью планов Н.К. и Е.И. Рерихов, руководимых Учителями, и стало реальностью благодаря героическому подвигу С.Н.Рериха, передавшего наследие Рерихов в Россию и инициировавшего создание в Москве именно общественного, а не государственного Центра-Музея имени Н.К.Рериха.

Этот высокий завет Святослава Николаевича блестяще осуществлен самоотверженными усилиями его доверенного лица Л.В.Шапошниковой при огромной поддержке дипломата с мировым именем Ю.М.Воронцова, ныне президента МЦР, и известного российского мецената Б.И.Булочника. Несмотря на непрекращающиеся нападки недоброжелателей, Центр-Музей имени Н.К.Рериха за относительно короткий исторический срок превратился в современную научно-культурную организацию, которая успешно работает и динамично развивается. Эта уникальная культурная организация проводит огромную работу по изучению, популяризации и защите творческого наследия семьи Рерихов, в котором аккумулировано новое космическое миропонимание. МЦР издает труды Рерихов и авторов, использующих в своих исследованиях учение Живой Этики, проводит международные научные конференции, посвященные различным аспектам творческого наследия Рерихов, передвижные выставки картин Н.К. и С.Н. Рерихов, реализует многие другие научно-культурные проекты. В значительной мере благодаря активной и многоплановой деятельности МЦР идеями Рерихов стали интересоваться прогрессивные ученые, художники, педагоги, а Центр-Музей имени Н.К.Рериха начали посещать все больше людей, стремящихся к соприкосновению с новым космическим мироощущением.

В то же время МИ проявляет свою недружественную позицию по отношению к Международному Центру Рерихов, хотя опять-таки делает это неявно. Руководители МИ не гнушаются принимать в своих стенах директора нью-йоркского Музея Николая Рериха Д.Энтина – пособника московских предателей Е.И.Рерих. Это он передал дневники Е.И.Рерих в издательство «Сфера» в Москве, которое их опубликовало в 2001 году, не имея на то ни издательских, ни моральных прав. И сделано было это в нарушение воли Елены Ивановны, запретившей публикацию своих дневников ранее установленных ею сроков. За Д.Энтиным числится еще ряд «дел», которые он успел совершить за свое сравнительно недолгое директорство. Об этих «делах» своего американского друга руководители МИ не могут не знать. В Заявлении Международного Центра Рерихов, опубликованном в «Новой газете» от 23–26.11.2006, отмечается: «Известно, что еще в 1990 году Д.Энтин выступил против передачи наследия Рерихов России и пытался оказать в этом отношении давление на С.Н.Рериха. Кроме того, он распространял о самих Рерихах искаженную информацию и различного рода публикации, унижавшие их достоинство, и особенно достоинство Святослава Николаевича». Думается, все это в полной мере раскрывает подлинный облик Д.Энтина, который давно выступает против МЦР и его руководства, тем самым нарушая волю и заветы С.Н.Рериха. Свою солидарность с МИ Энтин продемонстрировал и при издании книги воспоминаний Л.С.Митусовой, где опубликовано его послесловие в поддержку претензий руководителей МИ на их «линию преемственности» с Рерихами.

Как возможно подобное кощунственное лицемерие руководителей МИ, которые, называя себя «преемниками» Рерихов, сотрудничают с участником «предательства века»! Д.Энтин выступает на научных конференциях МИ, публикуется в его изданиях, на сайте МИ, а возглавляемый им Музей Николая Рериха в Нью-Йорке назван участником продвижения планов Музея-института. Хотя, казалось бы, все должно было быть наоборот – МИ как носящей высокое имя Рерихов организации следовало бы выступать за осуществление воли С.Н.Рериха и защищать МЦР от посягательств именно таких энтиных, оказывающих ярое противодействие всему, что делает Международный Центр Рерихов в развитие нового космического мировоззрения.

Недружественные действия МИ и ГМВ по отношению к Международному Центру Рерихов уже получили должную оценку его руководства на страницах сборника «Защитим имя и наследие Рерихов», в СМИ. Там же представлена позиция Международного Центра Рерихов, который твердо и последовательно противостоит вероломным действиям чиновников от культуры на юридическом поле, делая все возможное для того, чтобы выполнить заветы С.Н.Рериха, сохранить в целостности наследие Рерихов и отстоять Центр-Музей имени Н.К.Рериха. В то же время, несмотря на сложившуюся вокруг наследия Рерихов и МЦР очень непростую ситуацию, МИ вместе с Музеем Николая Рериха в Нью-Йорке и ГМВ противодействуют линии Международного Центра Рерихов на осуществление заветов С.Н.Рериха. И здесь как нельзя кстати вспоминается пословица: «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты», которая в полной мере применима к руководителям МИ.

Однако если бы они действительно следовали учению Рерихов, как это декларируется на сайте МИ, то скорее всего они должны были бы считать своим долгом поддерживать научно-культурную деятельность МЦР, защищать наследие Рерихов и Центр-Музей имени Н.К.Рериха от нападок недоброжелателей. Но в реальности мы наблюдаем совсем другую картину. МИ оказывает сознательное и целенаправленное, часто скрытое и завуалированное противодействие линии МЦР на осуществление заветов С.Н.Рериха.

 

Как руководители Музея-института оказались «продолжателями» дела Рерихов

Сомнительная позиция МИ по отношению к Рерихам, их творческому наследию и заветам имеет глубокие корни, которые отчетливо обнаруживаются при прочтении книги воспоминаний Л.С.Митусовой [1]. Книга представляет собой «обоснование» всей «концепции» деятельности Музея-института. Ее автор высказывает тенденциозные, а точнее, неверные оценки замыслов, начинаний и заветов Рерихов, особенно того, что касается России. Эти оценки, искажающие факты жизни и высокие цели творческой деятельности Рерихов, вводят в заблуждение тех, кто интересуется их жизнью и творчеством.

И здесь полезно напомнить, что в России есть серьезные исследования о Рерихах, в которых заложены основы научного рериховедения. Это труды известного ученого-индолога Л.В.Шапошниковой [2], опирающиеся на новую систему познания Живой Этики и содержащие истинную характеристику жизни и творчества семьи Рерихов.

Смысл воспоминаний Л.С.Митусовой о Рерихах, предисловия и послесловия к ее книге направлен на обоснование некой «линии преемственности», якобы ведущей от всей семьи Рерихов к Л.С.Митусовой, а от нее – к нынешним руководителям МИ А.А.Бондаренко и В.Л.Мельникову, принявшим на себя, как следует из книги, ответственность за выполнение «заветов с Гор», то есть осуществление заветов семьи Рерихов, не только в России, но и за ее пределами. Претензия на подобную преемственность вызывает возмущение, ибо суждения Л.С.Митусовой явно идут вразрез со всеми планами, начинаниями и заветами Рерихов. Стремление Л.С.Митусовой и нынешних руководителей МИ представить себя в качестве их «преемников» скорее всего есть выражение каких-то неосуществленных амбиций автора воспоминаний и, по всей вероятности, корыстных интересов руководителей МИ, стремящихся сделать на имени Рерихов духовный «капитал».

Они везде, где это возможно, говорят о своей «линии преемственности» с Рерихами. Так, на сайте МИ можно прочитать: «Рериховский музей (имеется в виду МИ. – Авт.) должен стать таким Обиталищем всех родов Прекрасного, и вовсе не в смысле лишь сохранения тех или иных образцов, но в смысле жизненного и творящего применения их (Н.К.Рерих)». В любительском фильме «Рерих – сын Рериха» [3] на эту же тему выступает В.Л.Мельников. В стенах самого МИ эта идея также постоянно тиражируется его руководителями.

Так называемая «линия преемственности» между Л.С.Митусовой и семьей Рерихов преподносится читателям уже в предисловии к книге. «Природа, – отмечает автор предисловия Б.С.Соколов, – с величайшей щедростью наделила Н.К.Рериха, Елену Ивановну, их удивительных сыновей замечательными талантами во всех сферах культуры и науки, и эти таланты всегда были деятельной силой, проявлявшейся с необычайной предприимчивостью, настойчивостью и смелостью. Об этом ярко свидетельствует и многолетняя переписка Рерихов с семьей Митусовых, представительница которой, Людмила Степановна, стала в Петербурге единственной хранительницей уникального, частью утраченного собрания из наследия семьи Рерихов» [4]. Это ключевой момент предисловия – от характеристики выдающейся семьи Рерихов его автор сразу же переходит к описанию роли Л.С.Митусовой, как единственного связующего звена наших современников с семьей Рерихов. При чтении этого фрагмента возникает даже чувство некоторой неловкости за Л.С.Митусову – настолько навязчиво выглядит стремление автора предисловия показать тесную связь Л.С.Митусовой с семьей Рерихов. И как бы заключительным аккордом предисловия звучит последняя фраза, которая настраивает читателя на вполне определенный лад в его знакомстве с воспоминаниями о Рерихах: «Полностью эти записки о семье Рерихов публикуются впервые, и уверен, – пишет автор, – что без их знания и продумывания, минуя их, как минуя и семью Митусовых, в дальнейшем уже невозможно писать о Рерихах» [5].

Заявление весьма ответственное. Поэтому отнесемся к нему также ответственно и попробуем разобраться в воспоминаниях Л.С.Митусовой о Рерихах, используя в качестве методологического «ключа» труды о жизни и творчестве семьи Рерихов доверенного лица С.Н.Рериха Л.В.Шапошниковой. Опираясь на идеи этого выдающегося ученого-востоковеда, мы позволим себе выделить несколько важных для изучения творческого наследия Рерихов моментов.

Истинное осмысление наследия Рерихов возможно только с позиций Живой Этики, помогающей понять мысли, начинания и творческие нахождения Рерихов с учетом синтетического единства духовного и материального, внутреннего и внешнего в этих сложнейших явлениях. Для решения такой не имеющей прецедентов задачи нужны соответствующие ее сложности методологические средства. Традиционная наука с ее ориентацией на эмпирические методы познания решать такие задачи не способна, ибо не располагает необходимой для этого системой познания. Здесь нужен новый подход. Он сформулирован в Живой Этике, в других трудах Рерихов, получил развитие в работах Л.В.Шапошниковой. Этот подход заключается в новой системе познания, представляющей собой синтетическое единство эмпирических и метанаучных методов познания.

Осмысливая наследие Рерихов, нужно постоянно иметь в виду, что вся их жизнь проходила под водительством Учителей, от которых они получали конкретные указания, служившие основой всех их творческих планов, начинаний и культурных проектов.

Семья Рерихов составляла духовное единство. «Все мы, – писал С.Н.Рерих, – каждый в своей области, трудились, но работали всегда вместе. Вчетвером мы составляли единое целое и помогали друг другу. Это позволило нам узнать очень многое, собрать и дать другим» [6]. Эволюционные задачи, решение которых было возложено Учителями на Рерихов, они смогли блестяще осуществить, представляя собой именно такое единство. Игнорирование указанного подхода с неизбежностью будет снижать нравственный и научный уровень осмысления творческого наследия Рерихов и искажать его подлинное содержание.

Однако что же мы находим в воспоминаниях Л.С.Митусовой о Рерихах?

В книге не однажды пишется о духовной близости семьи Рерихов и семьи Митусовых. С.С.Митусов был двоюродным братом Е.И.Рерих. «Поэму “Петрушина Гора” отец, – пишет Л.С.Митусова, – создавал <…> в атмосфере нашей семьи и семьи Рерихов» [7]. «Мы и Рерихи были как одна семья» [8], – пишет она в другом месте. Автор воспоминаний достаточно часто говорит о своей родственной близости к Рерихам, которая, исходя из слов Л.С.Митусовой, уже сама по себе являлась как бы залогом и ее духовной близости с Рерихами, что, конечно, отнюдь не следует из наличия только родственных отношений. Но если даже допустить, что такая духовная близость, по мнению автора воспоминаний, действительно существовала, то в какой мере Л.С.Митусова воспользовалась этой счастливой возможностью для того, чтобы хотя бы в небольшой степени подняться на высоту творческих дерзаний Рерихов, понять эволюционное значение их идей?

Как свидетельствуют высказывания Л.С.Митусовой о Рерихах, этого автору воспоминаний, к сожалению, не удалось. Обратимся к тексту книги. В ней автор старается убедить читателя, что главной целью Ю.Н.Рериха в период его пребывания в России в 1957–1960 годы было добиться у властей решения вопроса о создании Музея Н.К.Рериха на Мойке, 83, на квартире, где десять лет жила семья Рерихов [9]. Какие же доказательства приводятся автором в пользу такой версии? «Так Юрием Николаевичем, – пишет Л.С.Митусова, – все уже было намечено. Позже, когда я говорила с ним по телефону, незадолго до его ухода, он совершенно определенно сказал: “Будет по-нашему”. Думаю, музей, – заключает автор, – был бы создан уже тогда, если бы не неожиданный его уход» [10].

Создание Музея Н.К.Рериха в России, безусловно, стояло в планах Юрия Николаевича. Он уделял этому проекту большое внимание, ведя переговоры с Министерством культуры и прорабатывая возможности организации такого музея не только в Ленинграде, но и в Москве, в Сибири, на Алтае. Об этом свидетельствуют письма Ю.Н.Рериха: «Сейчас идут очень ответственные переговоры о Музее как в Ленинграде, так и в Сибири» [11],– пишет Юрий Николаевич в своем письме к Р.Я.Рудзитису. «Ведутся разговоры о создании постоянного музея. Предлагают устроить музей при Русском Музее в Ленинграде, где в настоящее время заканчивается аппекс с отдельным входом и хорошими залами. В Москве помещений мало, разве что старые особняки, но это сложно. Затем думаю о филиале Музея в Сибири, на Алтае» [12]. Таким образом, Ю.Н.Рерих думал сразу о нескольких вариантах создания Музея Н.К.Рериха и даже не исключал наиболее сложный вариант – в Москве, в старом особняке. Этот вариант Музея имени Н.К.Рериха, как известно, был блестяще осуществлен именно в Москве С.Н.Рерихом и его доверенным лицом Л.В.Шапошниковой более чем через тридцать лет после размышлений Юрия Николаевича на эту тему. Иными словами, Ю.Н.Рерих, продумывая вопрос о создании Музея Н.К.Рериха, имел в виду сразу несколько возможностей осуществления этой идеи. Но в своих переговорах с властями о музее в Ленинграде он делал упор на организации Музея Н.К.Рериха при Государственном Русском музее.

Автор воспоминаний пишет далее, что «возвращение рериховской работы в России, как тогда, так и теперь, должно идти через Музей». В этой части фразы предпринято несколько смысловых подмен, приводящих к искажению важнейших исторических фактов, которые имеют принципиальное значение для понимания деятельности Рерихов по популяризации творческого наследия своей семьи в России. Исходя из контекста воспоминаний Л.С.Митусовой, в этой фразе и «тогда» и «теперь» имеется в виду музей, связанный с Рерихами. Но какой музей? В прошлом («тогда») имеется в виду Музей Н.К.Рериха на Мойке, 83, за создание которого ратовала Людмила Степановна. В настоящем («теперь») предполагается Музей-институт семьи Рерихов в Санкт-Петербурге, основательницей которого считают Л.С.Митусову.

Однако Ю.Н.Рерих, как уже отмечалось, прорабатывал различные варианты создания Музея Н.К.Рериха, наиболее предпочтительным из которых на тот момент он считал организацию Музея Н.К.Рериха при Государственном Русском Музее. «Возвращение рериховской работы в России» Ю.Н.Рерих никогда, однако, не замыкал на музее в Ленинграде – на музее, о котором не однажды упоминает в своей книге Л.С.Митусова.

Напротив, Юрий Николаевич, как и все Рерихи, всегда работал с поистине планетарным масштабом, учитывая все возможные варианты осуществления того или иного проекта. Так, переписка Ю.Н. и С.Н. Рерихов показывает, насколько масштабной всегда была их деятельность по популяризации творческого наследия семьи Рерихов. Они организовывали выставки картин Н.К. и С.Н. Рерихов во многих городах СССР и других стран, публиковали труды, посвященные творческому наследию семьи Рерихов, новому космическому мышлению, выступали на многочисленных научных конференциях и перед различными аудиториями, раскрывая особенности нового космического миропонимания.

Примером им в творчестве, культурной деятельности всегда служили родители – Николай Константинович Рерих, выдающийся мыслитель, ученый, художник, путешественник и общественный деятель, и Елена Ивановна Рерих – оригинальный философ, известный ученый, подлинный вдохновитель всех героических подвигов семьи. Даже одно перечисление духовных нахождений Н.К. и Е.И. Рерихов, их научных открытий, философских трудов, культурных проектов и созданных ими культурных организаций, а также начинаний по популяризации их творческого наследия во многих странах мира могло бы занять не одну страницу. Н.К.Рерих, опираясь на помощь всех членов своей семьи, разработал и продвигал во многих странах мира Пакт Рериха и его символ Знамя Мира – проект планетарного масштаба, ставший основой международной системы охраны культурных ценностей.

Во фразе «Возвращение рериховской работы в России, как тогда, так и теперь (выделено нами. – Авт.), должно идти через Музей» от прошлого (от существовавшего лишь в представлении Л.С.Митусовой Музея на Мойке, 83) путем подмены понятий перебрасывается «мостик» в наше время. Это делается с той целью, чтобы «освятить» именем Рерихов недавно организованный Музей-институт семьи Рерихов в Санкт-Петербурге, основателем которого в книге названа Л.С.Митусова. Для этого она заканчивает фразу, которую мы так подробно разбираем, следующим образом: «Необходимо выполнить волю отца и матери Юрия Николаевича и Святослава Николаевича». Однако здесь имя Рерихов используется и своевольно, и произвольно, ибо Рерихи никогда и нигде не высказывались относительно организации и деятельности Музея-института семьи Рерихов в Санкт-Петербурге. Но Л.С.Митусова подводит читателя своих воспоминаний именно к такой мысли, пытаясь обосновать «линию преемственности» МИ непосредственно от Рерихов.

Кто же призван выполнять в России волю старших Рерихов, о которой пишет автор воспоминаний? Л.С.Митусовой, к сожалению, уже нет в живых. Но остались и «трудятся» на ниве культуры ее «преемники» по Музею-институту: директор А.А.Бондаренко и его заместитель В.Л.Мельников. На них, как следует из воспоминаний, и легла «огромная ответственность» якобы за выполнение воли Н.К. и Е.И. Рерихов в России. Вот так легко, благодаря допущенной в воспоминаниях Л.С.Митусовой смысловой подмене, нынешние руководители МИ оказались «ответственными» за выполнение воли Рерихов «по возвращению рериховской работы в России».

Однако при таком вольном истолковании Л.С.Митусовой планов и начинаний Ю.Н.Рериха и старших Рерихов (о С.Н.Рерихе будет сказано ниже) не может быть и речи о ее «духовной» преемственности с семьей Рерихов. Разница высочайшей нравственной позиции этой выдающейся семьи и позиции Л.С.Митусовой исключает самою возможность такой «преемственности».

Более того, данная ситуация в ее воспоминаниях представляется так, что выполнение воли Рерихов может быть истолковано и по отношению к Санкт-Петербургу (читай МИ), и по отношению к России в целом. В воспоминаниях Л.С.Митусовой путем смысловых подмен, стремления выдать желаемое за действительное, нынешние руководители МИ оказались не только «преемниками» Л.С.Митусовой в части «собрания из семьи Рерихов», но и «продолжателями» их дела в «ленинградском направлении» и за его пределами. Однако «продолжают» они дело Рерихов явно не по-рериховски, избрав сомнительную позицию в отношении МЦР, заветов и воли Рерихов. И это не случайно, ибо позиция эта оформилась не сегодня. Ее истоки обозначены «основателем» МИ Л.С.Митусовой.

 

«Для народа русского мы трудились»

Л.С.Митусова не только искажает и умаляет мысли и содержание деятельности Ю.Н.Рериха во время его жизни в СССР, но также планы и начинания С.Н.Рериха. Она, к примеру, пишет, будто Ю.Н.Рерих «не успел» передать С.Н.Рериху «многое в смысле организации работы семьи в России» [13]. Здесь автор воспоминаний представляет Ю.Н. и С.Н. Рерихов так, будто бы они ничего не знали о планах друг друга в отношении работы с культурным наследием своей семьи в СССР.

Эти неверные оценки намерений и действий Ю.Н. и С.Н. Рерихов еще раз доказывают, что определенные личные мотивы помешали автору воспоминаний хотя бы в какой-то мере понять идеи и заветы Рерихов. Л.С.Митусова, к сожалению, не смогла использовать счастливую возможность своего общения с Ю.Н. и С.Н. Рерихами для налаживания духовной связи с ними, которая позволила бы ей хоть приблизительно осмыслить духовный мир Рерихов, то новое космическое миропонимание, разработке которого они посвятили всю жизнь. «Существуют абсолютные Жизненные Ценности, – пишет С.Н.Рерих, давая характеристику своему миропониманию, – которые единственные делают жизнь прекраснее, полнее, богаче и достойнее. Делая их нашими идеалами, мы не только разделяем радость единения с более широкими Планами Бытия, но и неизмеримо содействуем продвижению к более счастливой жизни, осознавая первостепенную важность Высших Планов Проявления. Это облагораживающие факторы, без которых жизнь вскоре перестает иметь какое-либо значение» [14].

В суждениях Л.С.Митусовой о Рерихах обнаруживается явно непонимание, что их семья – это единое духовное целое. Ю.Н. и С.Н.Рерих были не только сыновьями, но и духовными учениками своих великих родителей и не могли не знать о высочайшей миссии семьи Рерихов по формированию духовных предпосылок перехода человечества на новый эволюционный виток. Семья Рерихов выполнила эту миссию в совместной творческой деятельности.

Реализуя эту высокую миссию, семья Рерихов блестяще осуществила многие творческие начинания и проекты. Е.И. и Н.К. Рерихами под руководством Учителей было создано Учение Живой Этики, представляющее собой философию космической реальности и служащее мировоззренческой основой дальнейшего эволюционного развития человечества. Под водительством Учителей и под руководством Н.К.Рериха была предпринята грандиозная Центрально-Азиатская экспедиция, в которой приняли самое непосредственное участие Е.И. и Ю.Н. Рерих. С.Н. Рерих, работая в Америке, оказывал экспедиции организационную и финансовую поддержку. Для изучения и обобщения научных результатов экспедиции Рерихи создали в Индии международный научный центр «Урусвати», в котором много и плодотворно работали все члены семьи Рерихов, сотрудничая с учеными разных стран мира. Во время работы Ю.Н.Рериха в СССР между ним и С.Н.Рерихом поддерживалась обширная переписка, в которой на первом месте всегда стояли проблемы по изучению и популяризации творческого наследия их семьи. Ю.Н. и С.Н. Рерихи в этой важной и многообразной деятельности не могли не руководствоваться наставлениями и заветами Н.К. и Е.И. Рерихов.

Игнорирование этих важнейших вех жизни и творчества Рерихов с неизбежностью приводит к искажению и умалению их героических подвигов и значения эволюционной миссии великой семьи. Примеров этому сегодня более чем достаточно. Именно такая «версия» жизни и творчества семьи Рерихов представлена в воспоминаниях Л.С.Митусовой. Она приписывает С.Н.Рериху «две непоправимые ошибки», которые он якобы совершил после смерти Ю.Н.Рериха. «Святослав Николаевич, – пишет автор воспоминаний, – не стал продолжать устройство музея Н.К.Рериха на Мойке, 83, а ограничился передачей картин Н.К.Рериха в Русский музей», ибо С.Н.Рериху «казалось, – отмечает автор, – что для художника такого уровня, как его отец, гораздо почетнее иметь постоянную экспозицию в самом Русском музее, чем где-то в другом месте» [15].

И это говорится о С.Н.Рерихе, которого Е.И.Рерих называла Махатмой, всегда действовавшем исходя из требований «высшей правды и красоты». Вне всяких сомнений, С.Н.Рерих знал, что картины Н.К.Рериха лучше всего было передать в Русский музей для организации отдельной экспозиции этих полотен.

С.Н.Рерих оценивал творчество Николая Константиновича по высочайшим критериям и поэтому старался подыскивать для экспонирования его картин самые лучшие галереи и музеи. «Смотришь на картины Николая Константиновича, на Его Гималаи, – писал С.Н.Рерих, – и кажется, что в них достигнута предельность нашей физической передачи, не только внешнего облика, но и внутреннего звучания – смысла. Лучше этого никто не изображал, да и изобразить не сможет» [16]. С.Н.Рерих внимательно следил за тем, как готовилось место для постоянной экспозиции картин Н.К.Рериха в Русском музее. В одном из своих писем он отмечает: «Вчера мы получили письмо от Раи <…> Рая говорит, что Мемориальный зал в Русском музее с картинами профессора Рериха скоро будет закончен» [17].

Теперь относительно следующей, также выдуманной Л.С.Митусовой, «ошибки» Святослава Николаевича, якобы состоящей в том, что он оставил квартиру Ю.Н.Рериха сестрам Богдановым. Существо дела в том, что бывшие домашние хозяйки Рерихов, сестры Л.М. и И.М. Богдановы, по ходатайству С.Н.Рериха в Министерство Культуры СССР остались жить на квартире Ю.Н.Рериха «в качестве временных хранительниц имущества» и никаких прав на наследство Ю.Н.Рериха не имели. В связи с этим Святослав Николаевич писал в письме на имя А.Н.Косыгина: «В настоящее время доступ к распоряжению этим имуществом получили посторонние, абсолютно некомпетентные лица, и я фактически оказался отстраненным от участия в его использовании» [18].

Письма С.Н.Рериха, направленные в самые высокие инстанции, свидетельствуют, что он предпринимал значительные усилия для того, чтобы отстоять свои права на наследство Ю.Н.Рериха, оградить оставшееся на квартире Юрия Николаевича культурное наследие Рерихов от ненадежных лиц и получить от властей гарантии использования этого наследия «в целях изучения и просвещения». «Склоняясь всегда к тому, чтобы ценности культурно-общественного назначения находились в музеях, хранилищах или научных учреждениях, я хотел бы надлежащим образом распорядиться культурным наследием, созданным и собранным членами нашей семьи, и был бы чрезвычайно признателен за предоставление мне такой возможности» [19], – писал С.Н.Рерих А.Н.Косыгину о культурном наследии Рерихов на квартире Ю.Н.Рериха.

В письме С.Н.Рериха Н.А.Тихонову, сменившему А.Н.Косыгина на посту Председателя Совета Министров СССР, звучат еще более тревожные ноты: «В связи с ненормальным положением, сложившимся за последние годы в мемориальной квартире моего брата, прошу Вашего скорейшего содействия в урегулировании дел, связанных с наследием нашей семьи и использованием во благо ценнейших культурных и научных материалов в целях изучения и просвещения» [20]. Эти слова С.Н.Рериха есть лучшее свидетельство его устремлений и усилий, направленных на то, чтобы использовать наследие своей семьи «в целях изучения и просвещения».

 

«Где пошлость, там отсутствие Света»

Музей-институт семьи Рерихов расположен в северной столице на набережной Лейтенанта Шмидта, в отдалении от культурно-исторического центра города, и о нем мало кто знает. МИ находится в запустелого вида строении. Внешний вид этого музея обескураживает и приводит в недоумение. Лестница, ведущая в темные залы, создает ощущение отсутствия живой атмосферы. Уже после открытия музея в сентябре 2005 года, о котором сообщалось на сайте МИ, помещение третьего этажа производило удручающее впечатление: обшарпанные стены, беспорядочно стоящие столы и стулья.

Cодержание музея, называемого к тому же и институтом, вызывает еще большее удивление тех, кто понимает, какую огромную ценность представляет собой творческое наследие семьи Рерихов. Так, на «торжествах» по случаю начала работы музея была открыта выставка «Николай Рерих и другие», которая представляла собой странную эклектику. В одном ряду с такими выдающимися художниками, как Н.К.Рерих, Б.А.Смирнов-Русецкий, Е.Лансере, оказались едва ли кому-то известные А.Визиряко, С.Московская, А.Конанчук...

Работы художников «Мира искусства» и группы «Амаравелла» соседствовали с картинами малоизвестных, а то и вовсе неизвестных художников или с работами, выполненными дилетантами. Некоторые современные художники в своих картинах показали очень невысокий уровень содержательности и философского наполнения или и вовсе его отсутствие. Их работам была присуща также тематическая и жанровая невыдержанность. В них присутствовали и бытовые сцены, и абстрактные композиции. Все это создавало впечатление хаотичности, некоего сумбура, делало выставку дисгармоничной в художественном отношении. Совершенно очевидно, что с подобными «произведениями искусства» работы Н.К.Рериха совершенно несовместимы.

Другой момент, вызывающий недоумение, это работа, «открывающая» выставку. Речь идет о рисунке (не картине!) А.Казначеева, 1806 года. «Представленный на ней сюжет,читаем мы в каталоге выставки, – не реалистичен, фоном вполне прозаической хижины служит воображаемый прекрасный град, и вот эта-то иная реальность, лучший мир, который грезится или видится нам за обыденным, и может стать лейтмотивом, в сущности, таких разнородных работ, которые объединила наша выставка». Но как может открывать выставку рисунок малоизвестного художника с фантастическим сюжетом, когда в названии выставки фигурирует имя всемирно известного художника Н.К.Рериха?

Так какая же работа может и должна открывать выставку? Ведь здесь, в собрании произведений Н.К.Рериха, есть прекрасная, правда, одна единственная такого рода, работа Мастера – выполненная темперой картина, обозначенная в каталоге устроителей как «Тибет», № 93 (1943, картон, темпера. 31х46).

Неудачный выбор ведущего произведения выставки указывает в данном случае на непонимание творчества Н.К.Рериха, пронизанное философией Живой Этики, о которой, видимо, устроители имеют весьма смутное представление. Такое странное, граничащее с неуважением отношение руководителей МИ к имени и творческому наследию Рерихов явление не единичное. В очередной раз оно проявилось спустя два месяца после открытия музея на вернисаже выставки А.Визиряко.

«Где пошлость, там отсутствие Света», – писала Е.И.Рерих.

Картины Визиряко, которого здесь ставят в ряд последователей Н.К.Рериха, производят удручающее впечатление. Отсутствие композиционной ясности, вразумительного сюжетного начала делают содержание картин непонятным. Например, так называемая «картина-прозрение» «Золотой век» (1989). В пространстве холста большого формата (примерно 2 м х 1,5 м) на фоне темно-зеленой горы изображено трудноопределимое животное черно-коричневого цвета с прозеленью, бессмысленный взгляд которого направлен на зрителя. В нижней части холста – фигура человека грязно-желтого цвета, склоненная к другому, красному животному. Какое действо при этом происходит, определить невозможно.

Другая его картина «Праматерь», также большого формата. На переднем плане – «лицо» в виде зеленого вытянутого треугольника, оно принадлежит фигуре, которая, вероятно, обозначает «праматерь». Ее мертвенный сверлящий взгляд устремлен в пространство, а к условной «груди» прильнуло опять-таки неопределенного вида животное.

Нет, не Красоту Иных Миров наблюдаем мы в здании на набережной, а явление совсем другого порядка. «Наряду с созданиями Красоты распускается ядовитый цветок безобразия, пишет Л.В.Шапошникова. – Теряются или распадаются эстетические идеалы, форму сменяет бесформие. Космос вновь обращается в Хаос – Хаос форм, чувств, эстетических представлений» [21]. Эти слова известного исследователя творчества Рерихов в полной мере относятся к упомянутым картинам А.Визиряко. В работах этого художника материя мыслеобразов слеплена именно из хаоса безобразия. Странно, что руководители МИ не почувствовали этого очевидного факта и не поняли, что рядом с полотнами Н.К.Рериха и в музее его имени «художества», подобные «картинам» Визиряко, экспонировать непозволительно. Руководители МИ лишь дискредитируют высокое имя Рерихов и творческое наследие великой семьи.

После ознакомления со всеми «художествами» МИ по отношению к Рерихам, их творческому наследию претензия руководителей этой организации на «линию преемственности» с семьей Рерихов выглядит более чем странно. Музей-институт правильнее было бы назвать сторонником и преемником тех, кто уже многие годы выступает против Международного Центра Рерихов, осуществляющего концепцию С.Н.Рериха по развитию общественного Центра-Музея имени Н.К.Рериха и утверждающего в культурном пространстве России и мира новое космическое мировоззрение.

Но тогда возникает вопрос – можно ли считать музеем семьи Рерихов учреждение, которое никак не соответствует этому высокому званию. Тем более его руководителям так и осталось недоступным духовно-нравственное содержание миропонимания Рерихов, изложенного в учении Живой Этики. Между тем это учение было основой их жизни и творчества, научной и культурно-общественной деятельности. Поэтому Рерихи жили и работали по самым высоким духовно-нравственным меркам.

По таким же меркам должен создаваться и работать музей, носящий имя Рерихов. Но если этого нет, как это обнаружилось в случае с Музеем-институтом, то едва ли нравственно оправдано использовать имя Рерихов для прикрытия деятельности, по сути не имеющей ничего общего с учением Живой Этики, которое проповедовала и претворяла в жизнь семья Рерихов. Остается только сожалеть, что Правительство Санкт-Петербурга в марте 2007 года приняло постановление «О создании Санкт-Петербургского государственного учреждения культуры “Музей-институт семьи Рерихов”», поскольку Музея-института, как подлинной культурной организации имени Рерихов, как не существовало, так и не существует.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Митусова Л.С. О прожитом и судьбах близких: I. Воспоминания. СПб.: Рериховский центр СПбГУ; Вышний Волочек: Изд-во «Ирида-прос», 2004. На эту книгу опубликована рецензия Т.И.Чечиной. См.: Чечина Т.И. Не все то золото, что блестит // Защитим имя и наследие Рерихов. М.: МЦР, 2005. Т. 3. С. 948– 956.

[2] Шапошникова Л.В. Великое путешествие. Кн. 1. Мастер. М.: МЦР,2006. Кн. 2. По маршруту Мастера. Ч. 1. М.: МЦР, 1999. Ч. 2. М.: МЦР, 2000. Кн. 3: Вселенная Мастера. М.: МЦР, 2005. Шапошникова Л.В. Град светлый: Новое планетарное мышление и Россия. М.: МЦР, 1999. Шапошникова Л.В. Веления Космоса: Исторический процесс как космическое явление. М.: МЦР, 1996.

[3] Чечина Т.И. Не все то золото, что блестит // Защитим имя и наследие Рерихов. М.: МЦР, 2005. Т. 3. С. 948–956.

[4] Митусова Л.С. О прожитом и судьбах близких: I. Воспоминания. С. 10.

[5] Там же.

[6] Рерих С.Н. Стремиться к Прекрасному. М., МЦР, 1993. С. 109.

[7] Там же. С. 34.

[8] Там же. С. 36.

[9] Там же. С. 138.

[10] Там же. С. 138.

[11] Письмо Ю.Н.Рериха Р.Я.Рудзитису от 6 декабря 1958 г. // Рерих Ю.Н. Письма. М.: МЦР, 2002. Т. 2. С. 326.

[12] Письмо Ю.Н.Рериха С.Н.Рериху от 8 ноября 1958 г. // Рерих Ю.Н. Письма. Т. 2. С. 323–324.

[13] Митусова Л.С. О прожитом и судьбах близких: I. Воспоминания. С. 141.

[14] Письмо С.Н.Рериха Ф. Дж. Джилани от 5 июня 1958 г. // Рерих С.Н. Письма. М.: МЦР, 2005. Т. 2. С. 132.

[15] Митусова Л.С. О прожитом и судьбах близких: I. Воспоминания. С. 141–142.

[16] Письмо С.Н.Рериха П.Ф.Беликову от 19 июня 1973 г. // Рерих С.Н. Письма. Т. 2. С. 324.

[17] Письмо Д.Рани Рерих, С.Н. Рериха П.Ф.Беликову от 30 сентября 1961 г. // Рерих С.Н. Письма. Т. 2. С. 183.

[18] Письмо С.Н.Рериха А.Н.Косыгину от 22 ноября 1979 г. // Рерих С.Н. Письма. Т. 2. С. 359.

[19] Письмо С.Н.Рериха А.Н.Косыгину от 22 ноября 1979 г. // Рерих С.Н. Письма. Т. 2. С. 359.

[20] Письмо С.Н.Рериха Н.А.Тихонову от 11 июня 1981 г. // Рерих С.Н. Письма. Т. 2. С. 363.

[21] Шапошникова Л.В.Тернистый путь Красоты. М.: МЦР, 2001. С.53.

 

Метки: Фролов В.В., Александрова М.С.

ПечатьE-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 174