Круглый стол

Л.В.Шапошникова:

Последний день нашей конференции мы по традиции заверша­ем Круглым столом, на который я возлагаю сегодня большие надеж­ды. И хотя конференция прошла, на мой взгляд, достаточно успеш­но, и каждый из докладов содержал интересные мысли и внес свою лепту в наше общее дело борьбы за имя и наследие Рерихов, я наде­юсь, что свободная дискуссия, которую я буду поощрять, несмотря на то, что у меня список желающих выступить, принесет нам необ­ходимые для дальнейшей работы результаты. Сейчас мы вместе с вами должны хорошо помыслить – как и что у нас пойдет дальше.

У меня есть информация рабочего порядка, которую я хотела бы довести до вашего сведения, чтобы вы в какой-то мере руководство­вались ею при обсуждении наших планов. Дело в том, что когда была объявлена тема этой конференции, она встревожила некото­рых персон, которые испугались, что их, как они выразились, будут ругать на этой конференции. Эти персоны испугались, видимо, не без основания, потому что в течение нескольких предыдущих лет они занимались тем, что порочили и МЦР и, в первую очередь, име­на великих людей. Чтобы не быть голословной, я прочту вам одно письмо, которое было написано человеком испугавшимся. Это Росов. Он направил свое письмо Б.И.Булочнику. Но почему именно ему? Это мне не известно, но я полагаю, что он исходил из того, что Борис Ильич имеет у нас большое влияние. Да, имеет, но по другим вопросам. С разрешения Бориса Ильича я прочту это письмо:

«Уважаемый Борис Ильич! Надеюсь, что Вы и Ваша жена с инте­ресом прочтете «Вестник Ариаварты». Мы начинаем новый проект. Журнал будет выходить два раза в год. Жаль, что с МЦР нет насто­ящего сотрудничества. Неужели на осенней конференции Центра будут ругать, и борьба с инакомыслием будет продолжаться? Во вся­ком случае, этот журнал – наша Бирбалова линия. Все-таки в буду­щем, я уверен, разум восторжествует». Дальше идут общие слова.

Вот это «будут ругать» сразу и насторожило Росова. Надо ска­зать, что то же самое беспокойство одолело людей, которые име­ют отношение к выступлениям и дискуссиям в Интернете. Что же касается Аблеева, о котором мы говорили на конференции доста­точно много и позиция которого, насколько я поняла, не нашла поддержки, я хочу добавить следующее.

Ему, очевидно, стало известно, что готовится рецензия на его диссертацию, и он тоже прислал письмо, я бы сказала, не очень обеспокоенное, но с угрозами. Судите сами:

«Обращаю ваше внимание на необходимость урегулирования противоречий между нормативными положениями Закона об общественном объединении и Устава МЦР – с одной стороны, и существующим положением вещей о членстве МЦР – с другой. Насколько мне известно, де-юре МЦР – общественная организа­ция, основанная на фиксированном членстве; де-факто МЦР является чем-то вроде фонда, не имеющего членства. По крайней мере, на последнем Общем собрании МЦР 1998 г. по важнейшим вопросам голосовали делегаты, не зарегистрированные как члены МЦР. В случае судебного разбирательства любой желающий докажет, что решения этого собрания юридически неправомочны. Таким образом, фактически, организационно-правовой статус МЦР противоречит собственному Уставу».

Тут я должна дать небольшой комментарий: Устав был заре­гистрирован в Минюсте и при этом ничему не противоречил.

«Юридическая практика показывает, что выбранная МЦР организационно-правовая форма – общественная организация – является малоэффективной в смысле устойчивости управления. (Вы чувствуете металл в голосе Аблеева?) Целям и задачам МЦР более соответствует правовой статус фонда или некоммерческо­го партнерства, которые основаны на учредителях (а не на чле­нах), в случае необходимости готовых оказать помощь».

Вот такого рода угроза. Нам не привыкать выслушивать раз­ного рода угрозы, но мне чисто по-человечески очень трудно соотнести это письмо с тем мальчиком – очень вежливым, очень заискивающим, – каким я себе представляла Сережу Аблеева. Но люди меняются, у них появляются новые перспективы. Тем более, что он сейчас работает в колледже МВД и связи у него немного иные в отличие от наших. Поэтому вы должны при­нять к сведению это заявление.

Теперь о проблемах, которые были вынесены на обсуждение докладчиками. Они, на мой взгляд, нуждаются в дальнейшем обдумывании. Какие это проблемы? В первую очередь, это про­блема: кто такие враги и как с ними бороться. Но я бы не употреб­ляла слово «враг», а говорила бы о тех, кто нам противостоит в собственных интересах, и о тех, кто нам мешает работать. Здесь высказывались самые разные мнения. Одни считали, что мы должны проводить только «Бирбалову линию», т.е. работать, работать, работать, и тем убеждать наших недругов в том, что мы это можем. Но убеждать их в этом бессмысленно. Все равно – работаем мы или не работаем, – они останутся такими же, какие есть. Эта проблема – то ли мы нападаем, то ли мы работаем, – поставлена слишком прямолинейно, в плоском виде: или – или. Но ведь можно делать и то, и другое, потому что любое явление в нашем мире диалектич­но: с одной стороны, можно делать так, с другой – можно делать этак. И наше диалектичное поведение должно иметь своей целью найти очень четкий и гибкий позитив в нашей борьбе. Мне бы очень хотелось, чтобы вы поняли, что мы не можем ограничить свой выбор в пользу одних действий, отвергая другие, – как это прозвучало у некоторых докладчиков: или так, или этак – решайте. К этой конференции мы издали сборник «Защитим имя и наследие Рерихов», положив начало нашей разъяснительной деятельности. Мы собрали в нем все необходимые материалы, чтобы люди, в сре­де которых мы существуем и ради которых работаем, знали ситуа­цию. И если в этой книге есть резкие статьи, то те, кто вызвал эти статьи, заслужили их. Нам нужно быть очень четкими и твердыми. Перед вами висит транспарант с высказыванием Елены Ивановны. Оно очень определенное и, с моей точки зрения, не подлежит реви­зии ни с какой стороны. Мы знаем также вполне определенные высказывания Учителей о том, что нужно уметь защищать носите­лей Учения. И если мы постоянно пытаемся найти какой-то выход для спокойной работы, но не для защиты, мы не сможем прийти к плодотворному результату – нас все время будут дергать. Ибо, как я уже говорила, мы с вами находимся сейчас на острие борьбы между Светом и тьмой. Эта борьба имеет место не только в книгах, а здесь, в жизни, в действительности, в реальности. Пожалуйста, осознайте это, придите в сознание, я вас очень прошу, ибо многие у нас в это сознание еще не пришли. Я хотела бы сегодня услышать ваши мне­ния на предмет форм борьбы и оценки этих форм.

Следует коснуться еще одного момента. У нас выступал Алек­сандр Васильевич Иванов, мною очень уважаемый, талантливый исследователь, один из интереснейших философов, который работает в методологии Живой Этики. В своем выступлении он предлагал повернуть Рериховское движение в сторону таких вещей, как борьба за экологию, антивоенное движение. С моей точки зрения, к эффективному участию в таких вещах Рерихов­ское движение еще не готово. Оно слабо и в культурном, и в социальном отношении. Перед нами стоит задача укрепления и той, и другой позиции, после чего мы, наверное, смогли бы результативно в чем-то участвовать. Ведь нужно участвовать там, где мы действительно способны что-то сделать. А там, где мы можем только накричать больших речей – длинных и очень умных, – там, я думаю, обойдутся и без нас.

Это те моменты, на которые я хотела обратить ваше внима­ние. Теперь мы перейдем непосредственно к обсуждению наших проблем. Я надеюсь, что у нас достаточно времени для того, чтобы выслушать всех, кто желает что-то сказать.

Франко Анези, доктор философии, Италия:

Прежде всего я очень хотел бы поблагодарить за то гостепри­имство, которое нам было оказано в этом Центре, занимающем в настоящий момент такую боевую позицию. Хотелось бы внести наш вклад в защиту Учения Живой Этики на основании той практики, которую мы получаем при построении нашей италь­янской Коммуны, и предложить вашему вниманию следующие размышления, которые я назвал «Живая Этика как жизненная система. От отрицания – к искусству жизни».

Труд Елены и Николая Рерих является, в сущности, образцом новой художественной модели для приложения к собственной жизни. Но не эстетической моделью, а совокупностью правил поведения, путем к искусству создавать самих себя. Все их насле­дие – культурное, художественное, научное, философское – является по сути выражением нового способа жизни, где на место общепринятой морали предлагается поставить опыт «живой» этики, каждодневный и настойчивый. Эта новая модель жизни, данная в Живой Этике, действительно переворачивает наше видение общепринятой морали, которую можно определить как историческую структуру установленного поведения, созданную человечеством в процессе своего становления для контроля над каждым индивидом в целях консервации все более и более доми­нирующей социальной системы. А Живая Этика предполагает развитие у каждого индивидуального сознания внутреннего побуждения действовать во имя общего блага. Изучать и знать законы Живой Этики – это значит преобразовывать себя из пас­сивного субъекта жизни, связанного законами собственной кар­мы, в создателя, вдохновляемого своим внутренним божествен­ным «Я», устремленным к Высшей Красоте, Справедливости и Истине.

Хранить и защищать наследие Рерихов может также означать для всех нас понимание того, что Живая Этика обретает свой смысл только через применение, через каждодневное, обыденное и вместе с тем «магическое» действие постоянного преобразова­ния собственной жизни.

Живая Этика – это не только этико-философская система, подобная другим этическим концепциям в истории человеческо­го познания, от Аристотеля и Эразма Роттердамского до Гегеля. Это еще и совокупность высших энергий мыслей, предназначен­ных для радикального изменения человека и общества. Следова­тельно, она имеет особую ценность в настоящий исторический момент перехода к новой эре – эре Водолея.

Для кого же предназначена Живая Этика? – Для всех. Несо­мненно, что эти универсальные наставления с позиций древней мудрости и современного знания обращены к человечеству в целом, не исключаются ни одна жизнь, ни одно сознание. Одна­ко необходимо четко понимать, в каком состоянии находится сейчас коллективное сознание и сколь велика в настоящей эпохе разница между различными ступенями развития (я имею в виду не нации и расы или социальные группы, а отдельные созна­ния).

Мы живем в переходную эпоху необычайно важных преобра­зований, неизбежного и неуклонного процесса разделения созна­ний человечества. С одной стороны, большинство людей живет, думает и трудится, будучи все более ведомыми материалистичес­кими и объективистскими воззрениями, видя смысл своего суще­ствования в достижении социальных благ и комфорта, несмотря на все возрастающие конфликты и насилия. С другой же стороны, в каждой части света появляются люди, которые трудятся во имя утверждения новой модели жизни на основе духовных ценностей, единения, человечности, альтруистической вселенской любви. Все больше становится людей, которые учатся отличать добро от зла, правду от лжи, посвящая свою жизнь духовному возрожде­нию под воздействием сил Иерархии Света. Живая Этика действует как движущая сила внутри тех, кто ощущает в своем созна­нии конец старого мира и мощное стремление к созиданию нового, к построению моста в будущее – здесь и сейчас.

Однако следует отметить, что внутри этой части устремлен­ного в будущее человечества существуют различия. Многие понимают это стремление идеалистически, иначе говоря, при­нимают новый идеал исключительно на ментальном уровне, воображая, что они уже осуществили самую важную часть сво­его предназначения. На самом же деле они остаются как бы «подвешенными» в некоем измерении, в котором идеальное восприятие не соответствует действиям в материальном мире, в обыденной жизни. Такое самосознание рискует разорваться между конкретной, неизменяемой жизнью, управляемой цен­ностями и моделями прошлого, и растущим, хотя и неопреде­ленным, стремлением к высшим идеалам. Этих людей не следу­ет порицать или осуждать, потому что каждому из нас дана свобода воли. Однако полезно распознавать и понимать, что многие из направлений New Age, а также движения, так ска­зать, «пристраивающиеся» к самым корням Живой Этики, име­ют лишь относительную ценность, поскольку их приверженцы без конца декларируют свое стремление к новизне, не произво­дя при этом никакого реального преобразования в жизни и индивида, и общества. Они работают поверхностно, а не глу­бинно. Применение же Живой Этики в нашей повседневной жизни приводит к постепенному очищению наших тел: физи­ческого, астрального и ментального, шаг за шагом отделяя и уничтожая все ненужное и дисгармоничное. Жизнь превраща­ется в самосозидание, в самое настоящее искусство преобразо­вания самих себя через постоянное преодоление того, чем мы являлись прежде, в добровольное отождествление с нашим истинным «я». Это искусство жизни предусматривает осозна­ние психических законов, вдохновение и устремление к преоб­разованию самих себя и окружающего нас мира под руководст­вом божественного начала, заложенного в каждом из нас.

В заключение я хотел бы сказать, что наше Общество, которое постоянно растет и расширяется, в своей каждодневной работе руководствуется новой моделью жизни, данной в Живой Этике. Мы хотим внести этот наш вклад в качестве свидетелей ее поло­жительного влияния. Спасибо всем за внимание.

В.В.Фролов, руководитель группы защиты МЦР:

Я хотел бы напомнить, что все мы переживаем сейчас очень ответственное время. Мне кажется, прежде чем осмысливать и практически действовать в плане защиты имени и наследия Рерихов, нужно осознать, в каком масштабе мы живем и действуем. Мас­штаб наших действий по защите – планетарно-космический. Отсюда, на мой взгляд, вытекает и мера нашей ответственности за то, что мы делаем, которая тоже носит планетарно-космический характер. Над этим, мне кажется, всем нам следует очень глубоко задуматься. К тому, что мы делаем, нам нужно подходить чрезвычайно ответственно.

В русле нашей деятельности по защите имени и наследия я бы выделил три аспекта. Во-первых, аспект внутренней, духовной жизни человека. Он, с моей точки зрения, самый главный, осно­вополагающий, поскольку здесь каждый наедине с собой выраба­тывает отношение к таким священным понятиям, как духовная Иерархия, Единение, Сотрудничество. И выработав свое отно­шение к этим понятиям, он воплощает их в своих практических действиях. Конечно, процесс этот очень сложный, и я его сейчас схематизирую, но суть такова: в зависимости от того, как человек пропустит через свой ум и через свое сердце эти понятия и идеи Рерихов, и проявится его позиция в отношении второго аспекта, – я имею в виду наше Рериховское движение, нашу практическую деятельность, взаимодействие рериховских организаций с МЦР. Одни, – и я надеюсь, что их большинство, – понимают эти священ­ные категории, как понимали их Рерихи и как это дается в Учении Живой Этики. Другие же, замыкая все на своей собственной лич­ности, видят в сотрудничестве не общее дело, а всего лишь воз­можность проявить себя, свое низшее «я». Причем, подобная мотивация далеко не всегда сразу обнаруживает себя, как для окружающих, так и для того, кто привык действовать «во имя свое». Но проходит какое-то время, и люди, с которыми ты рабо­тал, отходят в другое пространство. Это наша болевая точка, и это надо пережить душевно. Думаю, что нам, принявшись за дела после конференции, нужно очень внимательно отнестись к этой проблеме и действовать в соответствии с тем содержанием этих высоких идей и категорий, которое вкладывали в них Рерихи.

И последний аспект – это борьба с нашими внешними против­никами. Я имею в виду Кураева, Росова, Шишкина и им подобных. Эффективность нашей борьбы с этими противниками непосред­ственно зависит от нашего внутреннего состояния, от того, как мы осмысливаем и воплощаем практически эти идеи, эти поня­тия: единение и сотрудничество в охранении имени и наследия Рерихов.

А.В.Стеценко, МЦР:

Людмила Васильевна сегодня поставила перед нами три про­блемы. Мы должны разобраться в том, кто нам противостоит, кто нам мешает и как с этим бороться. Первый вопрос – кто нам про­тивостоит – более или менее ясен. А вот кто нам мешает – это уже сложнее определить. Я хотел бы обратить ваше внимание на то, что в первую очередь мешаем мы сами себе. Те, кто присутст­вовал на нашем собрании в феврале этого года, знают, что Людми­ла Васильевна четко поставила эту проблему. И третий момент: перед тем как бороться, мы должны четко определить свою пози­цию. Одним из аспектов борьбы мы должны считать тезис: «Я отвечаю за все». Когда это «я отвечаю за все» пройдет через наши сердца и сознание, тогда мы получим необходимый фактор обще­ственности в деле защиты и осознании ответственности, тогда мы будем объединены в этой борьбе. Это очень важный момент.

После вчерашнего нашего собрания я много размышлял и пришел к одному удручающему выводу. Я готов им поделиться, пусть даже это будет нелицеприятно. А вывод таков: если мы еще и не превратились в какую-то бюрократическую организа­цию, я имею в виду Совет рериховских организаций, то, во вся­ком случае, стоим на грани этого. Мы ждем, что нам обязатель­но скажут, против кого бороться, как бороться, и что именно заставят нас бороться. Чтобы не быть голословным, приведу пример. Людмила Васильевна затронула в своем выступлении проблему Интернета – она очень остро стоит перед нами. Но ведь эту проблему мы поднимали давно и обсуждали ее очень горячо на нашей летней встрече в Суздале. И какие же выводы мы из этого сделали? Да никаких. Прошло время, кончается год, Интернет разрастается ложью и клеветой, а мы так и не выработали методов борьбы, не определили, кто и как будет этим заниматься, не оговорили способов нашего взаимодейст­вия и т.д. Вот вам один, весьма красноречивый пример, об остальном я уже не говорю.

Следующее. Деятельность группы защиты, которая создана в МЦР, ни в коей мере не подменяет собой работу всех рерихов­ских организаций, и в первую очередь Совета. Почему я об этом говорю? Да потому, что к нам порой приходит материал и при этом нам говорят: «Вы, пожалуйста, подавайте в суд и делайте так-то и так-то», то есть рекомендуют нам, вместо того чтобы делать это самим на местах. Группа защиты наработала много материала – он сейчас опубликован, группа разработала некото­рые методологические вопросы нашей борьбы, и всем этим мож­но активно пользоваться, но не нужно смотреть на группу защи­ты как на коллектив, который единственно будет вести эту борьбу.

Я присоединяюсь к выступлению Виктора Васильевича в том, что мы не прониклись остротой момента. А момент очень серьез­ный. Людмила Васильевна постоянно нам напоминает, что волей судьбы, волей истории мы оказались на острие борьбы между Светом и тьмой. Время, повторяю, очень серьезное. Вчера на совещании прозвучала информация, которая должна насторо­жить и подвигнуть к осознанию ситуации, – Александр Прохорычев сказал о том, что представители некоторых компетентных органов начинают вплотную интересоваться нашей деятельнос­тью. Причем их вопросы носят провокационный характер. Небольшая справка. Вы знаете, что до перестройки в органах Гос­безопасности существовали подразделения, которые занимались религиозными организациями. Потом, в силу определенных исторических событий, они были расформированы, о чем много писали в прессе. Но где-то в 1998 г. это подразделение по работе с деструктивными сектами было создано вновь. Так как нас необос­нованно причисляют к этим организациям, то, естественно, где-то ведется работа в этом направлении. Здесь необходимо чет­ко понимать ситуацию.

И в заключение я хочу внести некоторые предложения. Коор­динационный совет достаточно большой, в нем собраны очень уважаемые люди. Думаю, вы согласитесь, что он должен являться как бы аккумулятором всей нашей борьбы по защите. Представи­тели Совета – это руководители организаций на местах, у каждо­го свой регион. Если каждый прочувствует, что «я отвечаю за все» и, приехав на места и оценив ситуацию, донесет содержание нашего сборника до всех органов местного самоуправления, до всех средств массовой информации, то что-то обязательно изме­нится. Не забывайте один немаловажный момент: существует и действует закон о средствах массовой информации, где четко определено, на что имеет право журналист, что он обязан делать и т.д. Вы же всегда имеете право на опровержение, вы имеете право потребовать от журналиста достоверности выдаваемой им инфор­мации и т.д. Одним словом, здесь нужна активная позиция. Не нужно ждать директивы сверху.

О.А.Лавренова, МЦР:

Дорогие друзья, у меня несколько практических замечаний в продолжение разговора о работе с прессой. Когда выходят на местах разные газетные статейки, в которых фактически переви­раются или просто пересказываются уже обнародованные идеи Шишкина, Росова и Кураева, а вы не можете ответить, потому что не владеете необходимой информацией или же ее недоста­точно в сборнике, пожалуйста, обращайтесь в МЦР за консульта­цией. Но, конечно, не с тем, чтобы мы вас защищали. Мы можем дать вам только необходимую информацию, которую вы сами оформите в статью. Надо каждой клеветнической статье в таких местных газетках противопоставлять действительно обоснован­ные возражения. Все надеются, что ситуация сама собой рассо­сется, и большинство статей остается без достойного ответа, а этого допускать ни в коем случае нельзя. У меня к вам большая просьба присылать в МЦР ваши статьи вместе с теми, на которые вы дае­те опровержение. Нам для сведения это очень нужно.

Что касается Интернета, то хотелось бы обратить ваше внимание на то, что те, кто на нас нападает, более активны, более изобретатель­ны, более тверды в своих позициях. Взять хотя бы ту же дискуссию на страницах журнала «Агни», где выступали люди и в защиту МЦР, но их позиция была какая-то извиняющаяся. То есть все наши сторон­ники не могли ничего сказать в нашу защиту с достаточной твердос­тью, чтобы остановить поток клеветы, который лился и продолжает литься на нас со страниц интернетовских журналов.

И последнее замечание. Во-первых, я очень рада, что Росов при­слал такое письмо, которое свидетельствует если не о страхе, то, по крайней мере, о некотором испытываемом им неудобстве. А во-вторых, хочу отметить, что, конечно же, журнал «Ариаварта» не являет­ся «Бирбаловой линией», потому что именно на его страницах довольно четко проводится линия по внедрению в сознание читате­ля мысли о «геополитических интересах» семьи Рерихов, а также некоторых из довольно известных исторических деятелей россий­ской культуры. Такая политизированность этого журнала, на мой взгляд, никоим образом не может свидетельствовать о том, что жур­нал может претендовать на такой громкий статус, как «Бирбалова линия». Конечно, хотелось бы надеяться, что наши публикации, наши выступления хоть как-то изменят ситуацию. Мы ведь работа­ем для того, чтобы те, кто клевещет на Рерихов, все-таки поняли, что их действия отнюдь не безнаказанны. Конечно, Росову очень не нравится, что его критикуют, но как он сам поступает со статьями Николая Константиновича и с его корреспонденцией? Искажает все до неузнаваемости, но этого не замечает или не хочет замечать.

В.А.Козар, председатель Украинского рериховского общества-отделения МЦР, г. Киев:

Уважаемые друзья, я хотел бы остановиться на такой проблеме, как защита интеллигенции. Наши бывшие союзные республики, получив независимость, попали теперь в зависимость от новых хозяев, нового строя. В наибольшую зависимость – ту, которая оскорбляет человека, – попала интеллигенция. Люди, пережив­шие в свое время репрессии как борцы за культуру и за нацио­нальное возрождение, попали в страшную зависимость, и состо­яние их духа отчетливо проявилось во время проведения акции «Набат совести» и Круглых столов по защите наследия Рериха. Большинство интеллигенции, которая боролась за свое выжива­ние и была поставлена на уровень физического вымирания, пош­ло все-таки на службу новой идеологии, новой церкви, новых духовных академий, и теперь всячески старается отмежеваться от Рериха. Даже такие выдающиеся деятели искусства, как искусст­вовед Степовык, который занимается иконописью, автор многих крупных монографий, утверждает, что Рерих не имеет отношения к национальным культурам, что Рерих изобрел какую-то новую религию (он назвал ее теософской), что Рерих есть человек, не поддающийся анализу, и что Рерих, таким образом, сомнитель­ная личность. Другой выдающийся деятель – поэт Сверстюк, который отсидел 10 лет в лагерях, говорит: «Мы – интеллигенция, шестидесятники, пережили восхищение, изумление творчеством и красотой картин Николая и Святослава Рерихов, теперь переживаем охлаждение из-за того, что Николай Рерих был связан с развед­ками и с какими-то тайными обществами».

Этот срез сознания, который был дан на последних Круглых столах, наводит на мысль, что нам нужно встречаться с такими людьми, говорить им правду и многое давать читать. Они ведь многого не знают, поэтому и верят всем этим клеветническим измышлениям. И то обстоятельство, что они вынуждены в этой ситуации как-то выживать, дает такие результаты. Но среди них есть люди, которые в своем страдании уже прозрели, являя дух противления. Такие, например, как Мокренко, народный артист СССР. Они понимают новую ситуацию и абсолютно сознательно идут на то, чтобы объединять интеллигенцию для защиты, в пер­вую очередь, национальной культуры. Они понимают, что те юридические акты, которые удалось практически провести Нико­лаю Константиновичу по защите национальных культур, надо возрождать, на это надо опираться и защищать наследие Рерихов наряду с защитой национальной культуры.

Я думаю, что это обстоятельство очень важное, оно дается ситуацией и эту ситуацию надо с полной ответственностью использовать и в этом русле действовать.

Г.И.Кальжанова, председатель Тольяттинского отделения МЦР, г. Тольятти:

То, что на Рериховское движение ведется планомерная и очень организованная атака, – это всем ясно, потому что одно и то же повторяется буквально по всем городам и весям. Одни и те же слова, один и тот же настрой. Но мы с вами должны знать, что у нас, оказывается, немало возможностей противостоять всему этому в рамках абсолютно государственной политики, хотя к сло­жившейся ситуации государство тоже весьма причастно.

Расскажу, как это происходит в нашем Обществе. 10 лет мы жили более или менее благополучно. У нас был очень хороший, толерантный, так сказать, мэр. Он нам очень здорово помогал, и против нас не выступала ни одна газета. Как только мэра сменили (он два срока отслужил), сразу же все газеты наполнились перепе­чатками из центральных газет. Естественно, светские газеты пуб­ликуют после этого наши опровержения, правда, пишут при этом не «опровержение», а «резонанс». А вот церковные газеты опроверже­ние не дают, значит, мы будем разбираться с ними через суд. Скоро у нас будет большой и серьезный суд: сразу около 20 человек подали в суд на журналиста, который клевету эту опубликовал.

Мы провели Круглый стол, который назвали «Формирова­ние установок толерантного сознания и профилактика экстре­мизма в российском обществе». Абсолютно все противостоя­щие нам стороны пришли в шок, потому что, оказывается, сам Президент Путин еще в октябре 1999 г., а потом и Матвеенко, Председатель Правительства Российской Федерации, уже в декабре 1999 г. выступили с предложением о разработке межве­домственной программы «Основы формирования установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в рос­сийском обществе».

Начали мы свой Круглый стол с того, что сказали, что Рерих еще в 1932 г. писал о необходимости пробуждения вечного, как мир, толерантного сознания. «Стары напоминания о нетерпимо­сти, как первые страницы Заветов, но невнимание к ним делает их новыми, точно бы сложенными на день завтрашний. Как немного усилий требуется, чтобы это завтра оказалось сияющим многими движениями, возможными при сердечном сотрудничест­ве». Эта идея толерантности, то есть терпимости к чужому мне­нию и верованию, рассматривалась Рерихами как естественное свойство самой жизни. А задачей строителей нового общества считалось пробуждение этого естества. И теперь идеи пробужде­ния толерантного сознания получили, наконец, государственное признание в нашей стране. Журналисты, которых мы пригласили на наш Круглый стол, были просто в шоке. Получается, что они выступают против правительственной программы. Эта целевая правительственная программа, на которую отпущено 400 милли­онов рублей, была принята 25 августа 2001 г. И теперь у нас есть возможность и защищаться, каждым пунктом ее прикрываясь очень мощно, очень серьезно, – ведь все идет на государственном уровне; есть возможность даже принять участие в разработке каких-то методик, каких-то подпрограмм. Рассчитана эта програм­ма на 4 года, 2001 год идет как информационный.

Еще следует сказать о том, что все это основано на сотруд­ничестве с ЮНЕСКО и с ООН, которая проводит программу 10-летия культуры мира. В этой программе содержится деклара­ция о правах человека, декларация терпимости, которая дает очень мощное определение понятия терпимости, переводя его из сферы личностных и общественных на уровень государственных взаимоотношений. В этой программе уже заложено проведение конфессиональных диалогов. Программа очень интересная. Она нам очень здорово помогла остановить этот поток брани. И сами газеты как-то стали меняться.

С.Ю.Ключников, г. Москва:

Как здесь уже говорилось, в вопросах защиты нужно разгра­ничить два уровня: внешний и внутренний. Внешний уровень защиты Учения – это прежде всего правовой аспект. Не секрет, что на местах очень часто совершаются различные запретитель­ные действия. У всех нас есть очень слабое место – недостаточ­ное знание собственных прав с юридическо-правовой точки зре­ния. Мне кажется, что этот вопрос нужно усилить. Об этом, кстати, писала Елена Ивановна Рерих во время судебного про­цесса с Хоршем. Может быть, следует разработать некий доку­мент, в котором говорилось бы о наших правах с юридической точки зрения, и разослать его по местам.

Второй аспект внешней защиты связан с нападками в СМИ и с нашим умением их отражать. Это очень серьезный вопрос, он требует специальной подготовки. Иногда недостаточно даже хоро­шо знать Учение, а нужно уметь грамотно вести себя с журналистами, которые пользуются совершенно конкретными определен­ными приемами и на этом поле переигрывают. Мы, например, можем здесь очень хлестко критиковать Кураева, но завтра он выйдет на телеэкран и будет вещать на многомиллионную аудиторию. У нас же таких выходов, увы, нет. Мне кажется, нужно учить­ся этому искусству и постепенно завоевывать позиции в средствах массовой информации. Думается, что было бы целесообразно либо при группе защиты, либо отдельно создать некий семинар по вопросам взаимодействия со СМИ, по подготовке публицис­тов и лекторов.

На тему наших внутренних врагов я уже говорил, и другие товарищи тоже не раз подчеркивали, что многое – в нас самих. Здесь тоже два аспекта. Первый – повышение уровня образован­ности представителей Рериховского движения, а второй связан с самовоспитанием. Вот об этом, как мне кажется, мы не очень много говорим, а между тем это важнейший пласт Учения. Елена Ивановна Рерих постоянно напоминала, что главное – это бес­пощадная борьба с самим собой. Во всех томах Учения можно найти колоссальное количество материала, посвященного именно этой сфере человеческого духа. Если бы бóльший акцент был сде­лан на усилении внутренней работы человека над собой, то, может быть, мы не имели бы столь серьезных проблем в этой области, как сейчас. То же самое касается вопроса, связанного с повыше­нием уровня образования. Может быть, было бы целесообразно создать нечто вроде университета знаний или школы Живой Этики, в которой решались бы эти задачи. Предлагаю эти вопросы рассмотреть, продумать и вынести решение, которое усилило бы нашу защищенность как внутри, так и вовне.

Ю.А.Салычев, г. Пенза:

Я хотел бы обсудить уже затронутый вопрос «Бирбаловой линии» и действий в жизни. Это касается прежде всего выступле­ний Сергея Юрьевича Ключникова и доктора философии Ивано­ва из Барнаула. На мой взгляд, от этих проблем вхождения в жизнь мы никуда не уйдем, но крайности здесь не приемлемы. Ни полный уход в политику, ни абсолютное отгораживание от мира – это не выход. Выход в дуальности. Пример нам оставил Н.К.Рерих. Ведь он действовал в поле культуры, но он никогда не уходил от жизни. Если взять из его «Листов дневника» такие, к примеру, публикации, как «Равнодушные» или «Молчать нель­зя», то мы увидим, что он откликался буквально на все события в мире, но действовал через призму культуры, видя в этом противо­борство Света и тьмы. Я думаю, этот подход будет более правиль­ным. Он позволит нам использовать какие-то нереализованные возможности в обществе.

Еще хотел бы несколько слов сказать по поводу вчерашнего предложения, касающегося гражданского форума. Форум будет проходить на очень высоком уровне. На нем будут выноситься такие вопросы, как гражданский контроль, общественная экс­пертиза нормотворческой деятельности государства и государст­венных решений, затрагивающих интересы граждан, и расшире­ние правовых основ. Будет приниматься декларация создания гражданского общества России и, в частности, будет поднимать­ся вопрос о слабой, зависимой судебной власти, защищающей корпоративные интересы силовых структур и органов исполни­тельной власти, а не закон, государственные интересы, общест­венные институты, права и свободы граждан. По окончании форума планируется создание Палаты гражданских союзов Рос­сии или Гражданского Совета, который будет функционировать при Правительстве. Подобное движение сейчас началось, навер­ное, по всей России, в частности у нас в Пензе в этом году про­шло несколько таких мероприятий, когда Правительство пригла­шало общественные организации вместе со СМИ. Мы обсуждали вопросы, связанные с созданием Палаты или Гражданского Сове­та при Законодательном Собрании и при Правительстве области. Этот момент очень важный, его нельзя упускать. Участие в Граж­данском Совете позволило бы нам влиять на общественные про­цессы с позиций Культуры. Тем более что сейчас в пространстве культуры как бы вызревает свой закон. Мне кажется, что принятие Декларации прав культуры и Декларации построения граждан­ского общества могут дать нам большие возможности.

Т.И.Чечина, г. Тверь:

Для нашего общества очень актуальна проблема взаимоот­ношений рериховских организаций и Православной Церкви. Вы помните, эта тема очень сильно прозвучала у нас на встрече в феврале и на протяжении всего последующего периода про­должала нас тревожить. И вот какие мы сделали выводы. Сего­дня для нас столкнуться в диалоге с Православной Церковью на таком уровне, как архиепископ – это, конечно, достаточно серьезно. Но, ощутив в феврале сильную поддержку нашего форума, мы обрели смелость в своих действиях. И вот что полу­чилось. Конечно, церковники не остановились и не остановят­ся в своих выступлениях. Они продолжают клеветать, но уже только в своих газетах. А те газеты, которые относятся к госу­дарственным средствам массовой информации, стали эту кле­вету останавливать. Но поскольку со стороны Церкви продолжает идти самая разнообразная информация, в том числе резолюция их Международного форума в Нижнем Новгороде, которая была распространена в разных организациях и учреждениях, мы готовились к наступающему сезону, к сентябрю, с таким тревожным, по правде говоря, ожиданием: как нас сейчас будут воспринимать в культурном пространстве нашего города, где мы давно работаем и уже установили многие связи. И вот с чем мы встретились: ничего такого страшного не произошло. Мы продолжаем работать и сотрудничать с отделом культуры, и даже городская администрация буквально неделю назад при­гласила рериховскую организацию на большую встречу обще­ственности, которая была посвящена проблеме патриотическо­го воспитания молодежи.

Поэтому я хочу вам сказать, что, во-первых, давайте будем продолжать так же активно поддерживать друг друга – это боль­шое для нас вдохновение там, вдали от Международного Центра Рерихов, и, во-вторых, давайте будем создавать подобные формы совместной работы на местах, то есть приезжать друг к другу. Мы уже пытались провести расширенный Круглый стол в нашем городе, но, к сожалению, не смогли собрать представителей Международного Центра Рерихов или Координационного Сове­та рериховских организаций, поскольку все очень заняты. Я думаю, что эта форма на местах будет очень результативна – нуж­но, чтобы на наши акции обязательно приезжали представители других городов, чтобы люди ощущали, что нас много.

Л.А.Токмакова, г. Красноярск:

Я хотела бы сказать об усилении вмешательства государствен­ных органов в деятельность рериховских организаций. У нас по Красноярску и по краю прошли массированные десанты по администрациям всех районов многих городов, где с представителями ведомств культуры и образования проводились беседы о том, как следует относиться к тоталитарным сектам, и в частнос­ти к рериховским организациям. Помимо этого были выпущены сборники по тоталитарным сектам, где давались определенные разъяснения, как вести себя с ними. Кроме того, мы сейчас под­вергаемся более серьезным проверкам, чем раньше, со стороны и налоговых инспекций, и органов, регистрирующих организации. Мне удалось поговорить с одним чиновником, который открыто заявил, что имеются циркулярные письма, разосланные в адми­нистрации и содержащие рекомендации, как вести себя в отно­шении рериховцев на местах.

По поводу «Набата совести». Я не буду повторяться о Круглых столах, о других уже названных здесь мероприятиях, которые проводятся, проводились и будут проводиться, но хочу сказать о новом, для нас, во всяком случае, деле. Мы от имени кузбасской, абаканской и сибирских организаций написали письма на анг­лийском и на русском языках директорам музеев и галерей по все­му миру. Пока ответа мы не получили, но надеемся, что какой-то резонанс будет и, возможно, это принесет какую-то пользу и в борь­бе МЦР. Может быть, в связи со Страсбургским судом, который состоится в будущем, это тоже сыграет свою роль.

И в заключение мне хотелось бы поблагодарить за ту прекрас­ную выставку, которая была организована к конференции, за тот бесценный дар, который был преподнесен Музею неизвестным дарителем. От всего сердца большое ему спасибо.

В.А.Владимиров, г. Прокопьевск:

Я хотел бы остановиться на том факте, что одни организации нападают на Рериховское движение, а другие вроде и пропаган­дируют его, но пропагандируют настолько фанатично, что также мешают Рериховскому движению. Речь идет о нескольких орга­низациях: это Восточное рериховское общество «Урусвати», это новая организация «Лига Розы Мира» и еще несколько им подоб­ных. Их деятельность заключается в том, что они фанатично предлагают свои услуги, листовки разбрасывают. Например, по почтовым ящикам разложили листовки о том, что необходимо уничтожать животных, ссылаясь при этом на Елену Ивановну, а также о том, что руководители рериховских организаций не долж­ны работать, а они вынуждены зарабатывать себе на хлеб, не имея возможности заниматься тем, к чему призваны. И все в таком роде. С нашей стороны отпор, конечно, был и вот какой. Мы провели работу с администрациями, с управлениями культуры, образования, причем предварительную.

Второе. На вчерашней встрече прозвучало выступление Иванова, который подверг сомнению книги «Грани Агни Йоги». Мне хотелось бы напомнить, что все это подтверждено Еленой Ивановной, и каждый должен сделать вывод сам.

А.В.Антонов-Овсеенко, Лига защиты Культуры, г. Москва:

Я по натуре оптимист и очень надеюсь, что не пройдет и нескольких лет и в Москве на видном месте на площади появится памятник Николаю Рериху – Учителю человечества. Я был в фев­рале у главы Правительства Москвы, выложил целый ряд фото­графий и сказал, что я, москвич, не представляю себе родного города без этих памятников. И на первом месте – памятник Николаю Рериху. Тогда прикусят язык недоброжелатели и клевет­ники, которые до сих пор никак не уймутся. Вот в этом смысле я оптимист. Итак, на первом месте – памятник Рериху, и это было одобрено. Дальше идут: Шаляпин, Стасов, Морозов, Мамонтов, Кропоткин. Я надеюсь, что все представляющие здесь общест­венность разных городов будут всемерно этому способствовать, и в печати, и в частных беседах, и в публичных выступлениях эту идею поддерживать. А доброжелательное отношение Правитель­ства, как я сказал вначале, уже имеется.

Л.В.Шапошникова:

Я думаю, что доброжелательность Правительства – это еще далеко не памятник, но будем надеяться.

Е.С.Кулакова, г. Новокузнецк:

Я хотела бы кратко рассказать о деятельности Лунева в нашем городе. По приглашению директора Художественного музея луневцы прибыли к нам в июне месяце с выставкой фотографий. Дело в том, что директор музея видела эту выставку зимой в Томске, та ей понравилась, и она, не вникая в суть, пригласила их. Но перед тем как они прибыли в город, из Тюменского рериховского обще­ства по линии Управления культуры по факсу передали нам письмо с названием: «Осторожно, тоталитарная секта!», в котором речь шла о Луневе. Это письмо очень нам помогло – наша админист­рация обычно больше верит официальным бумагам. Когда они приехали, директор музея, уже зная, с кем имеет дело, им отказа­ла. Они отправились в краеведческий музей, но после того как я показала там письмо тюменцев, им и там отказали, хотя у них уже была развешена вся экспозиция. Но они не успокоились, нашли галерею «Узоры» и разместили там свою экспозицию, развесили по городу афиши. Я вновь пошла к директору, в итоге та тоже отка­зывается от них и просит их оставить наш город. Но они сказали, что не уедут, поскольку должны выполнить здесь свою «миссию». После этого они отправились в администрацию, заходили бук­вально в каждый кабинет и говорили: «Ваше подлое рериховское общество вставляет нам палки в колеса». И говорили не только конкретно о нашем обществе, а вообще о Рериховском движе­нии, что это очень вредное направление и что с ним не нужно иметь дела. После этого они отправились в ФСБ и заявили на меня и на наше общество, посоветовав поставить нас на учет, поскольку мы можем совершить террористический акт. Эту информацию мы получили от пресс-секретаря Городского Собрания, к которой они тоже ходили и которой сказали, что МЦР вообще не сущест­вует. Но она ответила: «Как не существует, когда только выставка в городе прошла?» и достала заключение научной и юридической экспертизы, которое мы в феврале привезли из МЦР Они не ожидали такого поворота, и им нечего было сказать на это. Тем не менее, они обошли все, что можно было, в городе, и добились помещения, но уже не в центре, а на окраине. Там они провели свою выставку, где-то полторы недели продержались. Людей на этой выставке было очень мало. В конце концов они уехали, совершив свою, как они сказали, «эволюционную деятельность».

Я хочу сказать, что когда такое случается, нужно немедленно реагировать, нужно ходить по организациям, нужно разъяснять. Эта наша работа по разоблачению луневцев как бы больше на нас сыграла, в том смысле, что администрация почувствовала кто есть кто, где есть истина и где наоборот.

Марга Куцарова, председатель Болгарского общества Рерихов, г. София:

У меня конкретное предложение, которое отчасти здесь уже прозвучало. Я хочу поддержать тех выступавших, которые говори­ли о необходимости работы с прессой. Нужно действительно обра­тить особое внимание на работу с прессой и подходить к контактам с журналистами индивидуально, нужно чувствовать, где журна­лист на соответствующем интеллектуальном и духовном уровне, ибо очень многие из них далеко не на том уровне; нужно создавать постоянные связи, предоставлять журналистам материалы – они за это, как правило, благодарны. Когда есть нужда, можно привле­кать тех журналистов, с которыми налажены хорошие связи.

И еще одно наше предложение. Нам кажется, что нужно про­должать создавать общественное мнение по поводу защиты прав МЦР, защиты воли Святослава Рериха о передаче картин Цент­ру-Музею. Несмотря на то, что, может быть, дело дойдет до суда в Страсбурге, мы думаем, следует продолжать создавать обществен­ное мнение. Нам кажется, что нужно привлекать к постоянному сотрудничеству широкий круг интеллигенции, которой созвучны идеи Николая Рериха о культуре. Мы осознаем, что это очень труд­но, но думаем, что непременно нужно идти к этому, но не в форме спорадических писем и акций, но на постоянном каком-то уров­не.

М.Н.Чирятьев, председатель Санкт-Петербургского отделения МЦР, г. Санкт-Петербург:

Многие мировые организации, политические и культурные, когда у них начинаются какие-то внутренние проблемы, ищут внешнего врага, а порой и создают его. Иногда в поисках этого врага используют даже бомбы, оружие, не докопавшись до исти­ны. Мы сейчас наблюдаем именно такой трагический процесс. Рериховскому движению не нужно создавать внешнего врага – он сам появляется. Появляется, как черт из коробочки: везде выскакивает и сам кричит о себе громче всего. Мне хочется пере­вести разговор в несколько иную плоскость, вернуться к тому, о чем уже говорил здесь Сергей Юрьевич Ключников. Страшен не столько этот внешний враг, сколько внутренний: наша собствен­ная неготовность, наша собственная вялость. Ведь дело в том, что очень многие рериховские организации, а также отдельные так называемые защитники Рериховского движения, защитники наших идей, защитники МЦР делают это настолько неуклюже, бескультурно, что, право же, лучше бы не было такого рода защитников, ибо при этом они профанируют саму идею Рерихов­ского движения. Получается, что культуру нужно защитить прежде всего от нашего бескультурья. Такого рода защитники не имеют, в общем-то, сформировавшейся личности, они, как сомнамбулы, плывут в каком-то полусне, обросшие догмами и предрассудка­ми, и пытаются еще в качестве своего оправдания притянуть цитаты из Учения, ссылаются на действительно героическую, полную самоотверженности жизнь семьи Рерихов.

Мне кажется, в защите наших ценностей нужно проявить больше творчества – самобытного, неожиданного, яркого твор­чества. Нужно менять наши методы, использовать тактику Адвер­за: в гротескном виде цитируя наших врагов, неприятелей или тех, кто, может быть, просто заблуждается и не понимает этого, давать понять остальным людям, что «короли-то голые», что они сами себя разоблачают такими подходами.

Мне хочется пожелать Рериховскому движению, чтобы внут­ренняя работа, творческая, культурная работа, которая ведется в каждом обществе, была той основой, через которую можно бы было проявлять публичные внешние действия, в том числе по защите. Без творческого труда, без понимания, что вы делаете общее дело и потому нужно многим личным пренебречь, а прини­мать решения всегда коллегиально, посоветовавшись с лидером организации, если он пользуется авторитетом, – без всего этого вряд ли можно рассчитывать на успех в каких-либо акциях по защите.

В заключение мне хочется процитировать А.С.Пушкина: «Жизнь без работы – воровство, жизнь без культуры – варварст­во».

М.Р.Озолиня, председатель Латвийского отделения МЦР, г. Рига:

Благодарим своих врагов, к последнему позвавших бою...

Мы собрались с вами, как всегда, к нашему родному магниту, к нашему мощному фокусу – МЦР, который возглавляет Людми­ла Васильевна Шапошникова, где, как всегда, очень актуально поставлен вопрос ребром. Мы ехали сюда, везя свою боль, везя свой опыт, малый или великий, наших сражений – удачных или не очень удачных, наших выводов, ехали в ожидании нашего обмена мнениями. Здесь уже так много сказано и так много именно того, что я тоже хотела бы сказать. Я благодарю Виктора Васильевича Фролова и Александра Витальевича Стеценко – они это очень четко сформулировали.

Сейчас же я хотела бы рассказать о том, как бывшие друзья и единомышленники ныне выступают в роли наших противников. Целый список их Людмила Васильевна уже зачитала. Тот же Аблеев, лица которого я даже вспомнить не могу, но летом писала ему также письмо в защиту МЦР и Людмилы Васильевны. У нас в Латвии имеется свой образчик из этого списка. Это человек, который давно знаком с Живой Этикой, но, очевидно, так и не проникся. Это Айвар Гарда – человек, который печатает книги, коммерсант, имеет два своих магазина в центре Риги, над кото­рыми развевается Знамя Мира. Имя его в МЦР до сих пор еще не забыто – в свое время он был здесь коммерческим директором. Так вот господин Гарда пожил здесь немного в свое удовольствие, а Людмила Васильевна взяла да и выбросила его отсюда. Он это запомнил настолько, что стал гадить и все эти годы гадил, имя Людмилы Васильевны достаточно нелицеприятно пытался навязать людям. Теперь несколько фактов. В конце декабря 1999 г. в университетской газете появляется статья «Латвия на пороге нового столетия», где на две огромные страницы под флагом Живой Этики г-н Гарда пытается уговорить выпроводить из Лат­вии 700 тысяч русских, называя их колонизаторами, и деколони­зировать Латвию, на что наше Отделение, конечно, среагировало моментально. Мы написали три письма, коротких, но достаточно содержательных, в три организации. Ректору Академии культуры, где Гарда пытался преподавать курс по Живой Этике, ректору Университета латвийского и редактору университетской газеты – с протестом, что личные интерпретации г-на Гарды никак нельзя поставить рядом со светлым Учением Учителей. Мы не забыли упомянуть его магазины, где наравне с трудами Николая Констан­тиновича и Елены Ивановны предлагаются книги по гаданию, черной магии и прочее. Результат был таков: его выпроводили из Академии культуры, ректор Университета вызвал редактора газе­ты и задал тому выволочку: в чем дело, почему у нас такие статьи появляются. Одним словом, удалось его заблокировать. Он настолько рассердился на нас, что даже пытался вызвать меня через подставных лиц на объяснения. Я на это не пошла. Тогда он делает следующий шаг. Будучи богатым человеком, он объявляет среди старшеклассников и студентов конкурс сочинений на тему: «Путь в Новый Мир, или истинный национализм и подлинная культура – единственный гарант выживания и развития латыш­ского народа». Первая премия – 100 латов (это больше 200 долла­ров), вторая премия – 50, третья – 25. Он собирает достаточно большое количество сочинений от радикально настроенной молодежи, потом издает их книгой и эту книгу отправляет Пре­зиденту и Премьер-министру Латвии, продает ее, сея смуту и сталкивая лбами латышское и русское население. В ответ на это поднимается русскоязычная пресса. Мы выступили в печати, а так­же предприняли целый ряд конкретных шагов. И когда вернемся с конференции, мы будем писать Президенту открытое письмо.

Закончить хотела бы следующим. У всех тех, кто выпал из рядов сотрудников МЦР, дальнейшая судьба складывается достаточно однотипно. И поэтому не дай Бог тем, кто сейчас сидит в этом зале, выйти за его порог, с тем чтобы завтра стать противниками МЦР и Людмилы Васильевны. Совесть, верность и надежность в бою – это единственный щит, который мы в нашем воинстве должны сейчас доблестно сохранять.

Ш.А.Амонашвили, почетный академик Российской академии образования:

От кого нам защищать Учение? Конечно, людей, нападающих на него, очень много, и нам надо быть постоянно готовыми отра­жать эти нападки. Но есть еще внутренняя совесть, внутренняя культура. Об этом уже говорилось, но я еще раз хотел подчеркнуть, что от нас самих тоже надо защищать Учение. От нашего невеже­ства, неосторожности, излишней доверчивости и поверхностного чтения. Многие пытаются Учение подстроить под себя, вместо того чтобы свою личность оценивать через Учение. Дальше я хочу пуститься в самоанализ. Я ведь говорю сейчас не обо всех, а в пер­вую очередь о самом себе. Я искал возможности высказаться по поводу своих поспешных деяний, и лучшей возможности, чем сделать это здесь и сейчас, я не найду.

Первый случай, который вверг меня в заблуждение, и я чуть было не навредил этому великому Учению. Это было в Иркутске. После семинара ко мне подходят люди, как всегда, просят что-то написать, дать автограф, и кто-то еще просит, чтобы я написал свой отзыв по поводу некой организации, чья деятельность свя­зана с Рерихами. Так как я с восторгом отношусь ко всему, что связано с Рерихами, то я и написал: «Желаю вам успехов!» Проходит время, мне показывают брошюрку, изданную в защиту идей Виссариона, и там эта цитата помещается как мое высказы­вание в пользу его идей. Вот почему я говорю, что Учение нужно защищать от нашей поспешности, излишней доверчивости... Такое со мной случается. А с вами? Учение не будет защищено, если мы сами будем так неосторожны.

Второй случай. Мне передают книгу в этом здании, в МЦР, – а это здание для меня, как храм, – и просят дать на нее отзыв, говорят при этом, что автор сама просила. И так как это связано опять-таки с этим пространством, с великими именами, я с лег­кой рукой написал положительный отзыв на книгу. Книга изда­ется, в ней печатается мой отзыв, и все узнают, что я хвалю труды Дмитриевой. Потом я очень внимательно прочитал эти книги. Может быть, там и есть кое-что ценное, я не отрицаю этого, но я увидел там множество поспешных выводов, незрелых взглядов и дилетантских оценок. Опять-таки – от кого надо защищать Уче­ние? От нас самих. Я благодарен Людмиле Васильевне, что она так терпимо отнеслась ко всему этому и даже успокаивала меня: «Ну, ничего-ничего, бывает такое».

Перед нами изумительное высказывание С.Н.Рериха: «Защи­щайте Центр Рерихов. Помогайте его сотрудникам. Не позволяй­те никому мешать его работе». От кого же еще мы должны услы­шать слова о том, чтобы мы помогали Центру Рерихов? Незави­симо от того, кто возглавляет, – а возглавляет человек достойный – независимо от того, кто трудится здесь, мы должны защищать этот Центр, который есть символ нашей рериховской совести.

Сейчас в нашем Издательском доме, который, как вы знаете, выпускает «Антологию гуманной педагогики», готовится к изда­нию еще один прекрасный том работ Николая Рериха. В Москов­ском педагогическом университете, где я работаю, в этом году объявили 10 премий по гуманной педагогике. В очень торжест­венной обстановке сам ректор на Учебном Совете передавал сту­дентам и аспирантам эти премии. И доклады были прекрасные. В каждом докладе звучало имя Рерихов. Мы могли бы очень много сделать с помощью нашей молодежи, и, я думаю, именно этими путями имя Рерихов и Центр-Музей будут защищены.

Л.В.Шапошникова:

Я прошу несколько минут. Я только что получила извещение из Министерства юстиции, которое намеревается проверить МЦР. Значит, и Страсбург, и уголовное дело сыграли свою роль. Можно поздравить наших чиновников с оперативностью. Вот, пожалуй­ста, к вопросу о защите.

Воцарилось тягостное молчание. Осмысливаете? Дело в том, что когда мы судились с Черномырдиным за усадьбу, чей интерес, опять же, представляло Министерство культуры? Нас дважды в течение полутора месяцев проверяла Налоговая инспекция и аре­стовывала наш счет перед проверкой. Но мы тогда заявили, что отказываемся от проверки, пока они не снимут ареста. Они сняли, и тогда мы сказали, что к документам допускаем. Теперь начинается все сначала. Снова мы, как говорится, в такой совершенно фронтовой обстановке. Я всех вас с этим поздравляю.

Н.В.Тютюгина, искусствовед, г. Уфа:

Я хотела бы отметить два момента, которые непосредственно относятся к выступлению Валерия Павловича Ануфриева из Ека­теринбурга.

Первый – относительно исследований, которые проводят в Екатеринбурге. На мой взгляд, эти исследования уникальны. Насколько я знаю, это единственные люди, которые работают по методике Кирлиан в области исследования воздействия изобра­зительного искусства на человека. Но есть еще другой момент. Ведь фактически идет исследование психической энергии. Вопрос очень тонкий, очень сложный, методики не разработаны. Эту проблему нужно продолжать изучать. И опять же встает вопрос о сотрудничестве. Здесь невозможно сделать все только силами физиков. Без опыта людей искусства вам не обойтись. Я двумя руками поддерживаю эту работу, но полагаю, что исследования нужно проводить совместными усилиями и не торопиться со ско­роспелыми выводами. Потому что все мы очень индивидуальны. И еще: не следует сбрасывать со счетов и установку, и влияние оператора, который участвует в этом процессе.

Второй момент, который я хотела бы отметить, – это проблема, которую поднял Валерий Павлович и Елена Ильинична в своей статье, проблема самарских компьютерных копий. Я выскажу свое личное мнение. Я постоянно пользуюсь научной информа­цией – информацией редкой, уникальной, интересной, которую издает Самарский Центр. Но когда появились эти копии, у меня внутри все запротестовало. Это мое личное ощущение, но первое, что я вспомнила – это повесть Н.К.Рериха «Пламя», где он рассказывает о том, что, показав вторично после ложной инфор­мации о сгоревшей коллекции картин свои подлинники, он столкнулся с тем, что люди их не восприняли. Я чувствую в этом процессе внедрения самарских копий в экспозиционное прост­ранство очень тонкий, очень изощренный подход и влияние на аудиторию. Мне хотелось бы, чтобы эта проблема была обсужде­на и, может быть, вынесено было бы какое-нибудь решение.

О.А.Уроженко, Вице-президент Уральского отделения Лиги защи­ты Культуры, г. Екатеринбург:

На этот раз я буду достаточно краткой. Свое отношение к про­блеме защиты я выразила в своем докладе, где речь шла и о про­блеме межличностных отношений, и о проблеме внутреннего человека, которые очень важны в деле защиты. А здесь мне хоте­лось бы поддержать Михаила Николаевича Чирятьева в пафосе творческих, ярких, неожиданных акций, связанных с защитой. Когда я прочла «Листы дневника» Николая Константиновича и предисловие к ним, я узнала о том, что регулярно, 2–3 раза в неделю, Николай Константинович во время стояния на плато Чантанг посылал то письма, то телеграммы, то требования, то пакеты, то записки, каждый раз находя повод утвердить экспе­дицию, утвердить ее право на жизнь. Это какая же изобретатель­ность! – Я именно это слово употреблю. Какое удивительное умение работать, быть сосредоточенным! Ибо экспедиция защи­щалась, сопротивлялась тем, что все время говорила: она жива. Николай Константинович в своем путевом дневнике писал: «Мы завалим тибетских чиновников требованиями». Это «завалим» – очень мощное выражение. И мне кажется, что яркие, неожидан­ные, наполненные подлинным культурным творчеством акции очень нужны.

Не могу сказать, что то, что я сейчас предложу, будет самым ярким и самым неожиданным, но, на мой взгляд, все-таки заслу­живающим внимания. Недавно у нас в университете прошла «Международная плакатная акция», которая, к сожалению, имела скандальный характер. Проходила она под эгидой Соросовского Института «Открытое общество», отсюда соответственно и ее окрашенность. Однако когда я ознакомилась с этой выставкой, я подумала о том, какая это могла бы быть действенная вещь – международная плакатная акция в защиту имени Рерихов. Выстав­ка из плакатов, которая могла бы пройти по городам и служить основой для соответствующей работы во время ее проведения.

Еще одно. Нужно формировать и в себе (это я к себе прежде всего отношу), и в своем окружении умение посмотреть на про­блемы с неожиданной стороны. Недавно в Комитете по делам молодежи, куда меня пригласили, я писала рецензии на досуговые развлекательные программы. Сбросить свою лишнюю энер­гию – вот какова их цель. Я нашла у Петрова-Водкина слова: «Забавлять, то есть усыплять тайну в душе другого, а не освещать путь к ней». Такой неожиданный путь к пониманию того, что такое «забавлять», что такое «досуг», открыл и мне, и другим, в процессе работы совершенно неожиданный поворот. Я призы­ваю всех не бояться необычного, неожиданного, поверять его своим опытом и творить.

Э.П.Чистякова, г. Днепропетровск:

Дорогие друзья, когда на нашей встрече в феврале я рассказала о том, какое у нас в городе отношение к имени Рериха, нам была оказана большая помощь Международным Советом рериховских организаций. В апреле проходила Всеукраинская конференция рериховских организаций «Защитим имя и наследие Рерихов, МЦР и общественное Рериховское движение», которая упредила многие вещи. Так, в нашем городе готовилась конференция по тотали­тарным сектам, в Резолюцию которой хотели включить и рериховские организации. Документы, принятые на Всеукраинской конференции, помогли изменить ситуацию. И хотя конференция по тоталитарным сектам продолжает готовиться (по нашей прось­бе перенесены ее сроки – мы просим подождать, когда пройдет конференция Международного Центра Рерихов), но отношение к нам сейчас уже совершенно другое. Тем более что мы познакоми­ли организаторов этой конференции с заключениями эксперти­зы деятельности МЦР.

Я бы хотела сказать еще по дому Блаватской. Этот дом чуть было не перешел к другой организации – «Ориону М». Благодаря сотрудничеству с Киевским отделением МЦР и нашим Украин­ским обществом нам удалось этот дом отстоять. У нас уже есть решение Министерства образования Украины о том, что собст­венник, – а собственником является Министерство образования, – не возражает передать этот дом на баланс Исторического музея для организации там музея Блаватской.

Теперь о самарских копиях. После проведения в прошлом году выставки подлинных картин из коллекции МЦР у нас в городе вот уже целый год находится выставка компьютерных копий кар­тин Николая Рериха. Там проводит экскурсии небезызвестная Р.В.Чапаева. Ее хорошо знают и в Международной Лиге защиты Культуры – она сейчас пытается организовать днепропетровское отделение Лиги. На своих экскурсиях она задает такие подстре­кательские вопросы: «Вот МЦР пишет, что компьютерные копии вызывают головные, сердечные боли и т.д.» Зрители тогда начи­нают говорить: «Как это? Нет, нам хорошо». После этого она про­сит: «Вы напишите в книгу отзывов, что у вас этого нет». Так они собирают отзывы о своей выставке. Мы со своей стороны написали письмо в Управление культуры города и области. Исторический музей, в котором проходила эта выставка, отказал им в продлении договора, а вот Дом ученых продолжает с ними сотрудничать. Кроме того, они хотели эту выставку организовать в нашем Горисполкоме. Но когда мы написали нашему мэру, то мэр четко отреагировал: «Нет, такого не будет». Хотя из Управления культу­ры нам тут же позвонили и сказали: «Нет же в городе повальных эпидемий, что вы распространяете такие слухи...» Поэтому я хотела бы сказать, что большим делом в защите имени Рериха является проведение выставок подлинных картин. На сегодня у нас есть договоренность с Историческим музеем о принятии этой выставки. Кроме того, небольшое помещение в городе, всего 14 квадратных метров, но мы имеем. Там мы организовали магазин и продаем, единственные в городе, издания Международного Цен­тра Рерихов. Я считаю, что информированность горожан тоже играет большую роль в деле защиты имени Н.К.Рериха.

Н.Б.Девина, г. Сургут:

Мне бы хотелось озвучить письмо нашего Сургутского рериховского общества «Знамя Культуры» доктору философ­ских наук Аблееву.

«Уважаемый Сергей Рифатович! Ваше открытое письмо Гене­ральному директору Международного Центра-Музея имени Н.К.Рериха, Л.В.Шапошниковой и Председателю Международ­ного Совета рериховских организаций С.П.Синенко ничего, кроме сожаления по отношению к Вашей персоне, не вызывает. Можем лишь процитировать великие мысли Будды из письма Е.И.Рерих: «Будем помнить, как однажды после одной проповеди Будды пять тысяч из его последователей покинуло его, и осталась небольшая горсточка наипреданнейших. Но Великий Учитель лишь улыбнулся на это и сказал: «Хорошо, что мякина отдели­лась от зерна. Осталась община, крепкая единством своим». Так вот, уважаемый г-н Аблеев, Международный Центр Рерихов – это зерно, посаженное Учителем лично. И кто един с этим зер­ном, тот и общинник, и крепок единством своим. А все перечис­ленные Вами личности и организации, отклонившиеся или не признающие Международный Центр Рерихов как зерно Учителя, и Вы лично в том числе, следовательно, являются мякиной, согласно словам Великого. Желаем всем осознать это как можно скорее. Время не ждет».

Н.П.Германова, председатель Белорусского отделения МЦР, г. Минск:

Я хочу сказать, что нынешняя наша конференция на тему защиты имени и наследия Рерихов – не просто акция, которая в определенное время началась и имеет какой-то конец. Мы с вами живем в очень трудное время, потому что сегодня идет борьба нового со старым и старое ожесточенно борется против нового. Следовательно, состояние борьбы за наследие Рерихов должно быть постоянным состоянием всех рериховских организаций. Меня, например, очень тревожит, когда в Белоруссии у нас все как-то спокойно. Я тогда думаю: «Наверное, мы что-то делаем не то». Потому что, если никто не выступает против нас, то, навер­ное, мы очень близки к этому старому миру. А если мы чувствуем борьбу, это значит, что мы идем правильно. Конечно, сердце сжи­мается, когда мы узнаем, что опять кто-то нападает на Междуна­родный Центр Рерихов. Мы очень сожалеем, что не можем помочь в тот момент. Но в то же время мы настолько горды и рады, что действительно Международный Центр Рерихов на таком гребне идет, так мощно, сильно, что замечают и министер­ства, и за границей, и Энтин не спит спокойно, – значит, все идет правильно, все идет хорошо. То, что Людмила Васильевна с нами, – это придает нам огромные силы. Но и мы должны свои добрые мысли и свои дела также посылать на помощь. Конечно, защи­щать надо своей работой в первую очередь. Иногда к нам в Центр в Минске (а библиотека имени Леонардо да Винчи, нами учреж­денная, – это наш культурный центр) приходят разные люди, порою странные. Но я всех встречаю с такой любовью, что просто ошеломляю их. Показываю им выставку, книги Рерихов, наш библиотечный фонд, провожу экскурсию. Иногда они выходят, образно говоря, как бы в прострации от всей этой информации. Я думаю, что после этого, наверное, все-таки что-то поймут. Приведу еще такие примеры. Когда Институт философии издал книгу о неокультах, новых религиях века, где упоминается и Уче­ние Живой Этики, мы выступили в прессе. А когда кто-то из чиновников против Рерихов выступает, мы ищем их начальство, объясняем им все, как есть. А когда луневцы стали действовать у нас, прикрываясь письмом из администрации нашего Президен­та, где всего-то было написано: «Благодарим вас» в ответ на их поздравление в адрес Лукашенко, мы пошли в администрацию и сказали: «Как же так, вашим письмом прикрываются! Это непо­рядочные люди». После этого мы больше ничего о луневцах в Белоруссии не слышим. Если где-то выступает церковь, то мы обращаемся в Комитет по делам религии: «Вы же должны знать, что делает церковь, вы же знаете, какие существуют законы. Мы обращаемся к вам за защитой».

Мне думается, что нас не должно пугать, что нападают. Напа­дают – значит правильно идем, значит надо взбодриться, значит надо найти силы и достойно защищаться. Когда я иду в инстан­ции, то беру с собой «Материалы Юбилейной конференции» и показываю всем первые страницы книги, где запечатлены и При­маков, и космонавты, и Людмила Васильевна, и наш уважаемый Президент, Юлий Михайлович Воронцов. Для нас все эти напад­ки – это всегда возможность рассказать о Международном Цент­ре Рерихов и о его делах, о Рерихах, об Учении. Я думаю, что и товарищей из Министерства юстиции надо провести по этой выставке, рассказать им о Рерихах.

Л.В.Шапошникова:

Но, во-первых, чиновник белорусский резко отличается от чиновника московского, а во-вторых, я хочу прокомментировать выступление Нели Павловны.

Действительно, отделение МЦР в Белоруссии очень эффек­тивно борется против включения нас в секты и причисления Живой Этики к религиозным учениям. Но это отделение. А вот есть такой «рериховец» из Белоруссии Лобач Володя, известный, наверное, многим, которого, очевидно, попросили в свое время написать статью о Живой Этике в белорусскую энциклопедию. Он ее написал. Статья начиналась словами: «Живая Этика – религиозно-философское учение». Вот, пожалуйста, это вам вну­тренняя проблема.

Н.Н.Добрикова, Лига защиты Культуры, г. Москва:

Дорогие мои, хочу от всего сердца поздравить этот прекрас­ный наш Дом! Я хочу поклониться всем, кто внес свой камень, камешек и глыбу в основание этого здания. Вы посмотрите, за такой короткий срок столько сделано! Какая литература! Сколько книг о защите! Я преклоняюсь перед всеми, кто трудится здесь, кто трудится в регионах. Дорогие мои, любимые, я всех вас позд­равляю с этой победой! Я думаю, что в наших сердцах этот побед­ный огонь должен гореть и никакие нападки не должны тушить его.

И еще один момент. Когда мы выходим на эту трибуну и гово­рим о высоких именах (я имею в виду Абрамова), затрагивая самое сокровенное, то мне хочется сказать: «Дорогие мои, надо думать о том, что если у нас временное затемнение сознания, то давайте оставим свою мысль про себя и подождем, когда у нас наступит прояснение, прежде чем выдавать эту мысль с высокой трибуны».

М.Ю.Логинова, Харьковская область:

Мне хотелось бы остановиться на формах борьбы в Рерихов­ском движении. Так как существуют внешние и внутренние враги, то соответственно им должны быть и формы нашей борьбы.

Что касается нападок внешних врагов, то они в основном строят свой расчет на незнании большинством людей реальных фактов из жизни и творчества семьи Рерихов. Поэтому здесь име­ет значение широкая культурно-просветительная работа, о кото­рой писала Елена Ивановна. Наиболее актуальным сегодня явля­ется один из ее советов об использовании в своей практической культурно-просветительной работе так называемых щитов, среди которых она называет щит экспедиции, щит Знамени Мира, щит культурных учреждений и обществ и щит жесткого и абсурдного отношения чиновников и всяких других лиц к культурному стро­ительству. Также Елена Ивановна советует использовать в защите краткие четкие формулы. Эти щиты можно и сегодня разрабаты­вать, выделяя наиболее актуальные проблемы. Например, исполь­зовать щит «Рерих и Православие», щит МЦР, то есть рассказы­вать о деятельности Международного Центра Рерихов. Все это будет создавать общественное мнение, что уже является дей­ственной формой защиты имени Рерихов.

Второй формой борьбы является быстрая аргументированная реакция на все нападки, которые идут в средствах массовой информации.

И третья, связанная с дискредитацией Рериховского движе­ния изнутри, предполагает отмежевание от тех организаций, которые своей деятельностью позорят это высокое звание.

Несколько слов скажу о нашей практической работе. Очень помогла нам Всеукраинская конференция рериховских обществ в Днепропетровске. Все документы, которые там были приняты, мы использовали. После этой конференции мы провели в Харькове пресс-конференцию, посвященную защите имени и насле­дия Рерихов, где прессе раздавали документы Всеукраинской конференции, а также подготовленное нами специальное Обра­щение. Эти документы мы разнесли и в органы государственной власти, в районное и городское Управление юстиции и в другие учреждения. Мы еще приложили к ним письмо с просьбой о под­держке, на что нам было предложено выступить со словом о защите Рерихов на учительских конференциях и в прессе.

Теперь я хотела бы дополнить свое выступление на нашем совещании в феврале. Тогда я рассказывала о том, что у нас в мест­ной газете была напечатана хорошая статья о С.Н.Рерихе, где была допущена серьезная ошибка: вместо «Пакта о защите культурных ценностей» было напечатано «Пакт о запрете культурных ценно­стей». Но редактор наотрез отказался дать опровержение. Это произошло как раз перед поездкой в Москву. Когда я вернулась из Москвы, мы написали официальное письмо редактору газеты, и у нас с ним был довольно крупный разговор. Причем он угро­жал нам судом, если мы будем продолжать настаивать на опро­вержении. Тем не менее, сразу же после этого разговора в газете было дано опровержение с извинениями в адрес жителей города и нашей организации и с объяснением, что ошибка была допуще­на чисто механически. Сейчас этого редактора в газете уже нет. При новом редакторе, который помогает нам в нашей работе, была напечатана статья в защиту Рериховского движения.

Л.М.Бакунин, Иркутское отделение МЦР, г. Иркутск:

Я сердечно приветствую всех присутствующих. Мне хочется выразить очень глубокую благодарность группе защиты Между­народного Центра Рерихов и его руководству в лице Людмилы Васильевны Шапошниковой, Вячеслава Борисовича Моргачева, с которыми мы уже около года связаны активной совместной работой. Их поддержку я считаю неоценимой.

Небольшая информация. Перед отъездом сюда мне дали пра­вославный календарь, тиражом в 1 миллион экземпляров, где на 9–10-е октября приходится заметка Кураева о Рериховском движе­нии. Это нужно иметь в виду. При больших тиражах и маленьких простеньких заметках легко влиять на сознание населения.

Вчера уже было сказано о том, что в ряде городов нашей стра­ны, в том числе в Тольятти и Иркутске, выпущены справочники по религиозным организациям. В иркутский справочник попали две организации: местное Рериховское общество и Рериховское культурно-творческое объединение, которое затем было преоб­разовано в Иркутское отделение МЦР. Мы долго «запрягали», но затем были сразу поданы иски в суд как от Иркутского отделе­ния МЦР к издателям этого справочника, так и личные иски семи человек на общую сумму порядка двух миллионов рублей. Так как издателями этого справочника были государственные служащие, в настоящее время высокопоставленные в масштабах области, мы отправили запрос губернатору о нарушении закона о государственной службе. Но, как вы знаете, существует великая тайна бюро­кратии, которая заключается в круговой поруке. Из администра­ции губернатора мы получили ответ, что в момент издания спра­вочника эти люди на государственной службе не состояли. Следующий наш запрос будет отправлен уже в более высокую инстан­цию.

Какие еще возникали проблемы? Мы обращались в Прокура­туру – были беседы, нам выражали сочувствие, желали успехов в борьбе, но, как оказалось, те вопросы, которые мы обсуждали, не входят в компетенцию Прокуратуры, поэтому рекомендуется обращаться с ними в суд. Речь идет о вопросах, связанных, как правило, с прессой и с выходом таких изданий, как справочник.

Нам пришлось столкнуться и с проблемой трусости интелли­генции. Когда нам пришлось искать тех, кто может дать филоло­гическую экспертизу по запросу суда, несколько докторов наук – это были мужчины – отказались. Они не хотели иметь дело с ними, потому что в Иркутске хорошо помнят о том, как 15 лет назад избили писателя Распутина в подъезде его собственного дома. То есть раз и навсегда теми, кто это сделал, был дан урок, как себя нужно вести, и этот урок до сих пор, к сожалению, сохра­няется в памяти. Надо сказать, что у женщин смелости оказалось больше, и мы все-таки нашли нужного нам эксперта.

Еще один момент, связанный с защитой имени Рерихов и с тем процессом, о котором здесь уже говорилось. Когда в Иркутск пришли, одна за другой, две выставки компьютерных копий из Самары, мы выступили со статьей и с телевизионными интер­вью со ссылкой на работы и публикации Ануфриевых, но, как вы знаете, в некоторых случаях бывает недостаточно даже самой достоверной информации. Теперь другой случай. В газете «Род­ная земля», которая принадлежит губернатору Иркутской облас­ти, Говорину, появилась сначала одна статья, в которой, пользу­ясь фактом экспонирования компьютерных копий, облили Рери­ха грязью и процитировали Определение Архиерейского Собора. Затем, когда мы написали открытое письмо в эту газету с просьбой опубликовать его, нам ответили редакционной статьей, где еще раз перечислили все «грехи» Рерихов, где облили грязью и Между­народный Центр Рерихов, и его Иркутское отделение. Здесь мы поступили проще – мы подали 12 исков на сумму примерно в 200 тысяч рублей к газете и 50 тысяч к автору. К сожалению, у судов бывают свои проблемы – на одного судью приходится до 500 дел. Поэтому в Иркутске, по-видимому, как и везде, очень длительный период прохождения дел.

В заключение следует сказать, что наиболее активной в Иркут­ске является группа последователей Кураева, которую возглавляет некто Иовлев. Эти люди, входящие в состав Русского духовного центра или Русского культурного центра, прибегали к разным методам. Например, Л.В.Янковской перед одним из ее концертов в органном зале угрожали физической расправой – был такой эпи­зод. Ну а мне пообещали освободить Иркутск от моего присутст­вия.

Н.В.Скиба, г. Киев:

От имени Украинского рериховского общества-отделения МЦР, а также от имени многих украинских ученых и деятелей культуры мы сердечно поздравляем Людмилу Васильевну Шапош­никову с присвоением ей звания почетного академика Россий­ской академии естественных наук, с награждением медалью «Рыцарь науки и искусства», а также с выходом в свет ее новой книги «Тернистый путь Красоты». Благодаря этой удивительной книге для нас ярче теперь светят звезды сквозь неизбежные тернии на нашем пути – на том пути, который проходит каждая нацио­нальная культура. Благодаря книгам Людмилы Васильевны мы лучше осознаем свое национальное наследие, свое национальное достояние и проникаемся чувством национального достоинства. Спасибо вам огромное, Людмила Васильевна, и низкий поклон.

Как известно, среди тех, кто сегодня выступает против Рери­хов, есть не только те, кто клевещет преднамеренно и поощряемо, но также и просто недостаточно осведомленные люди, которые порой принадлежат к уважаемым в обществе деятелям культуры, науки, искусства. Среди них, как ни странно, встречаются даже историки. Разворачивая акцию защиты, нужно учитывать этот факт.

Приведу один пример из опыта деятельности Украинского рериховского общества. На рубеже 2000–2001 гг. у нас в Нацио­нальном музее Тараса Шевченко состоялась выставка произведе­ний Н.К.Рериха из цикла «Гималаи», которая сопровождалась выставкой архивных материалов на тему «Рерих и Шевченко». Надо сказать, что это был результат очень долгих усилий, потому что пробивались мы в этот музей, наверное, на протяжении 10 лет. Нас упорно туда не пускали. И, наконец, это соединение двух великих имен истории и культуры произошло. Это дало нам очень интересный урок и тот момент убедительности, с которой мы могли общаться с авторитетными людьми, потому что мы представили экспозицию, основанную на архивных материалах. Впервые извлекли на свет божий тот портрет К.Ф.Рериха, о кото­ром писал Николай Константинович Рерих в одном из своих последних очерков под названием «Украина». Он лежит в архиве у нас в Киеве, но об этом, оказывается, мало кто знал. Мы сдела­ли ксерокопии документов из Третьяковской галереи, из Инсти­тута мировой литературы. Все это, собранное вместе, дало очень интересную картину и апеллировало к живым человеческим чув­ствам. Экспонаты выставки рассказывали о том, что Н.К.Рерих, как и его отец, приложил немало усилий для увековечения имени Т.Г.Шевченко, причем в то время, когда это было отнюдь небезо­пасно. Ведь в свое время Микешин обратился к Константину Федоровичу именно как к юристу – у них была ситуация, очень похожая на нашу сегодняшнюю. И Константин Федорович приютил Общество Шевченко у себя на квартире, и молодой Н.К.Рерих в этом участвовал – он поставил подпись на том портрете, который мы экспонировали. Узнавая эти факты, люди уже по-другому смотрели и на выставку, и на нас как ее организато­ров, осознавая отличие нас, как рериховской организации, от тех организаций, которые можно назвать псевдорериховскими, так как они занимаются псевдооккультизмом и другими подобными вещами. Это дало нам также выход на прессу, на телевидение, то есть наша выставка стала фактом не только научной, но и обще­ственной жизни. Состоялся Круглый стол, на котором выступали известные литературоведы, искусствоведы.

Почему я так подробно на этом факте останавливаюсь? Пото­му что 24 сентября, когда мы проводили Круглый стол «Защитим имена и наследие семьи Рерихов» в Доме ученых Национальной академии наук Украины, то нашу непростую задачу сильно облег­чил директор Музея Тараса Шевченко, Сергей Гальченко, который задал ноту нашей акции.

Предложение. Когда речь идет о рериховском наследии, то, на наш взгляд, стоит делать акцент не только на мировом его зна­чении, но и показывать в таком контексте, о котором я только что рассказал.

Г.Н.Петришин, г. Хмельницкий:

Уважаемые друзья, тема моего короткого выступления каса­ется правовых возможностей рериховских организаций в деле защиты имени и наследия Рерихов. Как юрист, я расскажу вам о том, какие права гарантируются в этой связи действующим законодательством.

Прежде всего, наши возможности осуществимы нормами как гражданского, так и уголовного права. Но наиболее эффек­тивно и приемлемо использование норм гражданского права. Так, статья 152 Гражданского кодекса РФ гарантирует защиту чести, достоинства и деловой репутации и содержит нормы, по которым гражданин или юридическое лицо вправе по суду тре­бовать опровержения порочащих их честь и достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший эти све­дения не докажет, что они соответствуют действительности. А по требованию заинтересованных лиц допускается защита чести и достоинства гражданина и после его смерти. Поскольку рериховские организации, в подавляющем своем большинстве, носят в своем названии имя Рериха, то, безусловно, это поло­жение закона распространяется и на них. Под распространени­ем таких сведений судебная практика понимает опубликование сведений, порочащих честь, достоинство, деловую репутацию в средствах массовой информации, то есть в любых печатных органах, на телевидении, в публичных выступлениях, в каких-либо письмах, которые адресованы официальным лицам или же исходят от официальных лиц, и в любом ином сообще­нии одному или более лицам.

Что касается сети Интернет, то, к сожалению, правовое поле Интернета ни в России, ни в других государствах мира пока не урегулировано. Но в США, например, около месяца назад была введена норма, которая предоставляет возможность гражданам или юридическим лицам обращаться в суд на тех, кто распрост­раняет через Интернет какие-либо порочащие сведения, с тем чтобы защититься от их клеветнических выступлений.

Теперь более подробно о том, что понимать под порочащими сведениями. Порочащими считаются такие сведения, которые умаляют честь или достоинство и подрывают деловую репутацию гражданина или юридического лица в обществе с точки зрения соблюдения закона, правил общежития и принципов общечело­веческой морали. Эти сведения должны касаться фактов, но не представлять собой оценочных суждений («он плохой писатель, художник», «он заблуждался», «недалекий человек»). За исклю­чением МЦР, с такими исками до сегодняшнего дня мы практи­чески в суд не обращались. А после конференции все рериховские организации, их члены начнут в массовом порядке обращаться в суд. Но при этом следует помнить, что иски по данной категории дел вправе предъявлять граждане и юридические лица, считающие, что о них распространены несоответствующие дей­ствительности и порочащие их сведения. И тут надо конкретно смотреть, были ли те или иные выступления, публикации направ­лены против конкретных лиц, против конкретных организаций. А если, например, в публикации конкретно не указано, кто имен­но, какая организация, то в таком случае в суд с иском обращать­ся нельзя.

Прежде чем обратиться в суд, всегда необходимо проконсуль­тироваться с юристом, может быть, даже и не с одним, – есть ли судебная перспектива у этого дела. А то можно наделать много шума, а результат будет нулевой и в удовлетворении этого иска будет отказано как судом первой инстанции, так и последую­щими судами.

Бремя или обязанность доказательства соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике, то есть на тех лицах, которые опубликовали эти сведения. Мы как истцы должны доказать в суде только то, что эти сведения были опубликованы. Закон нас не обязывает предоставлять суду какие-либо доказательства. Суд всегда требует предоставить све­дения, которые бы опровергали опубликованное. Сборник, кото­рый в настоящее время издан в МЦР, является очень хорошим подспорьем, является той объективной базой доказательств, на основании которой можно обращаться с исками в суд.

Я хотел бы еще обратить ваше внимание на положение с при­своением имен. По украинскому законодательству у нас летом этого года было принято дополнение к Закону, согласно которо­му, если в данном регионе, в районе или в городе уже существует какая-то организация, в том числе и носящая имя Рериха, то дру­гая организация с аналогичным названием зарегистрирована быть уже не может.

Л.В.Шапошникова: В России этот вопрос решается таким же образом.

Е.И.Ануфриева, г. Екатеринбург:

Я хотела бы еще раз поднять вопрос о самарских копиях, о том вреде, который они несут. Мне кажется, что мы с вами еще недооцениваем этот вред. За эти два дня здесь много говорилось о врагах, о таких как Аблеев, Кураев. Но с ними легко бороться. Легко в том смысле, что они открыты, мы знаем, чего от них ожи­дать; у них есть публикации, на которые мы можем отвечать и разоб­лачать их. Мы считаем, что Самара – это один из тех скрытых и мощных врагов, которых не так легко раскрыть, потому что они выпускают немало нужной и полезной продукции, у них есть очень большая коллекция слайдов, которые они собрали по всему миру, – практически все, что написали Н.К. и С.Н.Рерихи.

Валерий Павлович вчера говорил о методе Кирлиан, о том, что этот метод многие ученые называют наукой будущего. То есть это то, что в будущем даст нам большие возможности в изучении человека. И с помощью этого метода как раз и показано, что от самарских копий идут разрушительные вибрации. Вчера Людми­ла Васильевна говорила о вялости и трусости многих рериховских организаций, сегодня Михаил Николаевич сравнивал некоторых их членов с сомнамбулами. Так откуда же возьмется мужество?

Оно ведь идет от сердца. А если самарские копии гасят огни серд­ца, то, может быть, отсюда и эта наша вялость? Ведь многие рериховские общества сейчас работают исключительно с самарскими копиями, и никакие предупреждения, никакие опыты с эффек­том Кирлиан ничего им не доказывают. Мы понимаем, что каж­дый должен, по-видимому, испытать это на себе. Хотелось бы предложить тем, у кого эти копии уже есть и висят: пусть они их уберут, хотя бы на месяц, и понаблюдают за своим состоянием, а потом снова повесят.

Еще хотелось бы обратиться к МЦР с предложением выпу­скать репродукции картин Рериха. Сейчас такая проблема назрела, что людям необходимо общаться с картинами Нико­лая Константиновича, они хотят видеть их, но пока их желание удовлетворяет только Самарский Центр. А за самарскими копиями, как это наглядно доказывается, стоит большая западня.

С.М.Зорин, МЦР:

Несколько соображений. Первое: если на Блаватскую и на Рерихов так усилились нападки, что мы видим в последнее деся­тилетие, а начиная с 1994 г. после Определения Архирейского Собора – особенно, то, наверное, надо, как говорил Козьма Прутков, смотреть в корень, и тогда мы поймем, что нападки вызваны тем, что есть Рериховское движение, что оно живое, что оно активно действует. Есть конкретные силы, которым это наше движение явно мешает, и они хотели бы убрать его со сцены. Понятно, что к этим силам относится и Церковь, поскольку она видит в нас конкурента. Эти конкретные силы надо более четко проявить, ибо борьба должна быть адресной. С другой стороны, борьба борьбой, но как бы слишком не увлечься. Помните, у Гре­бенщикова есть очень хорошая песня про то, как все увязли в борь­бе. Я думаю, что самым мощным нашим способом борьбы со всем этим мракобесием будет созидание, творение Красоты – то, чем так прекрасно занимались Рерихи. А они эту ниву культуры возделывали, высаживали на ней свои растения, давали им воз­можность вырасти, чтобы всем это было доступно. И самое глав­ное – они эту ниву охраняли так, как никто, может быть, не охра­нял. Именно поэтому Пакт Рериха появился.

Еще раз повторю, что, безусловно, надо бороться, надо давать отпор. Но, с другой стороны, надо, чтобы в каждом городе мы на местах создавали вокруг себя это поле творческое, пламенное, горящее, чтобы люди во всех местах тянулись к нам, к нашему творчеству. Это будет самым лучшим способом оборониться от нападающих. Одними судами тут, конечно, не обойдешься.

Второе соображение такое. Появляется множество романов и всяческих материалов, авторы которых пытаются очернить име­на Рерихов – великие имена. И я уверен, что многие из нас тоже это читают, хотя бы с той целью, чтобы узнать: «А что там враги наши пишут?». Ко мне тут подходил один и подсовывал роман Минутко: «Почитай, что о вашем Рерихе пишут. Раскрыта вся правда». Я взял его, пролистал, и мне впервые категорически не захотелось открывать книгу. Я ее не открывал и не читал и другим не советую.

По поводу самарских копий. Как тут было сказано, «Самара – один из самых мощных врагов». Но при чем здесь Самара? Ведь когда речь идет о копиях, то их отрицательное воздействие объяс­няется тем, что аналоговый сигнал оцифровали, то есть превра­тили его в цифру, обработали, и когда это идет потом в полигра­фию, то и получается это отрицательное воздействие. Но ведь мы тогда должны объявить войну всей современной полиграфии, она сегодня вся цифровая. Понимаете? Как бы нам не увлечься чересчур и не перегнуть палку.

Л.В.Шапошникова:

Я не согласна с Сергеем Михайловичем в том, что Самара – это только полиграфия. В Самаре много что работает против нас, в том числе и копии. Я имею в виду, естественно, Центр, а не сам город.

Н.А.Шевченко, г. Киев:

Импульсом к тому, что я взяла слово, было выступление уважа­емого академика Амонашвили, после которого я ощутила необхо­димость в своеобразной исповеди. Я занимаюсь театроведением и практической психологией актерского творчества, работаю с очень многими людьми, собираю материалы, присутствую на тренин­гах, занятиях по внутренней работе. В какой-то момент я почув­ствовала, что мне на некоторое время нужно отойти от активной работы в Рериховском обществе и сосредоточиться только на творчестве. И очень скоро я обнаружила, что моя профессиональная и творческая работа наталкивается на глухую стену.

Еще одна проблема. Здесь очень много говорилось о популяризаторстве, которое превращается в пропаганду или же в профа­нацию. Но есть еще один момент – момент умалчивания. Неред­ко в каких-то ситуациях, когда нужно твердо заявить свою внутреннюю позицию, мы умалчиваем. Как часто я ловила себя на мысли, что тогда, когда мне нужно было сказать слово «Рерих», я заменяла его другими словами. И в результате целый круг людей, вместе с которыми я работала, – это режиссеры современного русского и украинского театра, – все мы оказались в ситуации, когда много и напряженно искали путей к единению, но, как выяснилось, без слова «Рерих» это единение невозможно. И необходимость в продолжении работы по выработке понятия, практического понимания, что такое гармония, что такое едине­ние между людьми, как подойти к новым человеческим отноше­ниям, очень актуальна для интеллигенции. Но тут, по моим ощу­щениям, есть такой нюанс. Раньше, когда я встречалась с талант­ливым, светлым человеком, который не принадлежал к рерихов­скому обществу, очень часто ловила себя на мысли, что начина­ешь с ним сюсюкать – лишь бы только поддержать, лишь бы только не отошел. А сейчас оказывается, что мы все стоим перед такой бездной разъединения, что только твердая и смелая струна может нам всем помочь. Мне кажется, что это назрело и среди интеллигенции творческой, и среди участников Рериховского движения. Я думаю, что мы должны объединить наши усилия на очень прочной, смелой и звонкой ноте натянутой струны.

В.Г.Никитин, г. Ростов-на-Дону:

Маленькие штрихи к моменту работы в правовом поле. Наша организация имеет в этом небольшой опыт, может быть, он будет кому-то полезен.

Полтора года назад мы создали лабораторию гуманной педа­гогики. Работаем со школами, лицеями, университетами. На сегодняшний день вышли также на уровень работы с министер­ствами образования, культуры и здравоохранения. В свое время директора школ обращались к нам с вопросом: «Что нам делать?» по поводу того, что к ним приходят из нашей Православной Церкви и, ссылаясь на договоренность с Министерством образо­вания, предлагают заключить договор на работу по воскресным школам. После этого мы тоже стали использовать такую форму работы, как договор. Это обеспечивает легитимность нашей рабо­те с организациями государственного профиля, и в то же время это помогает тем организациям, с которыми мы заключаем дого­вора. Мы уже заключили несколько договоров о творческом сотрудничестве с образовательными учреждениями и сейчас готовим типовой договор о творческом сотрудничестве с минис­терствами.

Второй вопрос тоже правового порядка. Мы, конечно, не порождаем себе врагов, но так получается, что, встав на твердый путь работы в поле Международного Центра Рерихов, мы не можем спокойно смотреть на те организации, которые на сего­дняшний день позорят имя Рерихов, нося его в своих названиях и при этом распространяя вредную литературу. Когда на одних и тех же полках лежат книги Николая Константиновича, Людмилы Васильевны, Уранова, Абрамова и опусы Дмитриевой и т.п., то такая всеядность и беспринципность приводит к бездуховности, порождает неприятные инциденты. Ведь люди приходят в рериховскую организацию уверенные в том, что тут все в высшей степе­ни проверено, что подобная литература получила «добро» во всех рериховских организациях. Мне кажется, стоит сегодня поста­вить вопрос об изъятии имени Рериха из названия подобных организаций и подготовиться к этому в юридическом плане.

Н.Г.Щепилова, г. Литин, Украина:

Говоря о защите имени Рериха, мы в первую очередь должны говорить о свободе познания и о свободе творчества интеллиген­ции, о ее роли и месте в обществе. Именно с этой позиции мы должны подходить к защите имени. Но проблема заключается в том, что сегодня очень сложно говорить о свободе познания и творчества, особенно у нас на Украине, потому что 70 лет созна­ние интеллигенции находилось под идеологическим прессом и сейчас осознать самое себя ей очень трудно. Но этот процесс про­исходит, и думаю, что рериховское общество на Украине сделает все возможное, чтобы рериховская концепция культуры была четко зафиксирована, потому что без этого у страны нет будущего.

Говоря о рериховской концепции культуры, нужно понимать, что Культура, по выражению Николая Константиновича, не пирог праздничный, а необходимость каждого дня. Поэтому нужно говорить действительно о системе, которая охватывает все сторо­ны жизни человека, – и его внутреннее становление, и семью, и общество, и нацию, и общечеловеческие ценности.

Еще хочется сказать о концепции деятельности рериховских организаций. Когда к нам приходят и спрашивают: «Чем вы зани­маетесь?», нужно обязательно уметь это объяснить. Ведь концеп­ция – это система, это принципы, это программа, это социально значимые проекты, это все то, на чем стоит организация. И если такой концепции нет, а есть только слово «концепция», то деятель­ности как таковой не будет. И в этом тоже очень большая проблема.

И.О.Ерметов, г. Хмельницкий, Украина:

Дорогие друзья, я еще раз хочу привлечь внимание к одной из внутренних проблем Рериховского движения, на которой чаще всего и строят свои нападки наши внешние враги. В Учении Живой Этики и в письмах Елены Ивановны эта проблема называется низшим психизмом. Наша психологическая группа попыталась проанализировать современную психологическую литературу на эту тему, и оказалось, что это явление как таковое просто не опи­сывается. В то же время в Учении и в письмах Елены Ивановны эта проблема называется бичом человечества. Надо сказать, что она является бичом и рериховских организаций.

Мы провели небольшое исследование, опираясь на письма Елены Ивановны, на Учение, а также на наши небольшие наблю­дения. Рекомендуем ознакомиться с этими материалами и занять очень твердую позицию по отношению к этой проблеме, потому что, оказывается, такое явление, как парапсихические способно­сти, служит пробным камнем, или камнем преткновения, для многих людей. Именно на этих вещах спотыкаются очень многие люди, которые нам до определенной стадии кажутся очень высо­кими в своем развитии. Обратите на это внимание. Я зачитаю выводы из нашей работы, несколько положений.

Первое. Парапсихические способности могут сопровождать, хотя и не обязательно, естественный процесс духовного развития человека. Но их ни в коем случае не стоит воспринимать как опре­деляющий фактор и основной показатель этого развития.

Второе. Основным фактором, который предопределяет развитие низшего психизма, является эгоистическая мотивация, самовозвеличивание путем культивирования таких способнос­тей.

Третье. Для проявления этого фактора необходим целый ком­плекс психических образований эгоистического характера на всех уровнях. (О них уже много говорилось.)

Четвертое. Существует механизм интроличностной психичес­кой защиты. Очень часто этот механизм ассоциируется с явлением самости. Именно этот механизм очень часто не позволяет людям осознать в себе такие проявления. Пожалуйста, обратите на это особое внимание.

Пятое. Человеку, который уже имеет в себе проявления пси­хизма или склонен к этому, нужно быть предельно честным по отношению к себе и вовремя это исправлять, пока есть для этого возможность.

Шестое. Для того чтобы поменьше такого проявлялось в нашей жизни, человек должен занимать активную социальную позицию в семье, на работе, среди окружающих людей.

Также я хотел бы обратить ваше внимание на молодежную проблему, потому что в Рериховском движении участвует доволь­но большой круг людей в возрасте от 20 до 30 лет. Это возраст, который имеет свои психологические нюансы, свои проблемы и требует тонкого подхода и особой защиты. Ими обязательно нуж­но заниматься.

А.Т.Протасов, г. Усть-Каменогорск, Казахстан:

Дорогие друзья, уважаемая Людмила Васильевна! Разрешите передать вам большой привет от старейшего рериховца – Зубчинской Лидии Ивановны. Она знает о нашей работе и целиком и полностью ее поддерживает. Хотелось бы поделиться неболь­шим опытом нашей работы, которую она направляет. Здесь боль­ше говорилось о внешней деятельности. Она, конечно, крайне необходима, но наряду с этим нужна и внутренняя работа над собой. Ускоряют этот процесс внутренней трансформации и работы над собой занятия в малых группах. У нас в последнее время такие группы создаются, и мы видим хорошие результаты, когда вместе собираются два–три человека и ведут работу по книгам Учения. «Где двое соберутся во имя Мое, там и Я с ними», – говорит Великий Учитель. Поэтому такая работа очень полезна, она укрепляет рериховцев и готовит их к той большой борьбе, которая сейчас ведется.

Л.В.Шапошникова:

Я благодарю за привет от Лидии Ивановны. Теперь я даю слово Александру Васильевичу Иванову, которого, как я считаю, все поняли неправильно.

А.В.Иванов, доктор философских наук, профессор, г. Барнаул:

Дорогие друзья, давайте уж хотя бы друг друга понимать пра­вильно. Еще раз подчеркну: ни в коей мере я не выступал ни против книг Абрамова, ни против «Учения Храма», которые я глубочайшим образом уважаю. Если кому-то близки «Грани», то читайте, конечно, – книги прекрасные. Речь шла только об одном: нужно соблюдать иерархию текстов. Вот и все. Есть солн­це, есть лучи; есть свет большей интенсивности и меньшей. Я думаю, что для последователей Учения это не нуждается в объяс­нении. Ведь и луч прекрасен, если он исходит от прекрасного солнца. Вы меня просто неправильно поняли. Ни в коей мере не следует воспринимать мое выступление как нападки на «Грани» или на «Учение Храма».

Марга Куцарова, г. София:

Я попросила слово второй раз, потому что упустила в первом выступлении нечто важное. Дело в том, что противостоящие нам силы, внутренние и внешние, иногда объединяются, как это слу­чилось у нас в Болгарии. В прошлом году, когда к нам приезжал Сенкевич, мы старались противостоять его официальному посе­щению, которое было усиленно разрекламировано в средствах массовой информации. Но его поддержал Клуб друзей Рерихов, руководитель которого, наш бывший член Тодор Ялымов, орга­низовал для него при поддержке Русского культурно-информационного центра выставку компьютерных копий из Самары. Вот вам Сенкевич, вот вам Самара, вот вам наш Клуб друзей Рерихов за одним, как говорится, столом. Этот клуб, насколько мне изве­стно, очень активно сотрудничает со многими городами России, поэтому я хотела вам сказать, чтобы вы знали, с кем имеете дело. Клуб друзей Рерихов уже более трех лет проводит выставки ком­пьютерных копий у нас в Болгарии. Также мы знаем, что он сотрудничает с Самарой, а через Английское общество Рерихов – с музеем в Нью-Йорке, с Даниэлем Энтиным. У нас еще есть центр, который полностью ориентируется на Ларису Дмитрие­ву, занимается оккультизмом. Я знаю, что они обращались к раз­личным организациям в России, просили прислать журналы, в частности «Дельфис», и т.д.

Еще я хотела бы сказать, обращаясь к международным обществам Рериха, представители которых здесь присутствуют, что защита имени и наследия Рерихов означает также поддерж­ку МЦР, и задача рериховских обществ – как можно плотнее и ближе работать с МЦР и в будущем стараться придерживаться этой линии.

Г.Д.Безродная, г. Алматы, Казахстан:

Я хотела бы обратить внимание присутствующих на то, что у нас в Казахстане есть памятники – наскальные рисунки, очень ценные. В Казахстане, в Киргизии, в том числе на реке Или, встречаются еще и буддийские памятники, причем не только Будды Шакьямуни, но и бодхисатвы сострадания, бодхисатвы исцеления. Памятники эти расстреливаются. Если в Афганиста­не буддийские памятники расстреляли талибы, то у нас военные, когда проводят учения, занимаются тем же самым. Поднял эту проблему и занимается ею один из сотрудников индийского посольства, а у нас этой проблемой занимается В.А.Олейник. Мы пытаемся сейчас занести эти памятники в государственный реестр. А пока наше государство продает памятники. Из-за границы при­езжают люди и срезают эти наскальные рисунки, увозят в Америку и другие страны.

Еще мне хочется сказать, что мы не должны бросать акцию «Набат совести», письма и сбор подписей, несмотря на Интернет с его возможностями. Продолжать акцию «Набат совести» мы можем, потому что когда дело пойдет в Страсбургский суд, мы не знаем, а, как говорится, вода камень точит.

В.Б.Моргачев, Вице-президент МЦР:

Дорогие друзья, поскольку сегодня неоднократно возникал вопрос о литературе, касающейся темы нашей конференции, я хотел бы довести до вашего сведения, что научный отдел и библи­отека Международного Центра Рерихов специально к конференции подготовили достаточно объемный список литературы, реко­мендуемой для ознакомления именно в связи с защитой великих имен и наследия Рерихов. Эта литература охватывает период с 1980 по 1990-е гг. Если кто-то заинтересуется и захочет получить этот список, то я могу несколько экземпляров передать. Но, наверное, мы подготовим его электронную форму и сможем через электронную связь распространять, в дальнейшем этот список пополняя, и им можно будет широко пользоваться.

Также я должен довести до вашего сведения, что в этом году уже официально в сайтах «Музеи России» фигурирует сайт «Музей имени Н.К.Рериха», но пока в минимальном объеме. Мы будем этот сайт расширять, введем раздел, посвященный непосредствен­но МЦР и его проблемам. И еще у нас подготовлен и в ближайшее время будет открыт сайт Международного совета рериховских организаций, в который войдут практически все вопросы по защи­те наследия. Со временем мы, наверное, будем делать электрон­ную версию и нашего журнала «Культура и время», а также других изданий МЦР.

Я хотел бы также обратить ваше внимание на то, что у нас неоднократно поднимался вопрос по поводу использования самого знака Пакта Рериха. Мы сталкивались со случаями, когда это происходило без ведома МЦР, когда знак использовался не по назначению, или теми, кто его недостоен. Поэтому в этом году мы обратились в Роспатент и представили свою официальную заявку, она у нас принята. К сожалению, сейчас время рассмотре­ния заявок очень удлинилось, и нужно набраться терпения. Но со временем мы будем иметь право распоряжаться этим знаком, и не только в России. Второй знак – знак нашего Международного Центра Рерихов – мы тоже патентуем. Поэтому, если вы будете выявлять случаи незаконного использования этого знака, пожа­луйста, сообщайте. Но, кстати сказать, если наши отделения на законном основании могут использовать как сам знак, так и его элементы, то другие общества, которые с нами сотрудничают, все-таки должны это делать на правовой основе, то есть согласо­вав этот вопрос с нами.

Лола Лонли, г. Николаев:

Я нахожусь здесь как представитель рериховского общества города Николаева, Украина. Должна сказать, что наше общество полностью поддерживает МЦР, и я надеюсь, что в будущем будет делать это еще более активно. Но мое выступление будет в основ­ном посвящено самарским копиям.

Во-первых, я хочу высказать свое мнение как художник. Когда я узнала о том, что проводятся выставки компьютерных копий в натуральный размер произведения без согласия прямого право­преемника автора, меня охватило чувство негодования, потому что это элементарное нарушение авторских прав. Никогда нельзя выставлять копию и без согласия владельца авторских прав. Кро­ме того, часто, когда проводятся такие выставки, нигде не указы­вается, что экспонируются не оригиналы. Еще один момент. Выставки копий не требуют поддержания уровня влажности, температуры, специальной охраны, они обходятся намного дешевле, и это понижает уровень музеев. Если мы ничего не будем с этим делать, через какое-то время невозможно будет про­водить выставки подлинников, требующих особой заботы.

Второй аспект. Тут говорили, что «получается борьба конкрет­но с Самарой, а что же делать, если вся полиграфия построена на компьютерах?». Я хочу сказать одно: если эта работа, компьютер­ная копия, выполнена не в натуральный размер и не претендует на супервысокое качество, то, в принципе, она имеет право на жизнь. Я знаю, что у многих висят эти копии в натуральный раз­мер, и мне кажется, что это подогревает самость: «Вот у меня есть почти оригиналы».

Самарский Центр действительно зарекомендовал себя как нечистоплотный деятель. Во-первых, он зарегистрирован как религиозное общество. Во-вторых, известны случаи, когда при­ближенным к руководству раздавались высокие воплощения, то есть говорилось: «Ты в прошлом воплощении был тем-то и тем-то». Но кто на это имеет право? Свое личное мнение я нико­му не навязываю, но могу сказать, что я лично испытала сильное отрицательное воздействие самарских копий, и тому есть свиде­тели. Пульс у меня доходил до 140, когда я перебирала эти копии. Причем я тогда еще не знала, что за этим стоит, и ориентирова­лась исключительно на реакцию своего сердца. Поэтому всем хочу посоветовать: надо знать о том, что этот факт существует, и нужно бояться не того, что можно кого-то оскорбить, а более серьезных вещей. Например, дети, посмотрев выставку самар­ских копий, говорят: «Мне не нравится этот художник». Вот что страшно. Страшно еще то, что некоторые люди не чувствуют этих сердечных толчков. Я хочу всем посоветовать: пожалуйста, при­слушивайтесь к своему сердцу внимательнее, наблюдайте за его реакциями.

В.П.Ануфриев, г. Екатеринбург:

Уважаемые коллеги, мне очень захотелось попросить слова после выступления представительницы Уфы. Наталья Влади­мировна сказала, что мы можем на эксперимент повлиять, и от этого результаты воздействия копии меняются. Во-первых, спасибо за то, что нам приписываются такие могучие силы, а во-вторых хочу обратить ваше внимание на то, что когда к нам приехали представители Самары с копией «Сергий-Строитель», мы взяли точно такую же репродукцию, изданную в МЦР, и провели эксперимент «закрытым способом». И та, и другая копия были обернуты. То есть ни оператор, ни испытуемый не знали, что где находится. Копия лежала на расстоянии полуме­тра и действовала в течение трех минут. Результаты опыта были те же самые: то же «разбиение» позвоночника, то же негативное воздействие на правую часть головы и самое неприятное – сни­жение светимости сердца при реакции на самарскую копию.

Отвечая Сергею Михайловичу Зорину, я должен сказать, что цифровая обработка здесь ни при чем. Мы исследовали репродук­ции из МЦР, симферопольские издания и самарские копии. Аура реагирует подобным образом именно на самарские копии. Я хотел бы, чтобы это четко все услышали. Я готов это повторить хоть в суде.

Ю.В.Патлань, г. Киев:

Уважаемые друзья, поскольку у нас сейчас идет откровенный разговор, в котором многие высказывают свою позицию и рас­ставляют точки над «i», я хотела бы озвучить свое впечатление от нашей работы на протяжении трех дней и указать на некоторые моменты, которые я здесь заметила.

Мой доклад был посвящен имени Рериха на страницах прес­сы. После этого было много бесед, мне было сказано много одоб­рительных слов, но я поняла, что, к сожалению, те негативные примеры, которые я приводила в своем выступлении, затмили его главную мысль, а именно, что Рериховское движение должно стать действительно рериховским. На этой основе должно быть построено добровольное сердечное единение, только тогда скоординированная сеть рериховских организаций в разных городах станет действенной. Почему я об этом говорю? – Потому что все выступающие высказывают, в большинстве своем, очень правиль­ные, важные вещи, и кажется, что мы в принципиальных вопро­сах едины. Но когда возникает живое общение, подходят люди и называют совсем другие имена, предлагают для ознакомления какие-то странные книги, в которых большая часть текста (я имею в виду концептуальные, глубинные понятия этики, морали и культуры) набрана прописными буквами... Я не знаю, я еще не читала эту книгу, но как редактор, как филолог, работающий со словом, могу сказать сразу: если в книге больше 2/3 текста набра­но прописными буквами, это наводит на определенные размыш­ления.

Считаю важным и необходимым сказать о том, что я хотела бы, чтобы мы всегда были едины в своем уважении и почитании имени Рериха, чтобы не звучали на наших встречах какие-то посторонние имена, не забирали мое и ваше время на обсужде­ние их трудов. Я чувствую, что этот момент не был достаточно понят теми, кто слушал меня. Считаю важным это еще раз под­черкнуть.

Л.В.Шапошникова:

Юлия Валерьевна, мы ведь не можем всех, как говорится, стричь под одну гребенку. Перед нами люди разных сознаний. И хотя мы все вместе работаем, у нас могут быть разные мнения. Мы ведь не можем требовать, чтобы у всех в голове было одно и то же. Поэтому подождем, когда это единение возникнет само собой.

С.В.Ильницкий, г. Киев:

Я не собирался выступать, но поскольку здесь идет такой откровенный разговор, то я хотел бы сказать о том, что наше Рери­ховское движение не должно замыкаться на самом себе. Если мы собираемся сотрудничать с широким кругом интеллигенции, при­влекать ее к совместной работе, в частности по защите культуры, то мы должны быть готовы к тому, что перед нами будет огромное поле взглядов. Мы не можем закрыться сами в себе и сказать: «Рерих, и все». Как раз наоборот. Проблема защиты культуры, защиты общественной жизни поднималась еще в XIX веке. В сво­ем докладе я говорил об Иване Франко, который в свое время очень пострадал за свои свободные взгляды, за обличение Церк­ви, пытавшейся задавить интеллигенцию и общественную жизнь. Первоначальное название доклада «Сатанизация интеллиген­ции» мне предложили изменить на «Формирование общественно­го мнения». Здесь я в корне не согласен, потому что защиту имени Рериха, по-моему, надо относить к проблеме защиты культуры в целом, органично вплетая это имя в контекст развития всех нацио­нальных культур. В частности, у нас это получается просто замеча­тельно: многие идеи Ивана Франко практически совпадают с идеями Живой Этики и мыслями Николая Константиновича. Это очень серьезный пласт, и я считаю, что между защитой имени и наследия Рерихов и защитой культуры, защитой интеллигенции и защитой свободы общественной жизни надо ставить знак тожде­ства.

Л.А.Голубенкова, г. Москва:

У каждого из вас на местах, откуда вы приехали, свои про­блемы, и вам хочется об этом рассказать. Вы иногда даже гово­рите больше о каких-то негативных сторонах. Я когда-то работа­ла в МЦР и могу сказать, что сейчас я чувствую, насколько выросло движение, насколько прибавилось Красоты, начиная с самого Музея и его прекрасно оформленных залов. Я хотела бы поблагодарить тех людей, которые под руководством Людмилы Васильевны являются здесь фокусом, к которому вы стреми­тесь. Посмотрите, как организована эта конференция. Каждый доклад, который вы слышали, представлял большой интерес. Я думаю, что в этом все со мной согласятся. Но продумано бук­вально все: кто не умещается здесь, сидят в других залах, где прекрасно слышно, прекрасно видно. Я благодарна тем людям, которые делают свое дело очень скромно. Например, передо мной сидит Борис Ильич Булочник. Мы ему в ноги должны поклониться, так он много хорошего сделал. Я очень благодарна публикаторскому отделу. За эти годы они издали такие замеча­тельные книги. И, по-моему, лучше всех получилось последнее издание – книга Людмилы Васильевны «Тернистый путь Красоты». Я думаю, что Людмила Васильевна по достоинству исполь­зует свою маленькую планету. Помните песню: «Мне сверху видно все, ты так и знай». Так вот Людмила Васильевна всех разоблачит, кто что-то украл или забрал. И картины, незаконно присвоенные музеем Востока, будут здесь, и Рериховское дви­жение будет развиваться, несмотря на препятствия.

Г.Б.Святохина, г. Уфа:

В эти дни, говоря об имени и наследии Рерихов, мы неодно­кратно упоминали о такой проблеме, как невежество и необразо­ванность людей, в том числе и многих рериховцев. В современном мире, в современных условиях важную просветительскую роль, на мой взгляд, играет телевидение. К сожалению, телепередач о Рерихах практически нет. Если иногда удается вдруг случайно услышать голос Людмилы Васильевны, то всегда это большая радость. Полагаю, нам надо подумать над тем, как выйти с этими просветительскими задачами на телевидение. В этом году, когда мы в Уфе узнали, что прошло судебное заседание, которое приняло решение не в пользу МЦР, мы, конечно же, были очень возмуще­ны и думали, что же предпринять. И трое жителей нашего города написали на телеканал «ТВ6» письма.

С письмами был выслан «Вестник», где были материалы, связанные с акцией «Набат совести». Я предлагаю, чтобы анало­гичные письма послались на телевидение с мест. Они должны озвучить желание людей знать правду о Рерихах, познакомиться с их творчеством.

Е.А.Костицына, г. Лесозаводск:

Я представляю небольшую группу очень далекого города Лесозаводска Приморского края. Я впервые в Международном Центре. Когда я сюда пришла, я кое-что уже знала по книгам, по фильмам, но то, что я увидела своими глазами, гораздо глубже затронуло меня. Я хочу от имени нашей группы сердечно поблагодарить всех вас, прежде всего Людмилу Васильевну Шапошникову, и сотрудни­ков Международного Центра Рерихов, и, конечно, всех тех людей, которые им помогают. Мне поручили передать им самый низкий поклон и самое сердечное искреннее чувство благодарности за все, что тут делается. Мы очень далеко от вас, но сердцем всегда с вами.

Я, конечно, слышала различную клевету о Международном Центре, но никогда ей не верила. Сердце подсказывало мне, что МЦР – истинный оплот, тот самый фокус Света, к которому мы должны устремиться всем сердцем. И сейчас разубедить меня в этом просто невозможно.

Я слышала здесь очень много историй о борьбе со всякими кураевыми. Мы тоже через это проходили. У нас был журналист, кото­рый выступал заодно с Кураевым, и мы даже собирались подавать на него в суд, но он умер. Мы пережили немало нападок, связанных прежде всего с именем Рериха, а сейчас возникла другая проблема. Сложилась совершенно неадекватная, непонятная для нас ситуа­ция, потому что это связано с теми, кто именует себя последователя­ми Живой Этики. Здесь уже много говорилось о том, что есть враги внешние, а есть и внутренние, но у нас прежде не было опыта обще­ния с другими рериховскими организациями. История такова.

Мы были филиалом Владивостокского Центра. У нас четыре раза проходила выставка картин Н.К.Рериха, и после одной такой выставки я услышала критику в адрес Международного Центра. Меня предупреждали о том, что здесь очень много проблем, очень много темных сил затаилось, но, конечно, я этому не поверила. Понятно, что здесь периодически могут быть какие-то неприят­ные люди, это естественно, что такие люди могут приближаться, но это лишь эпизоды, и в принципе, здесь замечательные сотруд­ники. Сердце ведь не обманешь, это же чувствуется. Я приехала сюда и увидела здесь очень много прекрасных замечательных людей, познакомилась с ними и очень рада нашему знакомству. Когда я услышала эту критику, то поняла, что не смогу больше быть с этими клеветниками. И мы написали заявление и вышли из филиала. Теперь нам угрожают, что нас уничтожат на всех уров­нях, не дадут нам нести знания, не дадут развиваться в нашем горо­де, подорвут всякий авторитет. Эта акция уже началась. Нас очер­няют в газетах, вырезки из которых вывешиваются даже на оста­новках.

Вернувшись домой, я, конечно же, выступлю на телевидении, на радио. Однако если нетрудно обличать таких врагов, как Сен­кевич или Кураев, потому что это явление нам понятно, то здесь мы имеем дело с людьми, которые прикрываются Живой Этикой... Возникает вопрос: любая ли группа людей может называться рериховцами, санкционируется ли это как-нибудь со стороны Международного Центра? Или получается, что любые люди, объединившись, по своему желанию могут называться рериховскими организациями, могут присваивать себе право быть распростра­нителями идей Живой Этики? Наверное, все же должна быть какая-то аттестация или санкция со стороны Международного Центра?

Раджандра Прасад, второй секретарь Посольства Индии:

Н.К.Рерих очень хорошо известен в Индии. Его вклад в раз­витие индийско-русских отношений невозможно переоценить. Рерих провел свою жизнь в Индии в красивом месте под названи­ем Наггар. И насколько я вижу из картин, которые представлены в этом зале, они отражают эту красоту.

Рериховское общество в Индии тоже проводит очень большую работу, стремясь поддерживать индийско-русское культурное сотруд­ничество и исследование рериховского наследия. В этой связи я очень хотел бы поблагодарить сотрудников Музея имени Николая Константиновича Рериха в Москве за все то, что они делают, за то, что они хранят память о Николае Рерихе, который всегда будет очень важной и значительной фигурой в индийско-русских отношениях.

Л.В.Шапошникова:

Пользуясь вниманием многочисленной публики – наших еди­номышленников, коллег и гостей, – хочу сказать, что здесь много склонялось мое имя по разным поводам, однако к некоторым из них я не имела отношения. Все удобства и развлечения – питание, размещение в залах, экскурсии, и даже выступления докладчиков – все это было организовано сотрудниками нашего МЦР. Значит, совершенствуется не только Круглый стол, но и коллектив в этом Музее. Я хотела бы поблагодарить их всех.

 

Печать E-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 377