Л.В. Шапошникова

Свет и тьма

В феврале 2015 года я закончила писать книгу и перевернула последнюю страницу, однако удовлетворения и спокойствия не испытала – чего-то мне не хватало. После нескольких дней размышления я стала понимать, что испытываемое мной чувство относилось к культуре. В последние годы мир ученых, мир творческих людей писал о культуре, но из того, что мне попадало в руки для чтения, я ничего не могу назвать интересным. Я считала и до сих пор считаю, что явление, называемое культурой, довольно сложное и пока не получило емкого определения.

Если мы обратимся к работам Н.К. Рериха, то найдем краткие и удивительно точные слова о культуре: «Культура есть почитание Света, Культура есть любовь к человеку. Культура есть благоухание, сочетание жизни и Красоты. Культура есть синтез возвышенных и утонченных достижений. Культура есть оружие Света. Культура есть спасение. Культура есть двигатель. Культура есть сердце. Если соберем все определения Культуры, мы найдем синтез действенного Блага, очаг просвещения и созидательной Красоты» [1]. И еще: «Культура и мир являются священным оплотом человечества» [2]. «Дума о Культуре есть Врата в Будущее» [3].

В этих фрагментах – что ни фраза, то красота, отточенность и выверенность слов. Мысли великого художника дают нам возможность понять, что такое культура. Если человек понимает культуру так, как определял ее Н.К. Рерих, то мы без колебаний можем отнести его к высокоразвитым и культурным людям.

Существуют профессии, связанные с культурой, например, актерское ремесло, музыкальное искусство, художество и т.д. Творчество людей этих профессий занимает лишь часть всеобщего культурного творчества. Но не профессия определяет принадлежность людей к культуре, а глубокое понимание этого явления.

Иногда слово «культура» употребляется в отношении того, что собственно к культуре совсем не принадлежит. Я имею в виду чиновников, нередко малограмотных, однако работающих в организациях, называющихся официально культурными. В таких организациях ни о каком Свете речи нет – именно здесь тьма, прикрываясь благородным названием и используя свою власть, нередко разрушает истинную культуру.

Сотрудники Музея имени Н.К. Рериха неоднократно сталкивались с тьмой, представители которой называют себя «культурными людьми». Так получилось, что такие столкновения происходили и происходят уже 25 лет. За эти 25 лет государство так и не поняло, что такие «деятели культуры» останавливают созидательную работу Музея. Руководство Музея не однажды обращалось к высоким государственным чинам, однако воз и ныне там. С течением времени к этому «возу» примыкают те, кто испытывает сильное желание уничтожить московский Музей имени Н.К. Рериха, имеющий мировое значение. То, что я сейчас пишу, – не мои выдумки, а история реального Музея, где хранится уникальное наследие Рерихов. Я полагаю, что именно они, полуграмотные государственные чиновники, озабочены уничтожением наследия Рерихов с самого начала его появления в России и разрушением Музея имени Н.К. Рериха с момента его возникновения.

История эта продолжительная, со многими фактами, ложью и остервенелым желанием наших противников овладеть этим наследием. Нужно сказать, что сами «культурные герои» и «государственные мужи» исследовать это наследие не могут по причине своей недостаточной грамотности, однако уже 25 лет сгорают от желания получить его в свое владение. Почему? Поскольку я не следователь, то не обладаю нужным материалом для точного определения, зачем понадобилось им наследие наших талантливых соотечественников. Думаю, что со временем связанные с этим факты будут открыты. А сейчас я хочу написать о продолжающейся борьбе между Светом и тьмой. Это та самая борьба, что идет во многих пространствах Космоса, это борьба за Космическую эволюцию, за лучшую жизнь тех, кто населяет планеты, в том числе Землю.

Здесь я приведу примеры событий, участницей которых я была, и документы, свидетельствующие о борьбе Света и тьмы.

В 1960 году в Москве неожиданно умер старший сын Рерихов, крупный ученый-востоковед Юрий Николаевич Рерих. Как и Святослав Николаевич Рерих, он владел половиной рериховского наследия. Смерть Юрия Николаевича ставила Святослава Николаевича в позицию единственного наследника, и теперь он мог претендовать и на вторую половину наследия своих родителей, и на наследие брата. С.Н. Рерих обратился в организацию, в названии которой было слово «культура», но, как выяснилось позже, к культуре она отношения не имела, – в Министерство культуры СССР. Министерские чиновники, прибегая ко всяким уловкам, не отдали наследия Юрия Николаевича его брату, хотя и обещали это сделать. Прошли годы. СССР превратился в Российскую Федерацию, в Москве по инициативе Святослава Николаевича заработал Музей имени Н.К. Рериха. Руководству Музея стало известно, что наследие покойного Ю.Н. Рериха растаскивается, и оно сообщило об этом «культурным» героям и в Генеральную прокуратуру. Государственные чиновники не двинулись с места. Наследие пропало самым, я бы сказала, нелепым образом.

Вторая часть наследия Н.К. и Е.И. Рерихов находилась у младшего сына – Святослава Николаевича, который хорошо помнил завещание своих родителей – отдать наследие в Россию. В 1989 году в Москву от С.Н. Рериха пришло письмо:

Медлить нельзя!

«Великие перемены, происходящие сейчас в Советском Союзе, имеют огромное значение для всего мира. Под руководством М.С. Горбачева прокладывается сейчас путь к совершенно новому вселенскому сознанию, и несомненно это новое сознание овладеет в конце концов умами всех людей на Земле, всего человечества. Я с глубоким уважением отношусь к деятельности М.С. Горбачева, Н.И. Рыжкова, других нынешних руководителей страны и считаю, что для выполнения их предначертаний, для скорейшего и всемерного осуществления предназначения нашей Родины каждому из нас и всем вместе надо стремиться найти пути к более совершенному человеку. Медлить никак нельзя. Нужны каждодневные конструктивные шаги.

Достоевский говорил – “Красота спасет мир”, вернее будет сказать, что осуществление красоты в нашей жизни должно быть нашей основой. Другого пути нет. Только осознанием Красоты, только Добром, только стремлением каждый день делать что-то лучше, чем вчера, жив будет человек. Нужны светлые мысли и реальные конкретные дела. Только объединением сотрудников, мыслящих о высоком, сложатся пути в будущее.

Одним из таких объединений и видится мне Центр-Музей Н.К. Рериха. Вы спрашивали, как я его себе представляю.

Прежде всего это должен быть живой Центр. Не просто музейная экспозиция, а постоянно сменяющие друг друга выставки – картин, ремесел, детских работ, причем не только с разных концов Советского Союза, но и интернационального характера. Конечно, наряду с этим работы Николая Константиновича должны быть представлены постоянно.

При Центре может быть и лекционный концертный зал, и студии для молодых художников, и мастерские по возрождению и сохранению народных ремесел, как это уже сделано у нас здесь, в Бангалоре, в Карнатакском центре искусств. Несомненно, при Центре должна работать большая библиотека, где будут собраны книги по истории культуры, по искусству, философии России, Востока и Запада, в том числе, конечно, и работы Николая Константиновича и Елены Ивановны. Со временем я мог бы предоставить Центру и хранящиеся у меня многочисленные неопубликованные их труды. Их выход в свет, особенно на Родине, на русском языке, я уверен, весьма способствовал бы расширению сознания на пути к более совершенному, более нравственному человеку. Ведь все их писания, в конце концов, всегда предназначены были молодым людям нашей страны.

Но Центр видится мне и как научное учреждение. Задачей его, как представляется, может стать не только систематизация и изучение многогранного наследия Н.К. и Е.И. [Рерихов], но и дальнейшее развитие заложенных в этом наследии идей. Русские и Восток, Россия и Запад, народная культура, всемирные народные ценности, единство культуры человечества, ценностные ориентации, понятие о совершенном человеке, человек и природа, внутренние возможности человека, наука и религия – все это так или иначе было, конечно, затронуто в трудах Н.К. и Е.И. [Рерихов], но их подходы требуют развития в применении к нынешнему этапу всемирной эволюции.

Несомненно, Центр не сможет в одиночку справиться со всеми этими проблемами, но он может служить координирующим началом, своего рода штабом, причем международного плана.

Деятельность Центра, таким образом, будет иметь по необходимости и внутрисоюзный аспект, и международный. Как часть этого второго аспекта мне видится установление связей с обществами Рериха за рубежами Советского Союза, с Музеем в Нью-Йорке, с движениями «Знамя Мира» и «Мир через Культуру».

Штат Центра на первых порах, как мне кажется, должен быть небольшим, человек десять (научные работники – социологи, культурологи, искусствоведы, библиотекарь, секретари-машинистки), но все они, разумеется, должны отвечать самым высоким нравственным и профессиональным требованиям.

Вы спрашивали мое мнение о возможном руководителе Центра. Я со своей стороны не вижу лучшей кандидатуры, чем Людмила Васильевна Шапошникова, индолог и писатель, человек деловой, давно занимающийся этими проблемами и мне лично давно и хорошо известный.

Несколько принципиальных положений.

Я абсолютно убежден, что Центр-Музей может быть расположен только в Москве.

Все же существующие учреждения – мемориальный кабинет Н.К. Рериха в Музее искусств народов Востока, музей в Изварах, кабинет моего брата Ю.Н. Рериха в вашем институте, его мемориальная квартира – должны будут, конечно, установить рабочие связи с Центром-Музеем, но в то же время сохранять свою самостоятельность.

В этой связи резонно возникает вопрос о статусе Центра-Музея, при ком он должен быть и на какие средства существовать.

Как я Вам уже говорил, подчинение Центра Министерству культуры, а тем более Музею искусств народов Востока повело бы к неоправданному, на мой взгляд, заведомому сужению задач и возможностей Центра. Центр должен, по-моему, обладать значительной независимостью, гибкостью, возможностью функционировать поверх ведомственных барьеров, используя новые, нетрадиционные подходы, напрямую выходя на международное сообщество. Центр – это порождение нового времени, новых задач, и, видимо, необходимо учитывать опыт других организаций, возникших в Советском Союзе за последнее время, использовать этот ценный опыт во благо нового начинания.

Суть концепции Центра-Музея в том, что наиболее оптимальное его функционирование может быть в статусе общественной организации (по типу Детского Фонда).

Мне весьма импонирует идея создания общественного Фонда имени Рериха, который взял бы на себя финансовое обеспечение и общее руководство Центра. Средства Фонда (который в перспективе мог бы стать международным) на начальном этапе могли бы быть составлены из отчислений организаций-учредителей, а также из членских взносов членов обществ Рериха, о возрождении которых в масштабах СССР давно уже идет речь, и, наконец, из добровольных пожертвований граждан СССР и зарубежных стран. В дальнейшем финансовый вопрос мог бы быть частично разрешен за счет доходов Центра от издательской деятельности и концертных, выставочных и тому подобных мероприятий.

Если до достижения самофинансирования нужна какая-то основная организация-спонсор, я думаю, что эту роль лучше всего сыграл бы Советский Фонд культуры, благородная деятельность которого широко известна во всем мире. Фонд имени Рериха позволил бы выйти в международном плане на самые широкие круги интеллигенции, как правило, сторонящиеся контактов с советскими обществами дружбы. С помощью деловых кругов Фонд смог бы осуществить идею создания на территории Москвы или Подмосковья международного города мира. Из средств, полученных от тех же деловых кругов, и в тесной связи с идеей города мира Фонд имени Рериха мог бы выделить определенную сумму на присуждаемую ежегодно или раз в два года Международную премию и медаль имени Н.К. Рериха за культурную деятельность во благо мира.

Таким образом, Фонд имени Рериха и обеспечиваемый им Центр-Музей смогли бы содействовать решению важнейших задач как внутри страны, так и в международном плане. Это явилось бы толчком для других стран и закрепило бы за Советским Союзом роль первооткрывателя нового вселенского мышления.

Мне представляется это чрезвычайно важным и не терпящим отлагательства. Что касается Ваших вопросов об Институте «Урусвати», я думаю, что к ним следует обратиться на более позднем этапе, после создания в Москве центрального музея. Сейчас главное и неотложное – это создание Центра.

В перспективе мне видится, что Институт «Урусвати», где, как Вам известно, в полном порядке сохраняются уникальные коллекции, может стать индийским филиалом Центра-Музея на правах совместного советско-индийского учреждения.

Конечно, окончательное решение вопроса потребует разработки многих юридических вопросов, а также приезда для приемки коллекций группы специалистов (орнитолога, зоолога, ботаника, а также, вероятно, археолога и фольклориста), но все это вполне разрешимо. Конструктивно мы сможем подойти к этому делу только тогда, когда Центр-Музей и Фонд имени Рериха развернут свою работу в Москве» [4].

 

Многое написанное Святославом Николаевичем не было осуществлено. По ряду позиций, в том числе и в отношении передаваемого им в Москву наследия, чиновники предпочли его обмануть. Можно привести факты. Речь идет о коллекции картин Н.К. Рериха и С.Н. Рериха, которую Святослав Николаевич временно оставил для показа в СССР. В 1990 году, отправляя наследие в Москву, он определил эту коллекцию для постоянного хранения в Музее имени Н.К. Рериха. Однако коллекция осталась в Государственном музее искусств народов Востока по своеволию чиновников, у которых не возникло желания передать ее в Музей имени Н.К. Рериха. В 1992 году С.Н. Рерих в письме Президенту Б.Н. Ельцину просил вернуть его коллекцию Музею имени Н.К. Рериха. Прошло 25 лет, а ситуация с коллекцией не изменилась. За это время был такой эпизод: министр культуры М.Е. Швыдкой, собрав руководство Музея имени Н.К. Рериха в Министерстве культуры, сообщил, что эту коллекцию он не разрешит передавать ее владельцам.

В 1993 году с помощью Минкульта вышло Постановление о Музее Рерихов, в котором нам предлагалось убраться из «Усадьбы Лопухиных» и сообщалось, что, если мы будем очень просить, нам оставят разваленный флигель. К постановлению были приложены письма Н.Н. Губенко, который просил «заинтересованных лиц» решить проблему наследия Рерихов путем передачи нужным лицам. Постановление, подписанное премьер-министром В.С. Черномырдиным, полностью уничтожало Музей. Без всякой помощи мы подали иск в Высший Арбитражный Суд, и в 1995 году Музей был сохранен. Спустя некоторое время надзорной инстанцией Высшего Арбитражного Суда по просьбе министра культуры Е.Ю. Сидорова судебное решение в нашу пользу было отменено.

Затем наш сосед – Государственный музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина – с помощью всяких ухищрений «оторвал» у «Усадьбы Лопухиных» часть исторической земли – и сейчас все остается по-прежнему. Организации, уполномоченные по земельным вопросам, не хотят нам помочь и закрывают глаза на поддельные документы.

Что в этих делах самое страшное? Самое страшное, что два больших музея напали на Музей имени Н.К. Рериха. Чего этим музеям не хватало? Почему коллекция картин Н.К. и С.Н. Рерихов была превращена в экспозицию Государственного музея Востока (так с 1991 года стал называться Государственный музей искусств народов Востока)? Почему ГМИИ имени А.С. Пушкина при обилии у него помещений и территории не хватило земли, и почему именно нашей? Ответ один – потому что Музей имени Н.К. Рериха им страшен. Два прославленных культурных музея ринулись на уничтожение Музея имени Н.К. Рериха по каким-то неизвестным нам причинам. Ну, а если сказать правду? Страшно и это.

В свое время Н.К. Рерих писал о том, что музеи должны в своей работе объединяться друг с другом. Это необходимо, поскольку они представляют основу культуры. Уничтожая музей – уничтожают культуру. То, что этим занимаются прославленные музеи, – тоже страшно. Страшно не только за разрушаемый ими музей, а страшно за Культуру, которая сейчас находится не в лучшем положении. Страшно, что это разрушение – дело рук именно музеев. Как можно перенести такое? Откуда такие замашки? Кто, в конце концов, возглавляет эти музеи – являются ли они культурными людьми? Это тоже страшно.

Последние несколько лет государственные органы усилили свою деятельность против Музея имени Н.К. Рериха. Особенно яро нападает новый министр культуры – В.Р. Мединский. В результате, несмотря на наличие всех нужных документов, вопрос о нашем праве до сих пор не решен в нашу пользу. Оказывается, что мы не являемся наследниками рериховского достояния, с которым Музей работал многие годы. Полагаю, что идет подготовка к лишению МЦР наследия Рерихов, которое было официально передано ему Святославом Николаевичем Рерихом, младшим сыном Елены Ивановны и Николая Константиновича Рерихов.

И, наконец, в позапрошлом году был нанесен сильнейший удар по Музею имени Н.К. Рериха, и тот, кто это сделал, ожидает его окончательного уничтожения. В ноябре 2013 года государственными органами был разрушен без суда и следствия «Мастер-Банк», председателем правления которого был наш многолетний помощник Борис Ильич Булочник. Именно он финансировал развитие Музея. Тот, кто это сделал, определенно желал ликвидировать Музей и уничтожить ту творческую работу, которая в нем велась долгие годы. В этих обстоятельствах нам пришлось закрыть многие музейные программы и отказать нашим сотрудникам в зарплате. Нужно сказать, что многие из них, несмотря на такую ситуацию, продолжают работать, ведь именно их работа сделала Музей мировым центром, и их творчество развило его до нужной высоты. Сейчас мы стараемся любой ценой сохранить Музей и наследие Рерихов, благодаря которому он стал особым центром, главной опорой в процессе созидания в России Новой Эпохи и Нового мира. Безответственность «культурных» героев и государственных чиновников, в частности сегодняшнего министра культуры, ставит на нашем пути препятствия к продвижению по ступеням Космической эволюции. За свои действия эта темная команда ответит.

Смысл высказывания Н.К. Рериха – «разрушение музея есть разрушение страны» [5] – становится гораздо глубже, когда речь идет о наследии самого Николая Константиновича и его семьи. Государственные полуграмотные чиновники не обращают внимания на случившееся, ибо уничтожение Музея имени Н.К. Рериха усилит тьму в России и отодвинет ее лучшее будущее. Многие общественные организации сейчас приходят к нам на помощь. Они понимают, что уничтожение этого Музея допустить нельзя.

Далее читатель найдет материалы, которые помогут защитить Музей имени Н.К. Рериха, чье значение имеет не только российский, но и мировой масштаб. В их числе документы, свидетельствующие, что чиновники спокойно уничтожают собственные же Постановления. Так получилось с Постановлением Совмина о Советском Фонде Рерихов и Центре-Музее имени Н.К. Рериха 1989 года.

Это Постановление, которое поддерживало и давало возможность Музею развиваться и процветать, вопреки всем законам было исключено из обращения и оказалось забытым. Вместо него появилось Постановление 1993 года, имевшее совершенно противоположную направленность – игнорирование всех условий С.Н. Рериха и разрушение общественного Музея. Тексты постановлений помещены в раздел «Документы».

Нападки так называемых культурных деятелей на Международный Центр Рерихов и Музей имени Н.К. Рериха, их стремление уничтожить этот очаг культуры и незаконно воспользоваться наследием вызвали активные протесты и выразились в ряде публикаций в защиту. Некоторые из них приведены ниже.



[1] Рерих Н.К. Культура – почитание Света // Рерих Н.К. Твердыня Пламенная. С. 93.

[2] Рерих Н.К. О культуре и мире моление // Там же. С. 107.

[3] Рерих Н.К. Врата в Будущее // Рерих Н.К Врата в Будущее. Рига: Виеда, 1991. С. 225.

[4] Рерих С.Н. Медлить нельзя!: [письмо от 3 июля 1989 г.] // Советская культура. 1989. 29 июля. См. ил. 198.

[5] Рерих Н.К. Катакомбы // Рерих Н.К. Листы дневника. В 3 т. Т. 3. М.: МЦР, 2002. С. 52.

 

Печать E-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 110