Алтай. Шаги племен

«В пределах Алтая можно также слышать очень значительные легенды, связанные с какими-то неясными воспоминаниями о давно прошедших здесь племенах. Среди этих непонятных племен упоминается одно под именем курумчинские кузнецы. Само название показывает, что это племя было искусно в обработке металлов, но откуда и куда направилось оно? Не имеет ли в виду народная память авторов металлических поделок, которыми известны древности Минусинска и Урала? Когда вы слышите об этих кузнецах, вы невольно вспоминаете о сказочных Нибелунгах, занесенных далеко на запад».

Н.К. Рерих

 

Из Горно-Алтайска вертолет взял курс на юг и поплыл, вздрагивая и треща, туда, где за синими хребтами предгорий Алтая высились снежные пики самой высокой его вершины Белухи. В тот год лето было жарким и на Алтае горели леса. Дым стлался понизу, и я плохо различала хребты и их лесистые склоны. И только сверкающая лента Катуни, перед которой дымовая завеса оказалась бессильной, указывала направление к снежным горам. Вертолет шел невысоко, и эти снежные горы, неожиданно вынырнувшие из дымного тумана, оказались совсем рядом с иллюминаторами. За ними открылся массив Белухи – сверкающее царство снега. Она чем-то походила на гималайскую вершину, но и отличалась от нее. Очертания ее были мягче, а игра света – богаче. Вершина была двуглавой и поднималась на 4500 метров. Она графически четко вписывалась в голубизну летнего неба.

В 1926 году Николай Константинович Рерих наблюдал Белуху с земли. «Семнадцатого августа смотрели Белуху. Было так чисто и звонко. Прямо Звенигород. А за Белухой кажется милый сердцу хребет Кунь-Луня, а за ним – «Гора божественной владычицы» и «Пять сокровищниц снегов», и сама «Владычица белых снегов», и все писанное и не писанное, все сказанное и не сказанное».

Два лета, в 1974 и 1976 годах, я искала на Алтае следы Центрально-азиатской экспедиции Рериха, которая прошла здесь около полувека назад.

Нет смысла писать о тех изменениях, которые произошли на Алтае за эти годы. Они хорошо известны. И Рерих как будто предвидел их. В те трудные годы он писал о «строительной хозяйственности» и «гремящих реках, зовущих к электрификации». Но будущее для него всегда было связано с прошлым. И он изучал на экспедиционном маршруте прошлое Алтая. Эта горная страна связывала с самых древних времен Сибирь и Центральную Азию. Через Алтай проходила одна из важнейших артерий движения различных племен и народов, сыгравших большую роль в этногенезе Евразии.

 «Алтай в вопросе переселения народов является одним из очень важных пунктов, – записал Рерих в своем экспедиционном дневнике. – Погребение, уставленное большими камнями, так называемые чудские могилы, надписи на скалах, все это ведет нас к той важной эпохе, когда с далекого юго-востока, теснимые где ледниками, где песками, народы собирались в лавину, чтобы наполнить и переродить Европу. И в доисторическом, и в историческом отношении Алтай представляет невскрытую сокровищницу». Рерих писал о шагах племен, которые оставили свои следы на Алтае. Самые древние из них отозвались в палеолите, самые поздние – в XVII – XVIII веках. Петроглифы, менгиры, «бабы», курганы. Память в камне, память в земле, память в языке. Но это была память не только одного Алтая. На темной скале в Кочурлинской долине были выбиты круторогие козлы. Рерих видел такие же петроглифы в Индии, китайском Синьцзяне, потом он их увидит в Монголии. Повторявшие друг друга и по стилю и по технике исполнения, они свидетельствовали о каких-то общих путях родственных народов.

Она стоит на 381-м километре Чуйского тракта. Двухметровая стела, или менгир. Ее венчает высеченная в камне голова. Определить точно принадлежность стелы пока не удается. Поэтому до сих пор она остается уникальной, таинственной и малообъяснимой. Она стоит перед отвесной скалой, повернув свое неразгаданное лицо к восходящему солнцу. На обратной стороне стелы – рисунки: грифон и какое-то странное животное с телом лошади и оленьими рогами. Тут же высечен меч. Такие изображения делали кочевники скифской эпохи. На отвесной скале, позади стелы, опять рисунки, но несколько иные. Олени с рогами-елочками, косули, бараны, колесницы, люди. Возможно, их оставили все те же ранние кочевники, чьи курганы и менгиры идут вдоль тракта. Шаги племен... Сколько их здесь было? Скифы, гунны, тюрки. Они катились по Чуйскому тракту волна за волной на протяжении многих веков. «Проведите линию, – писал Николай Константинович, – от южнорусских степей и от Северного Кавказа через степные области на Семипалатинск, Алтай, Монголию и оттуда поверните ее к югу, чтобы не ошибиться в главной артерии движения народов». На альпийских лугах высокогорного плато, в долине реки Елангаш, культура Южной Сибири встретилась с культурой Центральной Азии. Удивительные петроглифы Елангаша были открыты новосибирскими археологами совсем недавно. Среди них особенно выделялись олени, несущие на рогах солнце. Это о них академик А.П.Окладников написал следующие слова: «Летящие в космос птицеголовые мифические олени на этих изваяниях сопровождаются изображениями литых бронзовых дисков зеркал. Каждое такое сияющее зеркало. означает солнце. И не случайно у солнечных оленей Монголии и Забайкалья зеркало-солнце вырастает прямо из ветвистых рогов, указывая тем самым на космическую природу священного зверя древних кочевников Евразии». Этим Окладников подтвердил предположение Рериха о том, что у кочевников, проходивших по Монголии, Алтаю и Тибету, существовал культ солнца.

Но не только памятники подтверждают важную роль Алтая в миграциях древних народов. Об этом говорит и богатый фольклор его народов. В староверческом селе Верхний Уймон Н.К.Рерих слышал примечательные сказания о чуди, «ушедшей под землю», о бесконечных ходах алтайских пещер, об исчезновении в этих пещерах целых племен и народов. «А как выросла белая береза в нашем краю, так и пришел белый царь и завоевал наш край. И не захотела чудь остаться под белым царем. Ушла под землю. И захоронилась каменьями». На Уймоне показывают чудские могилы, камнями выложенные. «Тут-то и ушла чудь подземная. Запечатлелось переселение народов». И еще: «Каждый вход в пещеру предполагает, что кто-то уже вошел туда. Каждый ручей – особенно подземные ручьи – побуждает к фантазии о подземных ходах. Во многих местах Центральной Азии говорят об агарти, подземном народе. В бесчисленных прекрасных легендах повествуются сходные истории о том, как лучшие люди, отягощенные предательской землей, ищут спасения в тайных странах, где они получают новые силы и мощные энергии».

Ледник у Ак-Кема

Ледник у Ак-Кема

Природа Алтая

Природа Алтая

Пещера в Усть-Кане

Пещера в Усть-Кане

Пещера у реки Черный Ануй

Пещера у реки Черный Ануй

Древние петроглифы на Чуйском тракте (381 километр)

Древние петроглифы на Чуйском тракте (381 километр)

Природа Алтая

Природа Алтая

Древнее изображение – «каменная баба» - на 381 километре Чуйского тракта

Древнее изображение – «каменная баба» - на 381 километре Чуйского тракта

Древние менгиры у реки Юстыд (Чуйский тракт)

Древние менгиры у реки Юстыд (Чуйский тракт)

Портрет женщины в алтайском национальном костюме из деревни Кулада

Портрет женщины в алтайском национальном костюме из деревни Кулада

Северо-Чуйский хребет

Северо-Чуйский хребет

Природа Алтая

Природа Алтая

Юный чабан Майманов

Юный чабан Майманов

 

ПечатьE-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 94