Н.К. Рерих

ВО СЛАВУ

Сколько растерянных статей и выписок! И не найдешь, откуда. Вот страница семнадцатая, а где предыдущие? "Не устанем твердить о сотрудничестве".

"Новая раса может зарождаться в разных частях земли. Даже не удивитесь, если отдельные проявления скажутся в самых неожиданных местах... Сеть зарождения расы разбросана по дальним окраинам. Но одна часть мира решает судьбу века. Не буду называть эту часть мира, но история всех движений достаточно отметила ее".

"Правильно судите о необходимости исхода из гнойных городов и о равномерном распределении населения планеты".

"Явление кооперации различных слоев материи характерно для Нового Мира... Сила мысли будет зовущим началом Нового Мира".

Напрасны будут старания конспектировать содержание изумительных книг, из которых взяты эти цитаты. Конспектировать их невозможно, потому что сами они сжаты до крайности, и вместо предполагаемого конспекта пришлось бы написать десятки томов трактатов. Да и не нужно это. Сказанного достаточно, чтобы встрепенулся дух человека, если он не принадлежит к теням, населяющим теперь мир – теням незнающим, теням утерявшим, в ужасной пляске заканчивающим свои дни на планете... Но устремленный Дух встрепенется и будет искать, а ищущие – всегда найдут. Но нелишне будет указать, что учуявшим Новый Мир на развалинах Ветхого нужно преобразить свое сознание и воспитать сердце на действенном добре. Чтобы ни одна злая мысль не отравила пространства, ибо мыслями человек творит. Пусть станет устремившийся на дозоре над своими мыслями, словами и поступками. Пусть он отдает себе отчет в сущности каждого своего действия – направлено ли оно к общему благу или нет?

"О священном безумии говорят Древние Учения, считайте это как противодействие против холода вычислений; считайте это как жизненное начало поверх условий мертвенности".

О дневной и ночной душе говорит Мережковский. Две души у человечества. Одна холодная, рассудочная, дневная душа – она знает точные вычисления, приборы, аппараты и узкоматериальную логику вещей. Другая – ночная. Для этой не существует обычной логики, она молча обходит ее, вернее – не замечает. Ей нет дела до железных дорог, экономических выкладок, а вся она, точно трепетное ухо, прислушивается к происходящему в глубинах сознания, где совершается брак между духом человека и Космосом. И оттуда ночная душа выносит в бодрствующее сознание внезапные прозрения, необъяснимые ощущения... Место дневной – в мозгу, ночной – в сердце. Мы называем вдохновенными безумцами, иногда – поэтами решившихся поведать нам таинственные шепоты сердца, для которых рассудок не находит оправданий. Но они, эти люди, просто чуткие. И приятно сознавать, что среди них особое место занимают русские. Русская мысль, которую, по словам Достоевского, так мучительно вынашивает русский народ, эта мысль о Новом Мире, царстве вселенской правды.

"Я носитель мысли великой, Не могу, не могу умереть", – восклицает Гумилев в ту пору, когда он в пылу боя на Германском фронте ощутил:

"Словно молоты громовые

Или воды гневных морей,

Золотое сердце России

Мерно бьется в груди моей".

Золотое сердце русское, бьющееся в миллионах, населяющих Русь, никогда не помышляло о чем-то узконациональном, шовинистическом, захватническом. Нет, оно всегда томилось неосознанными устремлениями всемирности и мечтою о храме всеобъемлющем, о граде Китеже, Новом Иерусалиме. И об этом опять поет Гумилев:

"Я – угрюмый и упрямый зодчий

Храма, восстающего во мгле..."

Не забуду, как приходил вечерами Гумилев. Как горел он о благе, о совершенствовании. Задумывал поэму о граде Китеже. Толковали о постановке ее. Может быть, он уже начинал ее, но собраны ли все его писания?

Вот и Игорь Северянин – этот совсем другой, но в существе тоже любивший народ русский. Где он? Жив ли? Помню, он назвал "универсальный Рерих" – показалось обидно, а оказалось по добру, для стиха понадобилось. Чего только не бывало?!

Жив ли Городецкий? Тоже любил и понимал народ русский. Веселый, добрый, даровитый! Хорошие с ним бывали беседы. "Ярь"! – писал я ему на обложке. С Прокофьевым предполагали затеять постановку, а теперь слушаем в убогой радиопередаче его кантаты и опять же во славу Народа Русского.

Все такие дружества и сознательно и подсознательно утверждали Русскую Великую Победу.

Говорилось и творилось во славу Русскую. Гремят Русские Победы. Кует Русский Народ Великое будущее.

К земле ухо прикладывали, в кулак даль оглядывали, шептали на песок да на ветер, и отовсюду и всячески отзвучала красная, прекрасная судьба Народа Русского.

24 февраля 1944 г.

Публикуется впервые

 

Печать E-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 269