Н.К. Рерих

ШРИ РАМАКРИШНА

Жарко и душно было вчера. Вдали громыхали грозовые тучи. От подъема на каменистое Ширет Обо кое-кто приустал. Уже на­правляясь к стану, мы заметили вдалеке огромный вяз-карагач, возвышавшийся среди окружавшей пустыни. Размеры дерева, его какие-то знакомые нам очертания повлекли к нему. Ботанические соображения подсказывали, что в широкой тени одинокого велика­на могут быть нужные нам травы. Скоро все присутствовавшие со­брались у двух мощных стволов карагача. Тень его – густая-прегустая, раскинулась более чем на пятьдесят футов. Мощные ство­лы наросли причудливыми наплывами. В богатой листве щебетали птицы, а мощные ветви протянулись во все стороны, как бы же­лая приютить всех приходящих.

На песке вокруг корней запечатлелись самые разнообразные следы. Рядом с широким волчьим отпечатались тоненькие копытца дзерена – местной антилопы. Тут же прошел и конь, а рядом с ним осталась тяжелая поступь быка. Наследили разные птицы. Очевидно, все местное население приходило под радушную листву великана. Особенно напомнил нам вяз-карагач раскидистые банья­новые деревья Индии. Каким местом благословенного схода слу­жили такие деревья! Сколько путников под ними получало отдохновения и телесные, и духовные! Сколько священных повествова­ний запечатлевалось под ветвями баньяна! И вот, одинокий ги­гант-карагач в монгольской пустыне живо перенес нас под сень баньяна. Мощные ветви карагача напомнили нам и о других могу­чих восхождениях Индии.

Подумалось о светлом гиганте Индии, о Шри Рамакришне. Около этого славного имени столько самых почтительных опреде­лений. И Шри, и Бхагаван, и Парамахамса – словом, все, чем народный глас хотел бы оказать свое почтение и уважение. Быва­ют такие самые почетные от народа пожалования именем. В конце концов, поверх наипочетнейших наименований остается одно, проникшее по всему миру имя Рамакришна. Имя личное уже об­ратилось в целое всенародное, всемирное понятие. Кто же не слы­хал этого благословенного имени? К нему так идет слово о благе. Кроме самых черствых сердец, какое же человеческое сознание будет противоборствовать благу?

Вспоминаем, как вырастало в разных странах познание свет­лой сущности Рамакришны. Вне злобных пререканий, вне взаимо­ущемлений, слова о благе, близкие каждому человеческому серд­цу, широко распространялись, как могучие баньяновые ветви. На путях человеческих исканий вставали эти зовы о добротворчестве. Мы знаем и не раз слышали, как «случайно» находились книги о Рамакришне. Елена Ивановна замечательно нашла эту первую книгу. Потом, через много лет, беседуя под радушным кровом миссии Рамакришны под Кальтуттой, вспоминалось, как нежданно-жданно мы познакомились с этим великим проповедником до­бра.

Сотни тысяч, целый миллион народа сходится в памятный день к Рамакришне. Сходится в доброжелании, поистине, добро­вольно и обновляется добрыми воспоминаниями и благожеланиями. Ведь это замечательное выражение гласа народа. Это народ­ный суд, народное почитание, которое нельзя понудить или заста­вить. Как лампады засветляются одна от другой и неистощим огонь, так и такое народное почитание не меркнет и светит через все дни современных мировых смятений.

А ведь много смятений сейчас. Казалось бы, смущен и отвле­чен дух народный от основ духовных. Справедливо часто слышит­ся плач о потрясении основ. Но этот миллион сошедшегося народа разве не является живым доказательством того, что поверх смуще­ний дня сегодняшнего живет неиссякаемая духовность и устремле­ние ко благу. В жаркий и душный день, не убоясь расстояний, сходятся путники почтить память Рамакришны. Не формальная обязанность сводит воедино всех этих разнообразных путников. Чистосердечное благое устремление повелительно приводит их к местам, запечатленным именем Рамакришны. Ведь это для наших дней так необычайно ценно. Необычайно, что среди тяжких трудов, среди сомнений, среди проникновений люди все-таки могут вспыхивать огнем светлым. Сердце их зовет сойтись вместе. Не толкаться, не буйствовать, не разрушать, но слиться единой мыс­лью о благе.

Великую силу имеет объединенная благая мысль. Как же дол­жно ценить человечество те светлые явления, которые являются побудителями этих объединительных, мощных и созидательных мыслей! Мысль о благе будет прежде всего творяща. Благо не раз­рушает – оно созидает. Словами блага выясняются те вечные ос­новы, которые заповеданы человечеству на всех лучших скрижа­лях. Если понятие Рамакришны неусыпно устремляет к творяще­му благу, то ведь это уже огромное счастье.

В дни потемок особенно драгоценен свет, драгоценны его со­хранения. В своих притчах о благе Рамакришна никогда никого не умалил. И не только в учении, в притчах, но и в самих деяниях своих Рамакришна никогда не допустил умаления. Вспомним хотя бы его почитание страстей Христовых. Ведь такие понимания тро­нут самое окаменелое сердце. Широко чувствовавший Бхагаван, конечно, обладал многими чувствознаниями. Дар исцеления он, в свою очередь, отдавал широко. Он ничего не оставил под спудом. Он исчерпывал свои силы в благословенных отдачах. И болезнь его, конечно, через эти непомерные отдачи. Но и в них, этих бла­городных несчетных отдаваниях, Рамакришна явил нам меру свою.

В разных частях света почитается имя Рамакришны, почита­ется и Свами Вивекананда, который явил лик истинного ученика. Соотношение Рамакришны и Вивекананды также останется на са­мых замечательных страницах истории культуры Индии. Не толь­ко так свойственная Индии глубина мышления, но именно всена­родно проявленное свидетельство Гуру и челы – ведь это должно так многим напомнить о чем-то очень основном. Проходят века, сменяется качество цивилизации и культуры, но Учитель и учени­ки останутся в том же благом соотношении, которое издавна было преподано в Индии. Много веков тому назад были записаны слова мудрости. Но сколько же тысячелетий до этого они жили в устной передаче. И как ни странно сказать – в передаче, может быть, более сохраненной, нежели даже иероглифы свитков. Умение со­хранить точность тоже истекает из окрепшего сознания о совер­шенствовании в применении чудесных камней прошлого для ново­го светлого будущего.

Не только неувядаемая ценность учения о благе, сказанного Рамакришною, но именно нужность этого слова и для современно­сти является несомненным. В то время, когда духовность, как та­ковая, начинает очень часто вытравляться неправильно понятыми формулами, тогда светлое созидательное утверждение особенно драгоценно. Стоит лишь справиться о цифрах изданий миссий Рамакришны. Стоит лишь вспомнить все то огромное количество го­родов, в которых люди собираются вокруг этого зова о благе. Цифры эти не нуждаются ни в каком преувеличении. Нет неесте­ственной нервности или преднамеренности в происходящих тихих и мысленно углубленных собраниях. Ведь это тоже одно из бли­жайших свидетельств истинной строительности. Все глубоко осоз­наваемое не в шуме и в смятении творится, но нарастает плано­мерно, в высшей соизмеримости.

Мысли о благе, так щедро преподанные Рамакришною, долж­ны пробуждать и благую сторону сердец человеческих. Ведь Рамакришна не отрицатель и не нарушитель. Он строитель во благе, и почитатели его должны открыть в тайниках своих истинное доб­ротворчество. Деятельно это добротворчество. Естественно претво­ряется оно в творчестве на всех добрых путях. Собираясь к памят­ному дню Рамакришны, люди не боятся пыли дорожной, не устра­шаются зноя, изнуряющего лишь тех, кто не проникся стремле­нию ко благу, к великому служению человечеству. Служение че­ловечеству – велик этот завет Рамакришны.

7 августа 1935 г.
Тимур Хада

Н.К. Рерих. Врата в Будущее

 

Печать E-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 594