Ю.Н. РЕРИХ НА РОДИНЕ

Л.С. Митусова, Санкт-Петербург

В письмах ко мне и моей сестре Юрий Николаевич мечтал: "Будет большим праздником вернуть творчество Николая Константиновича родной земле". Приезд его в Россию был для нас подлинным духовным пробуждением.

Беседуя с Юрием Николаевичем, я всегда ощущала единое целое между его научной работой, творчеством Николая Константиновича, Живой Этикой, письмами Елены Ивановны. Если бы Юрий Николаевич не был крупным ученым в области востоковедения, ему было бы гораздо труднее объяснять нам все направления деятельности своей семьи.

Прибыв на Родину, он исполнял волю Николая Константиновича и Елены Ивановны в очень трудных условиях.

Его многое удивляло в нашем воспитании, поведении. Об этом он говорил, из-за этого у него происходили анекдотические случаи, недоразумения с обслуживающим персоналом и пр.

Его очень удивляла наша неточность, неисполнительность. Когда он приезжал в Ленинград делать свои доклады, то они откладывались на полчаса, на сорок минут из-за неустроенности помещения, неготовности аппаратуры, иногда из одного зала переводили в другой. Как-то Юрий Николаевич сидел с нами в публике, и я его спросила: "Эта неорганизованность тебя очень волнует?" – "Я уже к этому привыкаю". "Как привыкаешь? И в Москве такое же?" – "И в Москве так же". Но это особенно не огорчало Юрия Николаевича. Его доклады проходили при большом стечении слушателей. Говорил он просто, точно собеседовал. Обычно так и получалось. Начинались вопросы слушателей, и доклад кончался беседой.

Когда Юрий Николаевич был в Ленинграде, в беседе с И.В.Сахаровым и со мной он говорил, что хотел бы жить в Ленинграде, но в смысле продвижения научных и организационных дел ему необходимо жить в Москве, ибо его во многом поддерживал Никита Сергеевич Хрущев.

На мой вопрос о Хрущеве Юрий Николаевич сказал, что несмотря на недостаточную образованность, он искренен.

Хочу прочесть одно из его писем:

28.XII.57.

"Дорогие Зюма и Таня,

сердечное спасибо за Ваши милые письма. Каюсь, крепко каюсь, что не ответил сразу, но все выжидал выяснения даты выставки. Выставка решена на высоком уровне, и теперь решают вопрос помещения. Своевременно сообщу. Вторая причина моего совершенно непростительного молчания – сессия китайских и монгольских ученых, проходившая в Москве в декабре, на которой пришлось принять участие. Нам было очень радостно повидать Таню и ожидаем появление Зюмы. Вчера имел письмо от брата, в котором он просил передать сердечный привет. Это письмо повезет в Ленинград мой старый друг по гимназии Влад.Серг.Люблинский. Очень постепенно наша квартира из квартиры-бивуака превращается в жилое помещение. Поздравляем с наступающим Новым годом и желаем всех благ. Имейте в виду, что Зюма могла бы остановиться у нас, если расстояние до центра не пугает. Всего Светлого!

Ваш Ю.Р."

В письмах к нам он больше писал о выставках. В одном письме: "Выставка налаживается и вообще все ближе к делу. Это письмо отвезет Андрей Владимирович Моргулин, который направляется в Ленинград для сбора картин Н.К.Рериха. Очень прошу оказать ему всемерное содействие в этом деле". В другом письме: "Настолько трудно, так много дела с выставками и со всем, что забываешь о своем малокровии и о всем остальном".

С большими трудностями была издана "Дхаммапада" под редакцией Юрия Николаевича. Пришлось отстаивать, доказывать. Ответственность была большая, и это по-видимому отняло у него много сил и здоровья. "Дхаммапада" вышла в свет в шестидесятом году. Собственно, срок сравнительно со сроком других выпускаемых книг очень малый. Вот так все шло в эти короткие годы жизни Юрия Николаевича в России.

 

Метки: МРБ

ПечатьE-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 194