Жукова Н.В.

Три наказа Учителя

Из переписки Ю.Н.Рериха и Р.Я.Рудзитиса и воспоминаний И.Р.Рудзите и Л.Р.Цесюлевича, г.Барнаул

В начале; 1960 года, незадолго до ухода, Юрий Николаевич Рерих сказал: «Моя задача выполнена». (Из воспоминаний Л.Р.Цесюлевича)

Только сегодня, спустя 30 с лишним лет, можем мы попытаться понять все величие и сложность миссии Ю.Н.Рериха.

Единственный из семьи Рерихов, он вернулся на Родину, выполняя волю Николая Константиновича и Елены Ивановны, чей жизненный путь завершился в Индии. Но Новая Страна, как называли Рерихи Россию, ждала предуказанного. Сроки настали и обстоятельства сложились. В 1958 году Юрий Николаевич писал об отце: «Даже в Индии, стране, которая тепло и бережно отнеслась к таланту русского художника, он мечтал вернуться домой. Всегда помня об этом его страстном желании, полностью разделяя его, я во время пребывания Советской правительственной делегации в Индии обратился к Никите Сергеевичу Хрущеву с просьбой помочь мне вернуться на Родину с выставкой картин отца». (Ю.Н.Рерих. На Родине, // Советская женщина. 1958. №9. С. 48).

В августе 1957 года Юрий Николаевич Рерих приезжает в Москву. Оглядываясь назад, мы видим, что тогда, в конце 50-х годов, именно Юрий Николаевич заложил те зерна, которые ныне дали свои всходы... О Рерихах в то время в России ничего не знали, мало того, при господствующей идеологии упоминать о философском, духовном направлении их творчества было просто опасно.

Донести до сердец людей весть Красоты, используя «международный язык искусства», открыть имя Николая Константиновича как великого художника – с этого и начал Юрий Николаевич. Помимо напряженной работы в Институте Востоковедения АН СССР, задача Юрия Николаевича заключалась в следующем:

1) Открыть на Родине имя Н.К.Рериха – как художника, ученого и гуманиста.

2) Передать в дар нашей стране 400 полотен отца, 999 очерков Николая Константиновича «Моя жизнь» (до сих пор полностью не опубликованных), материалы научно-исследовательского института «Урусвати».

3) Провести выставку картин Н.К.Рериха и организовать мемориальный Музей его памяти.

Используя переписку Ю.Н.Рериха и Р.Я.Рудзитиса (1898-1960) одного из ближайших сотрудников семьи Рерихов, председателя Латвийского Рериховского Общества с 1936 по 1960 «годы, поэта, переводчика, деятеля культуры, – предоставленную его дочерью Илзе Рихардовной Рудзите (членом союза художников, г.Барнаул), рассмотрим эти вопросы.

Но прежде о письмах. В Риге, в архиве Гунты Рихардовны Рудзите (старшей дочери Рихарда Яковлевича, ныне председателя Латвийского общества Рериха) хранятся подлинники писем Ю.Н.Рериха к Р.Я.Рудзитису; в Барнауле, в архиве Илзе Рихардовны – копии их. Переписка включает 6 писем Юрия Николаевича и 10 писем Рихарда Яковлевича, написанных в 1958-60 годах. Полностью эти письма будут опубликованы в «Рериховском вестнике» (г.Санкт-Петербург) в этом году.

Письма носят деловой характер; основные темы, затронутые в них, (которые мы сможем лишь перечислить), следующие: организация первой выставки картин Н.К.Рериха в Москве и других городах, подготовка выставки картин Святослава Рериха в Москве и Ленинграде – она состоялась в 1960 году. (Письма Юрия Николаевича Рихарду Яковлевичу от 16.03.59, от 8.12.59). Сообщения о готовящихся публикациях, статьях, монографиях, посвященных творчеству Николая Константиновича, альбомах, каталогах, открытках и репродукциях с его картин. (Письма Юрия Николаевича Рихарду Яковлевичу от 13.05.58, от 6.12.58, от 16.03.59, от 4.02.59, от 8.12.59). Рихард Яковлевич следит за прессой и посылает Юрию Николаевичу газетные вырезки, сам пишет статьи о творчестве Николая Константиновича, следит за ходом выставки и откликами людей. (Рихард Яковлевич – Юрию Николаевичу от 4.04.58, от 10.04.58, от 30.04.58, от 31.01.59).

Юрий Николаевич сообщает о своих многочисленных выступлениях с беседами, лекциями в музеях, институтах, по радио, телевидению, где он рассказывает о художественной, научной деятельности Николая Константиновича, о его Центрально-Азиатской экспедиции.

Юрий Николаевич-Рихарду Яковлевичу, от 13.05.58 «...Несколько раз говорил по радио; и очень много раз по музеям и институтам». От 24.12.58. «...Был в Киеве. Встретил очень теплый прием со стороны художественной общественности. Многие «болеют Рерихом». Провел три беседы. Была хорошая тел. передача, в которой показали 51 картину». От 16.03.59. «...Работы много и видимо она будет нарастать. В апреле буду в Ленинграде читать лекции в ЛГУ. Снова зовут в Киев. А осенью четыре международных съезда.»

От 8.12.59. «...Будущий год вообще обещает быть значительным. За последнее время было много знаков. Было несколько моих выступлений о творчестве Н.К. В начале года выйдет альманах, посвященный горам, в котором пойдут 5 репродукций картин Н.К., статья Н.К. «Гималаи» и моя статья...»

Первая выставка картин Николая Константиновича Рериха открылась 12 апреля 1958 года, в день Пасхи. Через семь месяцев после возвращения на Родину Юрия Николаевича. Он очень сожалел о долгих проволочках... Как все друзья ждали эту выставку! Рудзитис пишет: «Приближается долгожданная Мечта. Исторический День...» (Рихард Яковлевич-Юрию Николаевичу от 4.04.58.).

Юрий Николаевич писал в заметке «На Родине»: «В августе 1957 года я поселился в Москве. А весной следующего года в залах Союза художников открылась выставка картин Николая Рериха. Хотелось, чтобы его творчество было представлено как можно полнее. Это оказалось не так легко» Картины, которые я привез из Индии, относились к последним годам жизни художника. Пришлось собирать ранние работы отца по различным музеям и у частных владельцев. Особенно хотелось мне найти давно потерянную картину «За морями земли великие». Она отыскалась совершенно случайно. Кинорежиссер Я.Миримов, снимавший фильм о жизни отца в Ленинграде, на Печоре и в других местах, где некогда жил художник, нашел ее в экспозиции Новгородского музея. (Как вспоминает Л.Р.Цесюлевич, первый фильм о Н.К.Рерихе был снят по сценарию Ю.Н.Рериха – Прим.) В дни, когда в московских выставочных залах экспонировались картины, я смотрел на людей разных возрастов, профессий, заполнивших выставку, слушал их интересные суждения и испытывал за своего отца огромную радость».

Из письма Юрия Николаевича – Рихарду Яковлевичу от 13.05.58. «...Выставка все еще открыта, как говорят, «народ не отпускает». Действительно, все слои общества отдали должное ей. Как говорят, «грандиозный успех».

Рихард Яковлевич пишет Юрию Николаевичу 16 апреля 1958 года: «...Уехал с очарованною душою. Волна небывалая чего-то самого прекрасного, чудного, самого дорогого больше не умолкнет в сердце. Истинно, есть еще сказки на земле. Истинно, красота пробудит к подвигу зажженные сознания. Сколько искр и пламен восхищения выльется в пространство. И какой голод у молодежи по истинной красоте и крыльям духа. Когда-нибудь вы прочтете книгу записей гостей. Это истинный гимн великому подвигу красоты. В сердце чувствую, что будет сдвиг небывалый. Потому и 12 апреля считаем историческим днем. Долгожданная Мечта наконец-то осуществилась. Лучшие сердца теперь соберутся, объединятся вокруг костра подвига прекрасного. Они в своем сердце принесут священную клятву идти путем претворения идеалов Прекрасного в жизнь.

Это величайший Дар, который мы унесем, как самое сокровенное в глубине сердца!»

Рихард Яковлевич – Юрию Николаевичу, от 16.04.58 «...Второй Дар – это встреча с Вами. Сказали, что уже в прошлом году, с тех пор, как расстался с Вами, в сердце остался огонь несказанных чувств. Что-то самое несравнимое привлекало. Сердце почувствовало что-то самое Родное. Как будто какой-то магнит – тоска из отживших веков. Тут и Е.И. и Н.К. Вековечная Индия. Гималайское сияние. Заветный Тибет. Самые сокровенные струны в чаше. Преклоняюсь сердцем. Спасибо за доверие и дружбу. Жду всем сердцем новую эру неимоверного пламенного сотрудничества».

Рихард Яковлевич – Юрию Николаевичу от 18.10.58. «...Знаю, как Вы теперь напряжены, как много у Вас труда и задач. Но думаю, что в настоящее время сможем помочь скорее – сами удесятеряя свой труд и ни на мгновение не упуская из виду, по закону соизмеримости, Камертон Учения. ...Знайте, что у Вас всех есть где-то лучшие друзья, сердца которых постоянно и с любовью стремятся к Вам в желании чем-то услужить и помочь».

Выставка прошла с огромным успехом, люди стояли по 4-5 часов в очереди, заранее записывались на выставку. «Это искусство – огонь сердца», «Звезда брошена в сердце России», «Это – родник орошающий, да, Красота спасет мир!» – такие записи оставляли люди в книге отзывов. (Т.Калугина. Пути восхождения. М., Правда, 1984. С. 59).

День открытия Выставки был днем начала Новой эры в России. Юрий Николаевич был первым, кто возвестил ее – и погиб, как герой, сражаясь с тьмой. (Из воспоминаний И.Р.Рудзите).

Николай Рерих – как величайший художник, Подвижник Культуры вернулся на родину. Появились публикации стали издаваться его труды, альбомы, монографии. В последние годы опубликовано и философское наследие семьи. Рерихов – книги Учения Живой Этики (Агни Йоги). Но третья задача, стоявшая перед Юрием Николаевичем, – организация Музея Рериха, еще ждет своего завершения. Насколько этот вопрос был важен, ясно из переписки Юрия Николаевича с Рихардом Яковлевичем. Почти в каждом письме (в 5 письмах из 6) Юрий Николаевич упоминает о Музее.

От 13.05.58. «...Говорил о Музее (Москва или Ленинград) с отделом-филиалом в Сибири, на Алтае».

От 6.12.58. «...Сейчас идут очень ответственные переговоры о Музее, как в Ленинграде, так и в Сибири. Знаю, что дойдем, и эту уверенность хотелось бы передать и Вам».

От 24.12.58. «...Выставка в Киеве продлится до начала января. Затем поедет в Тбилиси, после чего предстоит организация мемориального Музея – Ленинград и Сибирь (Алтай)».

От 4.02.59. «Выставка сейчас пошла в Тбилиси. Затем вернется в Москву и затем предстоит отбор вещей на Ленинград и Сибирь (Новосибирск)».

От 16.03.59. «...Выставка закрылась в Тбилиси, где прошла с большим успехом. Теперь картины пойдут в Москву, где предстоит сортировка вещей на Ленинград и Сибирь. Возможно, что несколько вещей останутся в Третьяковке (конечно, при условии экспозиции). Последнее решение Министерства: автономная экспозиция при Русском Музее и Музей в Новосибирске... Начинаю получать письма из разных музеев с требованием картин».

От 8.12.59 «...О намерениях Вашего музея пустить некоторые картины в обмен еще не слыхал, но побеседую по линии Министерства. Делать это они во всяком случае не имеют права, так как передача картин в Музей не оформлена юридически. Об этом мне здесь говорили, и если находящиеся у них на складе картины им не нужны, их возьмет Музей им. Н. К.»

Юрий Николаевич мечтал создать Музей Рериха – спустя тридцать с лишним лет после его ухода Музея практически еще нет.

Время настало исполнить Указ.

Теперь приведем некоторые фрагменты из интервью с алтайским художником Леопольдом Романовичем Цесюлевичем, встречавшимся с Юрием Николаевичем в 1957-1960 годах.

Грани облика Юрия Николаевича Рериха

Записано в Барнауле в июле 1992 г.

Елена Ивановна сказала Юрию Николаевичу, что он поедет в Россию на три года. Он знал свой срок, но не торопился, не суетился, работал спокойно и методично. Человек жил вечностью.

Очень красивый человек. Взгляд духа... Памятка Ю.Н.Рериха – это те советы, которые с его слов записала Бируте Валушите (Литва).

Е.П.Блаватская говорила, что служить Истине и общественному мнению невозможно. Юрий Николаевич был свободен от общественного мнения. Рерихи прошли бескорыстным и бесстрашным путем. Они совершенно не считались ни со своим здоровьем, ни с репутацией, ни с общественным мнением. Для них существовало только Служение.

Юрий Николаевич был очень прост и естественен в жизни. Не было ничего нарочитого, подчеркнутого – ни в пище, ни во внешнем облике. Агни-Йога говорит о пути без насилия, пути естественном. Если человек от чего-то отказывается – делать должен это с радостью, иначе жертва напрасна. Отказ – в сознании, без насилия – радостен.

Юрий Николаевич все замечал: и внешнее, и внутреннее. Понимал прекрасно политику, экономику, знал всю жизнь. Замечал даже малые вещи, не разрешал в своем присутствии никого унижать.

Он делал других счастливыми и свободными... Зажечь других можно, если сам горишь. Он очень много не договаривал, в глазах была грусть, что люди не понимают... Ушел из жизни почти одиноким. Те, кто изучали Живую Этику, редко могли быть ему единомышленниками – они чаще всего были книжниками и проповедниками, других поучали. Юрий Николаевич всех спрашивал, нет ли еще каких-то людей. Он искал духовных людей, может быть, скромных и неизвестных».

Глаза у Юрия Николаевича – удивительной красоты, за ними видишь Мать! Как она была прекрасна! Взгляд проницательный. Голос был почти будничный, очень красивого тембра. Однажды я слышал, как Юрий Николаевич читал свое выступление на открытии выставки Николая Константиновича в Ленинграде, в Эрмитаже. Я впервые услышал его с трибуны и был удивлен – ровная, одинаковая речь, без каких-либо особых интонаций, эмоциональных всплесков – очень спокойная. Речь как бы «не духовного» человека, без повышения голоса, многозначительных пауз и т.д., к чему я уже привык и что считал нормой «духовной» речи. Какая была у Юрия Николаевича суть, такая и речь – простая и естественная. Она осталась в памяти до последнего слова. Его облик запомнился навсегда.

Юрий Николаевич был простой, жизнерадостный, веселый, не был чужд шутке, юмору. Говорил с друзьями нежно, тихо, ласково.

Но были моменты, когда в его голосе звучал металл – это был голос Тамерлана. Столяр вставлял замок в дверь в квартире Юрия Николаевича и, не доделав, решил уйти. Юрий Николаевич в это время разговаривал по телефону спокойно и ровно, но когда сказал столяру: «Еще раз проверьте...» – это был голос командующего войсками, заставлял слушаться беспрекословно. Солдаты бы любили такого командира...

Юрий Николаевич был удивительно деликатен и чуток. Он был категорически против мелких замечаний, наставлений, нотаций. Был убежден, что воспитать человека невозможно, каким родился, таким и будет. «Не религия сделала людей нравственными, не коммунизм сделает их безнравственными»,– говорил он. Когда рижане (члены Рериховского Общества) вспоминали приход большевиков в Латвию и разгром Рериховского Общества, Юрий Николаевич говорил: «Не Родина виновата, а несовершенства людей. Народы должны забыть прошлые обиды и в единении светло строить будущее.»

Юрий Николаевич был свободным человеком. Свободным в духе от догм, предписаний. Говорил языком современным. Учение не цитировал, а жил этим, воплотив его в себе.

Живя в Москве, Юрий Николаевич очень уставал. В последние годы вставал очень рано, около 5 утра, и прогуливался с сестрами Богдановыми – чтобы добыть немного Праны.

Это был человек, которого хотелось любить. Весь его облик вызывал к себе или любовь, или ненависть. У него не было поблажек к человеческим слабостям, нечестности. В его присутствии мог хорошо себя чувствовать только тот, кто чист душою.

Он все видел, все замечал, но главное – понимал суть человека. Юрий Николаевич не смотрел на идеологию, на внешние признаки, читает ли человек книги Учения, например, или нет, главное – чем человек живет! Была у него и принципиальность, но все это было тонко, без чего-то показного. В Ригу на открытие выставки он так и не приехал, так как не было приглашения от Министерства культуры, он понимал, что если приедет как сын Н.К.Рериха, то должен быть приглашен официально. Он ничего не делал кое-как. Признак человека, идущего путем Братства – нет ничего формального, все существенно, если не получается сделать качественно, то лучше не делать.

Юрий Николаевич совершенно не был проповедником, не торопился отвечать на вопросы или отвечал – как принято на Востоке – быстро, как бы между слов. И одни слышали и воспринимали (кто готов), другие же – не слышали, пропускали. О Сокровенном на Востоке не говорят..

У него было удивительное сочетание мгновенной реакции, подвижности, «орлиного глаза» и в то же время – спокойствия и равновесия.

Облик Юрия Николаевича настолько многогранен, что трудно охватить все целиком. Духом можно почувствовать этот образ: красота, сияние глаз, чудесная поощряющая улыбка (он никогда никого не осуждал) и бесстрашие, неодолимая твердость, неотступность.

Те, кто встречался с ним– любили его, он навсегда остался в памяти. Достигнувший Духа благоухает, несет жизнь и несет счастье. Встреча с таким человеком делает счастливым. Его спокойствие давало уверенность во благом будущем. В нем был синтез, он объединял все стороны человека на земном плане.

В начале 60-го года, как вспоминал Р.Я.Рудзитис, у Юрия Николаевича проскальзывало выражение, что План выполнен.

Он сделал все, что мог, в ужасных условиях: провел выставки, был снят фильм, вышли альбомы, публикации о Н. К. Было решение об издании трудов Н.К.Рериха, были найдены сотрудники (Р.Я.Рудзитдс, П.Ф.Беликов). Юрий Николаевич выполнил свою задачу. 3а жизнь не боролся, он не был нужен здесь. Почти никто не обращался с духовными вопросами. Среди людей – одиночество.

В Институте востоковедения, где работал Юрий Николаевич, вначале у него не было даже отдельного кабинета, письменный стол стоял под лестницей.

Когда Юрия Николаевича спросили, будет ли продолжение Учения, он ответил: «Учение дано на многие сотни лет вперед. До тех пор, пока человечество не претворит все – продолжения не будет».

Юрий Николаевич шел под знаменем Духа! Только тот, кто сам горит, может зажечь других.

Принесем же признательность и радость наших сердец Великому Облику, объединившему нас сегодня!

 

Печать

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 329