Юшкова Н.С., Юшков А.П.

Юрий Николаевич Рерих. Подвиг жизни

Посвящаются вдохновенному ученому-мыслителю, человеку исключительной духовной гармонии...

«Истинно чудесно, поистине прекрасно среди водоворота нашей жизни, среди волн неразрешенных социальных проблем видеть перед собою сияющие Светочи всех веков. Прекрасно изучать жизнеописания этих великих Искателей и Подвижников и находить в них укрепление нашего мужества, неисчерпаемой энергии и терпимости»[1].

«Служение проявляется в подвиге, и он возможен в каждом состоянии человечества»[2].

На примере преданных учеников можно видеть, насколько они преисполнялись ведущей идеей послужить Тому, Кто позвал их на путь Жизни. Если существование лишено подвига, то, в строгом смысле, такое существование нельзя именовать Жизнью.

«Те, кто знают, ради чего они трудятся и страдают, уже будут определенными героями. Не убоятся они опасностей, хотя и будут знать их истинные размеры... Герои знают, что их жизнь может прерваться каждое мгновение, но это знание не ослабляет напряжения»[3].

Юрий Николаевич Рерих очень любил слово «подвиг». Это непереводимое, многозначительное русское слово! Как это ни странно, но ни один европейский язык не имеет слова хотя бы приблизительного значения. Подвиг означает движение, терпение, знание. В основе этого слова – самоотверженность. Как распространенный недостаток, Юрий Николаевич отмечал, что еще «подвиг соединен с грубостью. Не уселась в сознании связь Подвига с культурой. Подвижник тот, у кого все стороны личности соответствуют его credo». Юрий Николаевич говорил:

«Надо путем науки, искусства, морали воздействовать на окружающее я поднимать энтузиазм и героизм. Надо во всем и всегда поддерживать энтузиазм, если он направлен на Общее Благо. Западные философы говорят высокие слова, но живут обыденной жизнью, и оттого Запад не преуспевает. Напротив, Восток сразу применяет в жизни. Вряд ли западным путем можно освободиться от своих ошибок. Запад советует раскаяние, но это цепь. Восток же не думает об ошибках, но сразу, всем существом, старается жить так, как надо». «Убедить личным примером»,говорил Юрий Николаевич. И сам он являл редкостный пример такой цельности. Вот что вспоминает ближайший сотрудник семьи Рерихов Павел Федорович Беликов:

«В общении с людьми, Юрий Николаевич был очень скромный человек и не выставлял своих знаний напоказ. Знания его тонули в той душевной теплоте, в той деликатности, с которой он обращался к людям. Его деликатность была не чем иным, как оружием против грубости мира. Он не считал, что подобное изживается только подобным. Если чего и опасался Юрий Николаевич, так это того, как бы незаслуженно не обидеть человека»[4].

Если мы проследим жизненный путь Юрия Николаевича, то увидим, как глубоко понималась им неразрывная связь культуры и подвига. Слово «культура» содержит в себе древний корень «ур», что означает «свет», «огонь». Потому Культура есть почитание Света, а подвиг действенное служение этому Свету.

Юрий Николаевич принял это служение во всей полноте: он стал выдающимся ученым-востоковедом – индолог, монголовед, тибетолог, знаток многих языков и наряду с этим человек замечательных нравственных качеств. Он считал главной задачей жизни – самоусовершенствование и всегда работал над самим собой прежде всего. Святослав Рерих вспоминает о своем брате. «Он всегда старался все сделать как можно лучше, как можно правильнее».

Именно следование высоким духовно-нравственным принципам позволило Юрию Николаевичу углубить и расширить научные изыскания. Широко знакомясь с культурами разных стран, Юрий Николаевич проникал во внутренний строй изучаемых им народов и находил между ними теснейшие взаимосвязи, одной из любимых тем Юрия Николаевича была проблема культурных связей между Россией и Индией. Глубокие духовные основы связывали эти народы. Так, в одной из глав сборника изречении Будды – «Дхаммападе», вышедшего под редакцией и при ближайшем участии Юрия Николаевича, сказано: «Если бы кто-нибудь в битве тысячекратно победил тысячу людей, а другой победил бы себя одного, то именно этот другой – величайший победитель в битве». Так и у христианского подвижника IV века, св. Иоанна Кассиана, находим:

«Не внешнего врага надобно нам бояться. Враг наш заключен в нас самих. Почему и ведется в нас непрестанная внутренняя война. Одержи мы в ней победу, и все внешние брани сделаются ничтожными»[5].

«Юрий Николаевич Рерих утверждал, что в потенциале русского народа лежат глубокие эстетические основы»,[6] глубоко верил в его высокое предназначение. Павлу Федоровичу Беликову запомнились его слова, сказанные им о судьбах России:

«Ни одна капля крови, пролитая в революцию или в последнюю войну, не должна быть напрасно пролитой кровью. За это мы все в ответе».

Около тридцати лет прожил Юрий Николаевич в Индии, но все эти годы он, как и его отец, продолжал оставаться истинным патриотом своей отчизны и с честью пронес через Центральную и Южную Азию знамя русской культуры. Когда летом 1941 года Германия вероломно напала на Советский Союз, он немедленно дал в Лондон телеграмму послу СССР Майскому с просьбой зачислить его добровольцем в ряды Красной Армии. Несмотря на серьезное знание военного дела (в Париже Юрий Николаевич окончил специальную Офицерскую школу, во время азиатских экспедиций он организовывал военную охрану), судьба распорядилась иначе. Юрию Николаевичу было суждено совершить подвиг не на полях сражений, но в нашей жизни, в трудах каждого дня. И тем более образ его является для нас примером, достойным подражания.

В Учении Живой Этики сказано: «Предпочтителен подвиг, выросший сознательно. Мы не очень верим подвигам случайным. Со страху можно совершить подвиг мужества... Самоусовершенствование является труднейшим подвигом... Разве далек подвиг?»

В духовных традициях как России, так и Индии – каждый праведник – это воин, совершающий подвиги. Николай Константинович Рерих говорил: «Битва за лучшее будущее не только на полях сражений». Не случайно Николай Константинович дарит Юрию ко дню рождения картину «Гэсэр-хан», созданную в 1941 году и ставшую мудрым напутствием на духовный подвиг. Вот что вспоминает по этому поводу Павел Федорович Беликов:

«Мне сразу открылась близость данного сюжета натуре Юрия Николаевича. Как и Гэсэр, он был по складу своего характера воин. Смотреть далеко вперед и быть готовым вступить в бои за лучшее будущее человечества – таким качеством наделил своего героя Гэсэра монгольский народ. Это качество в полной мере было свойственно и Юрию Николаевичу Рериху».

Вся его деятельность была устремлена в будущее, он жил будущим. Он говорил: «Мы живем в самое интересное время. Я – оптимист», «надо перекинуть мост в будущее, не надо оглядываться назад. Если ты совершил ошибку, подумай; как надо было поступить, и в следующий раз так не поступай. Не надо думать о причиненных тебе обидах. Лишь бы можно, было сотрудничать. Будущее светло, надо все ему принести».

«Неведомые! С вами говорю.

Встречая вместе новую Зарю,

Поем ей гимн на разных языках.

К Истоку подходя издалека,

Объединяемся вокруг мечты одной —

В сиянье Красоты

облечь наш мир земной!»[7]

«Стремление всего живущего к совершенствованию, то есть к замене несовершенных и примитивных форм жизни на более совершенные, есть, в сущности, стремление к красоте. Мироздание развивается красотою, и совершенствование жизни своей конечной целью имеет красоту. Совершенства вне красоты не может быть... Красота как могучая сила действует облагораживающим, возвышающим и умиротворяющим образом на все живущее. Красота покоряет все сердца... Красота вызывает в каждом человеке высокие эмоции и светлые порывы»[8].

Эта внутренняя красота была тем магнитом, который притягивал всех, общавшихся с Юрием Николаевичем. Так, Николай Тихонов вспоминает: «Юрия Николаевича Рериха я знал очень мало..., но несколько встреч с ним запомнились, и в этих встречах я полностью ощутил его необыкновенное воздействие на окружающих... Какая-то молодость мыслей, какая-то свежесть идей, какое-то веяние мира, влекущие человека на новые высоты просвещения и знания, нам неведомого, говорили о чем-то возвышенном, очень человечном и нужном... В обычной комнатной обстановке, он, при всей своей скромности, был необычным»[9].

Как все явления жизни имеют видимую и невидимую стороны, так каждое понятие – многогранно. Служение и подвиг понимаются людьми различно, и в каждом случае это будет иметь свой особый смысл. Как нам представляется, к жизненному пути Юрия Николаевича наиболее подходит следующее определение служения:

«Служение – несение света в своей ауре. Никакие дела, слова, условия не сделают служителя света таковым, если аура не светоносна. Миссия в том, чтобы излучениями своими вносить свет в жизнь. Такой подвиг называется молчаливым. Если светоносец только прошел среди людей, не промолвив ни слова, он уже пользу принес»[10].

Так, Андрей Николаевич Зелинский вспоминает: «Юрий Николаевич был поистине человеком большого пламенного сердца, которому было чуждо равнодушие к жизни и людям. Общение с ним не только обогащало научно, но и будило в каждом лучшие стороны его натуры».

Юрий Николаевич верил в будущее науки, но рассматривал ее в тесном сотрудничестве с культурой и искусством. Павел Федорович Беликов писал:

«Будучи историком культуры, изучая историю религий, Юрий Николаевич придерживался научного мировоззрения, отличительной чертой которого было самое широкое допущение всего нового. Отрицание и узость, где бы они ни проявлялись, – в науке или в религии, – были ему абсолютно несвойственны».

«Теперь единственный путь современного человека – это знание, говорил Юрий Николаевич. – Все дело теперь за наукой. Наука должна дать ответ на тонкие явления»[11].

Юрий Николаевич, как и его отец, знал, что «наиболее идеальное является и наиболее практичным»[12], он вновь внес понимание подлинной связи науки и духовности. Всей своей жизнью он воплощал завет Гераклита: «Многознание уму не научает». Ведь ум растет у человека из сердца.

В Учении Живой Этики сказано: «Трудно усвоить людям, что мысль имеет то же воздействие, как и поступок...»1[13] «Вообще нужно привыкнуть, что мысль властвует над судьбою человека»[14]. Этот закон простейшим образом выражен в хорошо известном изречении:

«Посеешь Мысль – пожнешь поступок, посеешь поступок – пожнешь привычку, посеешь привычку – пожнешь характер, посеешь характер – пожнешь судьбу».

Примером целеустремленного воплощения этих великих принципов была сама жизнь Юрия Николаевича Рериха. Он считал, что прежде чем добиваться чего-то, необходимо четко представить себе, чего именно ты хочешь. И тогда, как сказано в Учении: «В удаче и в неудаче человек неуклонно стремится к избранной цели. Вне ее нет продвижения. Из такого убеждения складывается подвиг... Каждый, улучшающий качество труда своего,ужесовершает подвиг»[15].

Осенью 1957 года свершилась заветная мечта Юрия Николаевича – он возвратился на Родину. За два с половиной года напряженной работы он успел сделать очень многое. Можно только догадываться о невероятных трудностях, которые ему приходилось преодолевать, но Дух его постоянно пребывал на недосягаемых высотах и черпал оттуда свои силы.

«Небо с землёю...

растаяли тихо границы...

Все Красотою одною победной полно;

Сон наяву,

ароматный, сияющий, снится...

Вечное счастье

лететь в Беспредельность дано!»[16]

За три дня до ухода Юрия Николаевича, Павел Федорович Беликов был у него, беседовали, говорили о планах на будущее. Он вспоминает: «Помню, как я подошел к репродукции с картины Николая Константиновича «Ангел Последний», и Юрий Николаевич поведал мне историю возникновения этого сюжета. На картине изображен «последний суд» и объятая пламенем Земля. Я спросил: «Неужели из-за последних достижений в науке наша планета не заслуживает лучшей доли, нежели быть расколотой пополам атомным взрывом?» – «Нет, этого не должно случиться! Здравый смысл восторжествует, и опасность будет отведена!» – послышался категорический ответ Юрия Николаевича[17].

Эту непоколебимую веру в светлое Будущее передал нам Юрий Николаевич. Вспоминаются строки из любимого им русского поэта – Алексея Константиновича Толстого:

Други, вы слышите ль крик оглушительный:

«Сдайтесь, певцы и художники! Кстати ли

Вымыслы ваши в наш век положительный?

Много ли вас остается, мечтатели?

Сдайтеся натиску нового времени,

Мир отрезвился, прошли увлечения –

Где ж устоять вам, отжившему племени,

Против течения?»

Други, не верьте! Все та же единая

Сила нас манит к себе неизвестная,

Та же пленяет нас песнь соловьиная,

Те же нас радуют звезды небесные!

Правда все та же! Средь мрака ненастного

Верьте чудесной звезде вдохновения,

Дружно гребите, во имя прекрасного,

Против течения!..

Други, гребите! Напрасно хулители

Мнят оскорбить нас своею гордынею —

На берег вскоре мы, волн победители,

Выйдем торжественно с нашей святынею!

Верх над конечным возьмет бесконечное,

Верою в наше святое значение

Мы же возбудим движение встречное

Против течения!»[18]

Павел Федорович Беликов вспоминает: «Мне навсегда запомнились слова Святослава Николаевича, сказанные им по случаю скоропостижной кончины брата: «Он ушел из жизни, полный творческих сил и неосуществленных планов. Когда-то такой же неожиданной для нас была и смерть отца. Но потом мы поняли, что быть может, так и следует оставлять жизнь, т.е. уходить из нее на подъеме своих возможностей; уходить, так сказать, на гребне волны. Подхваченные другими, все начатые дела будут продолжены»[19].

«Елена Ивановна пророчески напутствовала Юрия Николаевича. Перед своим уходом она сказала: «Когда покажется новая звезда, тогда время поездки». Перед отъездом из Индии Юрия Николаевича, действительно, видели новую звезду. А по приезде в Россию он прочитал сообщение в газете, что ученые зарегистрировали появление новой звезды»[20].

«Звезда Исканий – ты пылала,

Вела и трепетно звала,

Таинственные покрывала

Искателям приподняла...

И были новью осиянны

Для смелых душ твои дары:

Здесь на Земле – чужие страны

И в Небе –

дальние миры!»[21]

Елена Ивановна Рерих писала: «Вы полюбили книги Учения и тем приняли Зов. Но приношение подвига требует, кроме принятия Зова, и великой работы над собою... Истинно, велик подвиг внесения Учения в жизнь каждого дня, в давании радости и просвещения окружающим и встречающимся нам. Разве не велик подвиг – работа по самоусовершенствованию для благого воздействия на окружающих и в светлой готовности применить силы свои там, где явится возможность...»[22], «там, где понятие героя является чем-то смешным и даже неприличным, там разложение. По этому признаку можно судить о дряхлости нации... Пришло время, когда мы все должны стать героями и творить героев»[23].

«Над нами те ж, как древле, небеса,

И так же льют нам благ свои потоки,

И в наши, дни творятся чудеса,

И в наши дни являются пророки...»[24]


[1] Н.К.Рерих. Держава Света.– Нью-Йорк: изд-во «Алатас», 1931. – С.174.

[2] Надземное. – Л., 1991, п. 126. ,3. Надземное. – Л., 1991, п. 130.

[3] Надземное. – Л., 1991, п. 130.

[4] Т. Калугина. Пути восхождения.– М., 1984.– С.60 (Б-ка «Огонек»; № 44).

[5] Добротолюбие, т.2.– М., 1913.– С.28.

[6] Рудзите-Цесюлевич И. Р., Цесюлевич Л. Р. Деятельность и взгляды Ю.Н.Рериха по материалам встреч и переписки с ним Р. Я. Рудзйтиса, сотрудника Рерихов. // Рериховские чтения 1983 г.: Сб. статей.– Новосибирск, 1983.– С.350.

[7] Н.Д. Спирина. Капли: Сборник стихов.– Новосибирск, 1990, С. 19.

[8] А. Клизовский. Основы миропонимания Новой Эпохи. Т. 2.– Рига, 1991.– С. 121.

[9] Ю.Н.Рерих. По тропам срединной Азии. – Хабаровск, 1982.С.286-287.

[10] Из записей Б. Н. Абрамова (архив Н. Д. Спириной).

[11] Т.Калугина. Пути восхождения.– М., 1984. – С.37.

[12] Н.К.Рерих. Пути благословения.– Рига, 1924.– С.88.

[13] Листы Сада М. Т. 2.– Рига, 1925.– С.207.

[14] Братство.– Рига, 1937, п.335.

[15] Надземное.– Л., 1991, n.L74.

[16] Н.Д. Спирина. Перед Восходом: Стихи разных лет. – Новосибирск, 1992.– С.46.

[17] Т.Калугина. Пути восхождения.– М., 1984.– С.40.

[18] А.К. Толстой. Избранное. – М., 1986– С.60-61.

[19] Т. Калугина. Пути восхождения. – М., 1984. – С.42.

[20] Из бесед Ю.Н.Рериха с Р. Я. Рудзитисом от 28.08.57 г. (архив И.Р. Рудзите).

[21] Н.Д. Спирина. Перед Восходом: Стихи разных лет. – Новосибирск, 1992. – С.87.

[22] Е.И. Рерих. Письма. Т. 1. – Рига, 1940. – С.363.

[23] Е.И.Рерих. Письма. Т. 1. – Рига, 1940. – С.195.

[24] В. Бенедиктов. И ныне. // Как слово наше отзовется. М., 1986.– С.420.

 

ПечатьE-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 129