7. Е.И. Рерих, Н.К. Рерих – С.Н. Рериху

3 февраля 1940 г.

Дорогой наш любимый Светуня, такая радость была вчера получить твое писание из Тривандрума. Ты себе представляешь, как мы, собравшись в столовой, читали и порадовались, что твое местожительство в чем-то напоминает тебе Сюэрету. Знаем, что ты «доволен и шум базара не доносится к тебе». Слышу и утверждения об успешности твоей работы. Знаем, что все твое окружение, начиная от верхов, тебе близко. Антон Федорович навестил в Лагоре Скринов, они встретили его чрезвычайно приветливо. Он был совсем растроган. Она восторгалась папиными и твоими картинами на первой выставке в Тривандруме и, по-видимому, искренно. Он и она собираются приехать в апреле в нашу долину и побывать у нас. Они в ужасе от портретов рани Манди и других, которые они видели. Между прочим, она прекрасно отзывалась о премьер-министре А. Советовала сделать набросок с его интересной головы. От Оака получили телеграмму о продаже только одной маленькой картинки за 250 рупий, ни о каких других предложениях он не сообщил. Несомненно, что если бы при картинах был заинтересованный человек, результаты были бы иные, ибо Оак даже не потрудился сообщить нам о предложениях, о которых ты пишешь. Вероятно, как почетный секретарь и занятой человек, не мог слишком много времени уделять выставке. Это поучительно на будущее время. Скажи Кузенсу, что мы его письмо получили, в котором он предлагает половину отчисления передать Равалу. Но скажи ему, что Общество берет 12%, остальное же так мало, что если он хочет передать Равалу, то пусть лучше сделает сам. Если бы произошло нечто существенное, то и следствия были бы существеннее. Странно, что Оак не прислал никаких рецензий. И единственно мы получили от Тампи вырезку из «Таймс оф Индиа» с воспроизведением Канченджунги. С благожелательной, но курьезной заметкой о Гималайском отшельнике. Поблагодари Тампи за эту присылку и скажи ему, что я получил посланные им экземпляры «Кочин Аргус» (статья «Рамакришна») и «Мисс Индия» (статья «Дягилев»), а также статью «Делэй» [1] в «Олд Коллэдж». О пакете от Лефранка из таможни все еще не слышно, но счет на 2200 франков уже пришел. Удалось ли тебе купить в Бомбее угли и холст? Когда будешь проезжать Бомбей, не следует ли тебе заехать к американскому консулу и на всякий случай выяснить с ним визные вопросы? Также не побываешь ли ты в «Америкэн Экспресс» и не спросишь ли, взялись ли они переправить в Америку ящик со всякими остатками от «Фламмы»? Если на это надо разрешение, то, может быть, они могут его и достать. Побывать в «Америкэн Экспресс» вообще не мешает, ибо за исчезновением «Макинена» этот путь останется единственным на Америку. Если ты уезжаешь из Тривандрума в середине февраля, то последнее наше письмо отсюда может быть выслано 7 февраля. Потому сообщи нам телеграммой, когда именно предполагается твое продвижение. Хайдерабад по-прежнему указывается и ожидается большой успех от посещения Аджанты, Эллоры и пр. Письмо к Акбару пошлем отсюда дня через три, тогда же пошлем письма и Сторку и Ватсону. Конечно, передай наши приветы Кузенсу и Тампи. Передал ли ты Тампи мое письмо к нему, а то он уже удивляется, что не был извещен о твоем приезде. Но ведь мы не знали, насколько Кузенс его хотел заблаговременно извещать.

Теперь наши новости: выпал снег, довольно обильный, еще лежит, но сильно тает. Кесанг с карликом убежали в Дарджилинг, Лобзанг нагнал их в Кулу и привел обратно Кесанга, а карлик заявил, что возвращаться не намерен. Вот такие-то наши новости. Антон Федорович очень доволен своими новыми зубами. Лама еще не приехал. Миссис Махон упала на камень и получила глубокий разрез на ноге, пришлось зашивать рану, и при этом доктор сделал три вспрыскивания, новокаин при зашивании, также против тетануса [2], что вызвало у нее припадок астмы, и пришлось дать третье вспрыскивание от сердечного припадка. Она еще не ходит, но чувствует себя уже лучше. Девочки были в восторге от полученного письма. Вполне понимаем, что Адиар тебе не понравился, давно Сказано, что одни стены остались. Тампи пишет, что брат его видел Бринтона и тот будто бы чрезвычайно высоко говорил о наших картинах. Подрамники, тобою указанные, будут сделаны.

Родной мой Светуня, продолжаю слышать о хорошем времени для тебя и потому радуюсь и спокойна за мое сокровище. Ты и представить не можешь, как ждем твоей весточки, все очень было пригорюнились, не получая ничего с дороги. Также очень оценили твое желание скорее вернуться. Но, конечно, раз так далеко заехал, следует использовать все возможности и посетить интересные места. Посылаем тебе письмо от Катрин, но следующее уже, вероятно, не застанет тебя в Тривандруме. He забудь протелеграфировать, когда выезжаешь и куда тебе писать. Все мы крепко обнимаем тебя и постоянно держим тебя в сердце. Птенчик мой родной, береги себя.


[1] «Промедление».

[2] Столбняк.

 

ПечатьE-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 232