Творческое наследие Ю.Н. Рериха и мировоззение евразийцев

А.В. Иванов,
доктор философских наук,
профессор Алтайского государственного
аграрного университета,
Барнаул

 

1

Евразийское движение оформилось в среде белой эмиграции в 20-е годы прошлого века. Истоком евразийских идейных исканий стала попытка по-новому, с учетом горького исторического опыта гражданской войны, взглянуть на сущность и цивилизационную миссию России и наметить пути ее национального возрождения, опираясь не на идеологические догмы (коммунистические и буржуазные), а на последние достижения естественных и гуманитарных наук. Лидерами и вдохновителями евразийства выступили крупнейшие русские ученые: лингвист и культуролог Н.С.Трубецкой (сын выдающегося русского философа и общественного деятеля С.Н.Трубецкого), географ и экономист П.Н.Савицкий, историк Г.В.Вернадский (сын знаменитого В.И.Вернадского), правовед Н.Н.Алексеев, культуролог и теоретик музыки П.П.Сувчинский и целый ряд других видных деятелей русской науки и философии.

В течение 1920-х годов кружки и семинары евразийцев существовали практически во всех крупных европейских столицах, где жили эмигранты из России, – в Софии и Берлине, Париже и Праге. Ими издавались многочисленные книги, газеты и журналы, читались циклы лекций, посвященные евразийской проблематике. Евразийцы хотя и вели довольно интенсивную полемику с представителями православно-монархических и либерально-демократических эмигрантских кругов, но считали себя не столько политическим движением, сколько духовным орденом , призванным сформулировать положения нового, примиряющего белых и красных синтетического мировоззрения и сформировать костяк будущей российской управленческой элиты, которая могла бы обеспечить целостное и поступательное развитие России после краха ортодоксального большевизма. Ими же, еще в середине 1920-х годов, была предсказана неизбежность распада единого евразийского геополитического пространства на множество национальных государств в случае крушения идеологии пролетарского интернационализма и отсутствия объединяющего евразийского мировоззрения, способного его заменить.

Как идейное течение, евразийство не было чем-то однородным: ряд изначально примкнувших к нему мыслителей впоследствии от него отошел (историк П.М.Бицилли, философ Л.П.Карсавин), а некоторые превратились в ярых критиков евразийского мировоззрения, как, например, богослов Г.В.Флоровский, введший в идейный оборот расхожий штамп «евразийский соблазн». С конца 1920-х годов начинается политический раскол внутри евразийства. Парижская группа, издающая газету «Евразия», все более и более переходит на откровенно просоветские позиции (не без активного влияния ГПУ). Это вызывает у главных теоретиков евразийства, живущих в Восточной Европе, – Трубецкого, Савицкого и Алексеева, решительные возражения, ибо, объективно оценивая положительные достижения советской власти (сохранение территориальной целостности и независимости России-Евразии, принцип федерализма в государственном устройстве, справедливое решение национального вопроса, введение плановых начал в экономике), они категорически не приемлют в большевистской России ни пролетарский интернационализм в политике, ни воинствующий атеизм в сфере духовной культуры, ни подавление частной инициативы в хозяйственной деятельности. Нарастающие идейные разногласия приводят к постепенному затуханию евразийского движения и его идейной дискредитации в молодежных кругах русской эмиграции. Гитлеровская же оккупация Европы фактически прерывает всякие контакты между евразийскими центрами и его крупнейшими теоретиками.

Судьбы последних были довольно трагическими. Князь Николай Трубецкой скоропостижно умирает в 1939 году во время нацистской оккупации Чехословакии. Вернадский еще до войны уезжает работать в Америку, где основывает отделение русистики Йелльского университета. Савицкий все годы войны живет в Праге под постоянным контролем гестапо, а после ее освобождения попадает на 10 лет в сталинские лагеря за антисоветскую деятельность. Освободившись в середине 50-х годов, он возвращается в Прагу. Алексеев сражается в рядах югославского сопротивления, а после войны – живет и преподает в Австрии в качестве профессора теории государства и права. Сувчинский навсегда оседает во Франции, приобретя славу одного из крупнейших французских музыкальных критиков.

На первый взгляд может показаться, что евразийское движение потерпело полное политическое и идейное крушение, не будучи востребованным ни эмигрантскими, ни советскими кругами и практически не оставив после себя учеников и научной школы. Однако судьба великих идей бывает весьма причудливой и никому не дано знать, в каком историческом контексте и чьими усилиями им суждено будет триумфально возродиться. В сфере Духа все решает отнюдь не количество, а качество: качество как самих идей, первоначально неизбежно превосходящее средний уровень человеческих сознаний, так и личные качества их немногих творческих носителей.

Так, едва ли не единственным учеником Савицкого, которого он обрел в сталинских лагерях, стал Л.Н.Гумилев. Однако именно он передал живую эстафету евразийства от его отцов-основателей нынешним поколениям российских исследователей и обогатил евразийское учение новыми гранями, по праву став крупнейшим теоретиком этнологии вообще и знатоком евразийских этносов в частности. Наряду с Л.Н.Гумилевым виднейшим популяризатором и оригинальным продолжателем идей евразийства в СССР в 1960–70-е годы стал отечественный критик, литературовед и историк В.В.Кожинов. Сегодня же на позициях евразийства стоят многие отечественные литераторы, философы, историки и политологи. Понятия «Евразия» и «евразийство» – непременный атрибут современной политической лексики и предмет довольно интенсивной теоретической полемики, в которой участвуют не только отечественные, но и многочисленные зарубежные авторы [1]. Налицо также попытки исказить и подменить подлинный дух евразийства совершенно произвольными идеологическими построениями с явной ориентацией на современную политическую конъюнктуру, как это свойственно, например, многочисленным писаниям и декларациям «традиционалиста» А. Г. Дугина.

Все это позволяет констатировать, что евразийство – не музейный экспонат, а действующая система весьма глубоких и перспективных идей. Их настоятельно необходимо знать сторонникам Учения Живой Этики, ибо члены семьи Рерихов не только были лично знакомы с некоторыми видными деятелями евразийского движения, но, без сомнения, разделяли их ключевые идеи. Более того, система взглядов семьи Рерихов на Россию и на ее место в мировой цивилизации по сути является совершенно евразийской. Что же касается взглядов Юрия Николаевича Рериха, то его можно с полным основанием считать крупнейшим носителем евразийской идеи в советский период, внесшим не только колоссальный вклад в укрепление советской востоковедческой науки, но и стимулировавшим интерес к научному уяснению огромной роли восточных начал в бытии России-Евразии.

 

2

Каковы же ключевые идеи евразийцев [2, гл. II], пересекающиеся с мировоззрением семьи Рерихов и особенно с идеями Юрия Николаевича Рериха?

Прежде всего, налицо несомненная перекличка общеметодологических установок в наследии евразийцев и Рериховском наследии. Для евразийцев, начиная с программной работы Н.С.Трубецкого «Европа и человечество» совершенно неприемлема позиция европоцентризма в понимании истории и культуры, когда европейская история выдается за стержневую линию всего исторического процесса, а европейская культура почитается за вершину развития всей мировой цивилизации. Для евразийцев, как и для Рерихов, история Востока и история России не менее ценны, чем история Европы, а всякая попытка какую-то культуру рассмотреть как высшую – не выдерживает никакой критики. Такая порочная методологическая установка ведет к явной ненаучности подходов и способна лишь перессорить народы между собой. Отсюда следует вторая, общая для евразийцев и Рерихов, методологическая максима: история должна быть синтетической наукой в двояком смысле. С одной стороны, она призвана объединять народы, вскрывая их глубинные исторические связи и общие корни; а, с другой, сами методы исторической науки должны носить синтетический характер, предписывая исследователю-историку принимать во внимание не только данные своей науки и близких ему гуманитарных дисциплин, но смело привлекать также и идеи естественных наук. Так, при обосновании своих исторических идей евразийцы активно использовали данные не только собственно истории (Г.В.Вернадский), но также филологии, этнографии и культурологии (С.Н.Трубецкой), истории государства и права (Н.Н.Алексеев), физической и экономической географии (П.Н.Савицкий). Везде они делали упор на историческом и культурном единстве различных этносов многонациональной России-Евразии: славян, угро-финнов, монголов и тюрков. «Над Евразией веет дух своеобразного братства народов» , – писал П.Н.Савицкий в одной из своих программных работ «Географические и геополитические основы евразийства». Буквально ту же самую мысль высказывает и Ю.Н.Рерих в работе «Культурное единство Азии», и под его словами, без сомнения, подписались бы все теоретики евразийства: «В поисках единства нам не следует забывать уроки прошлого, но, напротив, следует тщательно оберегать остатки былого единства и везде, где возможно, разжигать заново священный огонь культурного единения, культурного обмена, который когда-то принес человечеству благие плоды и которого так недостает нашему современному миру» [3, с. 27].

Стержневой идеей евразийцев, на которую «нанизываются» все их остальные теоретические положения и эмпирические обобщения, является обоснование того факта, что Россия представляет собой особый евразийский культурно-исторический мир (показательно, что в наследии Е.И.Рерих встречается близкое словосочетание «культурно-географический мир»), лежащий на перепутье между Востоком и Западом, выступающий в роли культурного «связного» между ними и органично впитывающий их достижения, но при этом обладающий ярко выраженными своеобразными чертами, вытекающими, в частности, из природно-климатических особенностей евразийского культурного ландшафта. По мысли евразийцев, у лесо-степной России-Евразии, колыбели тысячи племен, есть великое историческое прошлое, но есть и великая задача в будущем – используя тысячелетний опыт мирного сосуществования евразийских народов, способствовать общемировому культурно-политическому единению . Но ведь именно на этом евразийском потенциале мирного культурного сотрудничества и духовного синтеза делают акцент и Рерихи, когда связывают спасение планеты с «Новой страной» (с Россией-Евразией) и с трудами «Ивана Стотысячного».

Величайшей заслугой евразийцев является то, что они подвергли радикальному переосмыслению роль кочевых этносов в формировании российской государственности, доказав то большое положительное влияние, которое оказали на нее монгольские традиции государственного управления, организации армии и почтовая связь. «Монгольское наследство облегчило русскому народу создание плоти евразийского государства» , – писал в работе «Начертания русской истории» Г.В.Вернадский [4, с. 106]. Рерихи, несомненно, были знакомы с этими историческими идеями евразийского движения и разделяли их. В частности, Ю.Н.Рерих в течение многих лет вел переписку с Г.В.Вернадским и весьма высоко ценил его попытки написать историю России с евразийских методологических установок. А что касается его взглядов на роль монгольских племен в становлении евразийской государственности, то следующие его слова почти буквально перекликаются с выводами Вернадского: «Говоря о Монголии, мы всегда должны помнить, что современная Монголия – это прямой потомок ряда великих народов и племен, пожертвовавших собою ради создания обширных империй, и что ее судьба – это путь Завоевателей» [3, с. 315]. В советский период своей жизни Ю.Н.Рерих, как известно, познакомился с Л.Н.Гумилевым. Двух великих евразийцев – помимо общности учителей и подходов к истории – объединяла искренняя любовь к истории и культуре монгольского народа, одного из ключевых этносов Евразии, игравшего и продолжающего играть в ее судьбе исключительно важную роль. Дружбу с братским монгольским народом они считали необходимым условием геополитической стабильности и экономического процветания всего евразийского пространства. Это завещание великих евразийцев было забыто в последние годы, и только сейчас начинается восстановление традиционных культурно-экономических связей между Россией и Монголией.

Несомненны также близость взглядов Ю.Н.Рериха и евразийцев на роль Сибири в существовании России-Евразии, а также то особое внимание, которое они уделяли Алтайскому региону. Так, П.Н.Савицкий установил следующую любопытную эмпирическую закономерность в работе «Миграция культуры» [5]: существует тенденция неуклонного смещения культурных центров цивилизации из районов более теплых в районы со все более низкими годовыми температурами: Египет и Вавилон (среднегодовая температура + 20); Афины (+17); Рим (+15); Франция и Византия (+15); Англия, Германия и Скандинавия (от +10 до +6); Москва (+3,9). Экстраполируя эту тенденцию, Савицкий предсказал в будущем расцвет США, Канаде, а также Сибирскому региону в той его части, где среднегодовые температуры не падают ниже 0 градусов по Цельсию, т.е. это регион Западной и Юго-Восточной Сибири. Тот же Савицкий особое внимание уделял Алтаю как колыбели кочевых народов и нераскрытой археологической сокровищнице [6]. В свою очередь, хорошо известно, что писали Рерихи о Сибири, – о тех сокровищах, которые хранятся под ее вечной мерзлотой и многометровыми северными льдами; знаем мы также, какое внимание они уделяли сердцу всего евроазиатского материка – Алтайскому региону, где ныне сходятся границы четырех крупнейших евроазиатских государств (России, Казахстана, Китая и Монголии) и где необходимо утвердить принципиально новую, общую для всего региона стратегию развития [7], нацеленную на сохранение и рачительное – ноосферное – использование уникального биосферного потенциала алтайских гор, лесов и степей.

Тема «Движение евразийцев и Рерихи» нуждается в дополнительных архивных и теоретических исследованиях, однако уже сейчас можно твердо констатировать близость мировоззренческих установок евразийцев и семьи Рерихов по крайней мере еще в нескольких ключевых пунктах:

- критика западной - механистической и техногенной - модели цивилизационного развития, приведшей мир к глобальному кризису. Акцент на необходимости возвращения к традиционной мудрости Востока и народов евразийского культурно-гео- графического мира;

- подчеркивание роли духовных начал в жизни общества, в том числе и в сфере материальной деятельности человека. Так, в своей работе «Хозяин и хозяйство» П.Н.Савицкий разводит западную экономику и традиционное евразийское хозяйство, доказывая, что подлинный рачительный хозяин, в отличие от предпринимателя, никогда не ориентируется на получение денежной прибыли любой ценой, а заботится о гармоничном воспроизводстве человека – субъекта хозяйственной деятельности, а также окружающих природных условий существования. Культ «экономического человека» (homo economicus) является, по мнению Савицкого, настоящим проклятием западной цивилизации, забывшей об истинной иерархии ценностей. Буквально ту же мысль можно найти у Е.И. и Н.К. Рерихов, утверждавших, что экономика сама по себе – это «тело и брюхо» цивилизации, и она никогда не строила истинной культуры. Сугубый акцент на экономике и технизации жизни представляют явную угрозу духовным и природным основам человеческого бытия;

- объективная оценка советской власти в единстве ее положительных и отрицательных моментов. И евразийцы, и все члены семьи Рерихов являют собой образцы подлинного патриотизма, чуждого национальному самолюбованию и бесплодному критиканству. Они сумели увидеть тот гигантский потенциал исторического творчества евразийских народов, который раскрепостила советская власть; но при этом они никогда не одобряли насильственные методы построения «светлого будущего» и подавления духовной устремленности человека к высшему и надземному. Атеизм, да еще принудительного характера, вызывал у них чувство глубокого негодования и отторжения.

Вместе с тем, евразийское мировоззрение семьи Рерихов преодолевало некоторые слабые стороны мировоззрения евразийцев, и прежде всего их гипертрофированный этатизм, то есть переоценку государственно-централизованных начал в жизни того или иного народа, и, напротив, явную недооценку ими общинно-вечевых начал в жизни России-Евразии. Другим слабым элементом в мировоззрении евразийцев можно назвать абсолютизацию ими роли православной церкви в русской культуре. Правда, следует уточнить, что эта фундаментальная роль церкви лишь декларировалась в ряде евразийских работ и выступала скорее как естественная реакция на большевистские гонения против религии и священнослужителей, нежели как детально продуманная и обоснованная теоретическая позиция. Здесь идеи Ю.Н.Рериха об огромной позитивной роли буддизма в становлении восточной и евразийской культур могут рассматриваться как существенный вклад в разработку духовных основ современного евразийского мировоззрения [3].

В целом же точек схождения между учением евразийцев и мировоззрением семьи Рерихов значительно больше, нежели различий, что должно стимулировать сторонников Учения Живой Этики поглубже ознакомиться с богатым и по сей день весьма актуальным идейным наследием евразийского движения.

 

ЛИТЕРАТУРА

[1] В частности, в Турции с 2000 года издается журнал «ДА. Dialog Avrasya», где турецкие авторы предлагают свое понимание Евразии, отличное от концепции евразийцев. Полемику с турецкой интерпретацией «евразийства» автор ведет в альманахе «Алтайский вестник», №1, 2002 год, издаваемом в г. Барнауле.

[2] Более подробно об основных идеях евразийцев и их современном звучании см. в монографии: Иванов А.В., Фотиева И.В., Шишин М.Ю . Духовно-экологическая цивилизация: устои и перспективы. Барнаул, 2001.

[3] Рерих Ю.Н. Тибет и Центральная Азия: лекции, статьи, переводы. Самара: Агни, 1999.

[4] Вернадский Г.В. Начертания русской истории / Евразия. Исторические взгляды русских эмигрантов. М., 1992.

[5] См.: Савицкий П.Н. Континент Евразия. М., 1997.

[6] См.: Савицкий П.Н. О задачах кочевниковедения / Континент Евразия. М., 1997.

[7] См. начавший недавно выходить в г. Барнауле альманах «Алтайский вестник», призванный объединить политическую, хозяйственную и гуманитарную элиту сопредельных территорий четырех алтайских стран на духовно-экологических принципах.

 

Метки: Иванов А.В.

ПечатьE-mail

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter
Просмотров: 324